Чтение онлайн

Я и сама, покинув дворец, не переставала об этом думать. Вечером Рамсеса не было за столом, и зодчий тоже не появлялся.

— Я слышала, ты теперь отмеряешь зерно? — спросила Хенуттауи, как только они с Уосерит уселись за стол. — Из царевны — прямиком в крестьянки. Должна признать, ты, Нефертари, способна на удивительные метаморфозы.

— Похоже, твой племянник понимает, что делает, — заявил ей Рахотеп. — Отправил ее в храм раздавать зерно. Люди станут мысленно связывать ее с изобилием, с едой. Кто ж этого не поймет?

— В самом деле? — спросила Уосерит. — А я думаю, Нефертари согласилась помогать просто по доброте.

Хенуттауи посмотрела на сидевшую напротив Исет.

— Тогда, наверное, следовало показать всем и доброту другой супруги?

— Я не собираюсь толкаться среди всякого сброда в Нехебе!

Анемро нахмурился.

— Там полно воинов, они тебя всегда защитят.

— Да пусть хоть целое войско! — оборвала его Исет. — Пусть туда ходит Нефертари, а если народ взбунтуется, то разорвут ее, а не меня.

Получив такой отпор, Анемро замер, а Хенуттауи перестала улыбаться.

— Людям нравится, когда правители к ним добры, — назидательно сказала она.

— Я на шестом месяце беременности! — горячо воскликнула Исет. — Что, если на меня набросится какой-нибудь голодный крестьянин и пострадает мой ребенок?

Хенуттауи зловеще блеснула глазами.

— Рамсес бы себе такого не простил.

Исет окончательно вышла из себя.

— Тебе только и нужно, чтобы я убедила Рамсеса перестроить твой храм, а там я хоть умри! Мало того, что мне приходится каждый день сидеть в тронном зале, усердствовать, чтобы Рамсес выбрал меня, а не эту коротышку! Мало того, что я потеряла Ашаи! Теперь я должна еще и жизнью рисковать!

Я посмотрела на Уосерит. Ашаи — имя не египетское. Быть может, это имя хабиру?

— Тихо! — зашипела Хенуттауи. На миг мне даже показалось, что она вот-вот ударит Исет, но жрица тут же опомнилась. — Помни, где ты находишься, — бросила она.

У сидевшего рядом Анемро глаза вылезли на лоб. Исет поняла, что натворила, и теперь ее рассудок пытался угнаться за языком.

— Нефертари не посмеет и слова сказать, — заявила она. — А если посмеет, уж я постараюсь уверить Рамсеса, что она желает опорочить мое доброе имя и освободить себе дорогу к трону.

— Здесь еще есть визирь фараона Анемро, и он не глухой, — резко заметила я.

— Не глухой, но сделать ничего не сможет, — улыбнулась Исет. — Он знает, что как советник ничего здесь не значит. И если он упомянет имя Ашаи, то исчезнет из дворца, как только я произведу на свет наследника египетского престола.

— Ты так уверена, что родишь мальчика. А может, родится девочка? — поинтересовалась Уосерит.

— Тогда в следующий раз будет сын. Какая разница? Рамсес ни за что не выберет Нефертари главной женой. Если бы он хотел, давно бы выбрал!

— Тогда зачем ему посылать ее на выдачу зерна? — насмешливо спросила Уосерит.

— Он ведь и мне предлагал, но я не настолько глупа. — Тут Исет обратила свой гнев на меня: — Думаешь, придворные не знают, зачем Рамсес все время ходит в твои покои? Ему нужно, чтобы кто-то проверял работу советников! А наша прилежная малышка Нефертари и рада стараться, совать всюду нос.

— Ты ведь тоже должна помогать Рамсесу, — почти прошипела я.

— Я и помогаю, — сказала Исет и положила ладонь на живот.

— Люби ты Рамсеса по-настоящему, — добавила Хенуттауи, — не просила бы сделать тебя главной женой. Из-за тебя его трон в опасности.

Уосерит положила ладонь мне на руку. Рамсес вряд ли появится за столом, и мы обе встали.

— Господин Анемро, Пасер, благодарю вас за приятный вечер, — сказала Уосерит.

Мы спустились с помоста. Уосерит прошептала:

— Значит, после того, как Рамсес разделил ложе с Исет, он пришел в твои покои. Он и в самом деле просил тебя что-то перевести?

— Да. — Мы пересекли зал. — Письма из Ассирии и Хеттского царства.

— Кроме того, он послал тебя раздавать зерно. Если бы Рамсеса интересовало только твое знание языков, он назначил бы тебя писцом! Есть только одна причина отправить царскую дочь в Нехеб — делать работу, которую обычно поручают воинам.

Мне показалось, что кто-то отпустил веревки и узел, стянувший все у меня внутри, ослаб.

— А кто такой Ашаи?

Мы миновали двери, и, прежде чем Уосерит успела мне ответить, нас окликнул Рамсес:

— Нефертари! Куда ты?

— Она искала тебя, хотела рассказать про дела в Нехебе, — поспешила ответить Уосерит.

Рамсес смотрел мне в глаза.

— Беспорядков не было?

— Нет. Аша и его отец такого не допустят.

— А как люди?

— Очень радовались зерну. Некоторые даже меня благодарили.

Рамсес вздохнул, и по глазам его я увидела, что он испытал сильное облегчение.

— Хорошо. — Он обнял меня за плечи и повторил: — Хорошо!

В свете масляных ламп обрамлявший его лицо немес походил на золотую львиную гриву.

— Весьма мудро — послать Нефертари в Нехеб, — похвалила Уосерит. — Расскажи, чем вы занимались в тронном зале.

Рамсес огляделся, потом взял меня за руку и повел подальше от любопытных ушей стражников. В уединенном уголке мы с Уосерит придвинулись к нему.

— Зодчий моего отца Пенра нашел решение.

Уосерит нахмурилась:

— За один день? Земледельцы мучаются уже столько лет…

— А вот в Ассирии и Вавилоне не мучаются. И в Амарне не мучились.

На этот раз Уосерит сама настороженно оглянулась на стражников.

— Почему же в Амарне они не мучились?

Амарну построили царица Нефертити и ее супруг. После ее смерти город пришел в запустение, а когда Хоремхеб сделался фараоном, он разрушал здания в Амарне и камни оттуда шли для строительства в Фивах. Поговаривали, что от построек Эхнатона и Нефертити ничего не осталось.

Рамсес понизил голос.