Чтение онлайн

Пока.

Если я ничего не сделаю, чтобы остановить ее распространение, этот оазис флоры и фауны превратится в пыль.

Чем выше я поднимаюсь, тем ниже становится температура. Плотнее запахиваю на шее подбитый мехом плащ, радуясь, что на мне перчатки, согревающие пальцы и облегчающие прохождение моей магии.

Магия тяньсай действует по принципу ци, или жизненной силы, являющейся базовой субстанцией, из которой состоит мир. Все живые существа и сама природа связаны этим постоянным круговоротом и потоком энергии. Хотя все люди рождаются с изначальной ци, только те, кто достаточно восприимчив к действию этой духовной силы, могут использовать ее как форму энергии и высвобождать через меридианные точки на кончиках пальцев.

Многие тяньсай рождаются с сильной склонностью к одному из пяти природных элементов нашего мира – усин: ветру, воде, огню, земле или металлу. А вот способность красть жизнь, как мне кажется, относится к аномалиям за пределами усин и считается самой редкой.

Лишь некоторые тяньсай могут управлять более чем одним элементом, и еще меньшее количество достигло совершенного владения своим элементом, поскольку это требует долгих лет практики. Как правило, тяньсай некогда этим заниматься – в попытке сохранить себе жизнь они только и делают, что спасаются от преследования Дийе.

Мне посчастливилось постигать искусство самосовершенствования под руководством мастера Сунь. За годы упорных тренировок я научился управляться с несколькими элементами. Неудивительно, что с огнем у меня самые непростые отношения. Эту стихию контролировать труднее всего, и даже спустя столько лет, думая об огне, я немедленно вспоминаю матушку. И священников.

И человека, который ее убил.

Я останавливаюсь, чтобы посмотреть на туманное облако, кружащее над горной вершиной. Потребуется, по меньшей мере два дня, чтобы добраться до источника Цзюй – или, по-иному, источника Воспоминаний, – где, как говорят, покоятся Кости Оракула Духовного Зверя.

«Никто не знает наверняка, жив ли феникс».

Неужели я трачу время на глупую затею, на миф, когда мог бы охотиться за подонками, убившими мою семью?

Снова возвращаются непрошеные воспоминания о сестре. Мы были близнецами, но отец любил повторять, что у нее железная воля. А вот обо мне он никогда так не говорил. Даже в детстве моя сестра была бесстрашной. Такой, кто целеустремленно выследит своих врагов и, не задумываясь, поразит их. Она не стала бы терзаться сомнениями, не дрогнула бы. Сестра разочаровалась бы во мне, привыкшем тщательно все обдумывать.

Матушка часто называла меня солнцем своей луны. Но если она была луной, то я – приливом, который убывал и прибывал под действием ее притяжения.

Это сестра должна была пережить ту песчаную бурю десять лет назад, а не я. Только вот у богов, как всегда, извращенное чувство юмора.

Я делаю глубокий вдох и прогоняю сомнения. Моей сестры нет.

Зато я здесь.

На третье утро я достигаю края туманного кольца. Рассвет раскрашивает пастельное небо сияющими красными и оранжевыми лентами, окружая горный склон ореолом. Сосульки на хвое деревьев растают с восходом солнца, а пока сверкают на свету, и мое дыхание клубится маленькими белыми облачками. Непроницаемая тишина окутывает это место. Ни следа присутствия диких животных. Ни ветерка. Никакого запаха. Как будто бы время остановилось.

Что-то подсказывает мне, что это – то самое место.

Я разоружаюсь, снимаю двойные сабли, лук и колчан со стрелами. Оставляю лишь пару ножей в ножнах на поясе. На всякий случай. Потом сажусь, скрестив ноги и положив ладони на колени, и закрываю глаза. Сосредоточившись на дыхании, настраиваюсь на долгое ожидание.

Легенда гласит, что некая женщина совершила трудный поход в горы Удин в поисках феникса. В результате несчастного случая ослеп ее единственный сын, и она отчаянно пыталась найти способ исцелить его. Семь дней и ночей она медитировала. На седьмую ночь, когда она открыла глаза, гора явила ей вход в пещеру, в которой находился источник Воспоминаний. Она испила воды из него, и появился Духовный Зверь фэнхуан, хранитель небес.

Тронутый преданностью женщины, феникс исполнил ее желание, но и она должна была отплатить ему в ответ.

Она согласилась и, выйдя из пещеры, обнаружила, что потеряла зрение. Тем временем в деревне ее сын проснулся и снова увидел мир, залитый светом.

Звучит абсурдно, как сказка, напоминающая детям о родительской любви. Но Шифу любит повторять, что в каждой истории, передаваемой от отцов к сыновьям, от матерей к дочерям, есть доля истины. Нужно только верить, что она существует.

Постепенно мое дыхание успокаивается. Тишина становится отчетливее, словно постоянное напоминание о том, что здесь, на вершине горы, окруженный магией и туманом, я один. Время растворяется, мое тело кажется невесомым. В кончиках пальцев ног зарождается покалывание, распространяясь на всю стопу. Я открываю глаза.

И у меня перехватывает дыхание.

Я сижу в пещере в горе. Ножи на поясе исчезли. Как и плащ с перчатками. Однако здесь не холодно. Над моей головой сверкают драгоценные камни, некоторые стекают вниз, будто гирлянды звезд. Вокруг пульсируют вспышки яркого света.

Я моргаю. Это не драгоценности, а светлячки.

Их сине-зеленое свечение заливает пол пещеры передо мной потусторонним светом. Это вода, темная и неподвижная. Озеро отражает крошечные блики света с потолка. Источник Цзюй. Судя по всему, это он и есть. Я поднимаюсь на ноги и с опаской иду вперед. Пол выглядит довольно прочным. Камней нет, поверхность отполирована долгими веками эрозионных процессов.

Что-то плавает на поверхности воды. Фигура, состоящая из белесоватых палочек. Кости. Птичий скелет с размахом крыльев не менее десяти футов. Больше, чем у любой известной мне хищной птицы.

Кости Оракула феникса.

Несколько секунд я не двигаюсь. Такое впечатление, что все слишком просто. Я не сделал ничего достойного, чтобы быть допущенным сюда. Похоже на ловушку. Интуиция побуждает меня уйти.

«Не будь трусом, Алтан», – раздается в голове голос сестры.

Я не могу подвести ее. Не могу подвести свою семью. И свою страну.

Зачерпываю ладонями немного воды и подношу к губам. Она лишена вкуса. Даже на настоящую воду не похожа. Не отравлюсь ли я? А может, она мне что-нибудь покажет? Феникса, например?

Я делаю еще глоток, но ничего не происходит.

Пещера выглядит точно так же, как и раньше: мягкие сверкающие светлячки, маскирующиеся под свисающие с потолка ожерелья из драгоценных камней. Неужели я проделал весь этот путь зря? В горле у меня зарождается вздох разочарования.

Я вытираю руки, раздумывая, не уйти ли.

А потом замечаю нечто странное.

Из воды поднимаются напоминающие морских змей щупальца дыма и плывут ко мне. Одни из них закручиваются спиралью, другие раскачиваются из стороны в сторону. Слабые и полупрозрачные поначалу, они постепенно становятся более плотными, принимают очертания человеческих фигур из дыма и тумана со знакомыми мне лицами. Лицами, которые я видел в своих снах и кошмарах, но не в действительности.