Нефритовая Гуаньинь
Шрифт:
Император, Ян гуйфэй и все остальные наложницы, которые при этом присутствовали, остались довольны и смеялись так, что было слышно наруже.
Затем император приказал подарить мальчику халат с желтыми узорами и слоновой кости дощечку {34} .
В другой раз император устроил для всех князей пир в Зале магнолий. Цвет магнолий, однако, уже опал, и на душе у императора было нерадостно. Но вот Ян гуйфэй, захмелев, начала плясать под напев «Из радуги яркий наряд, из сверкающих перьев убор», — и лик императора просветлел: только тогда понял он до конца, насколько прелестна и изящна Ян гуйфэй. Она кружилась, как кружатся в воздухе снежинки; глядя на них, чудится, будто кружится небо и вращается под ногами земля.
34
Дощечки из слоновой кости (или нефрита) держали перед собой в древности сановники на дворцовых приемах, чтобы записывать распоряжения императора. Впоследствии дощечка стала символом высокого сана.
Как-то император увидел во сне десять небожительниц и написал мелодию «Плывут лиловые облака». (Вот как это произошло. Во сне Сюань-цзуну явились десять или больше бессмертных небожительниц. Они спускались вниз на благоносных облаках. Каждая держала в руках музыкальный инструмент. Облака остановились, и девы заиграли перед императором. Мелодия была необыкновенно чистой — поистине небесные звуки! Одна из небожительниц сказала: «Это напев бессмертных, зовется «Плывут лиловые облака». Мы научим Ваше величество этому напеву».
Император был очень доволен и запомнил эту песнь.
Когда он проснулся, звуки ее все еще звучали у него в ушах. Наутро он приказал подать флейту, чтобы исполнить мелодию. И ему удалось восстановить напев из сновидения полностью.)
Он сочинил еще мелодии «Дочь дракона, явившаяся во сне», и «Холодные волны». (Вот как это было. Когда Сюань-цзун находился в Восточной столице, приснилась ему женщина изумительной красоты. Волосы ее были собраны в узел, похожий на сердце. На ней было просторное платье с длинными и широкими рукавами; она склонилась в поклоне перед ложем. Император спросил: «Кто ты такая»? Она ответила: «Ваше величество, я дочь дракона, который живет в вашем пруду «Холодные волны» {35} . Между теми, кто оберегает ваши дворцы и вас, мне принадлежит не последнее место. Вам хорошо знакома небесная музыка, и я хотела вас просить: обучите меня какой-нибудь мелодии, чтобы я могла прославить весь наш род».
35
По старым китайским представлениям, в каждом водном источнике — реке, озере или пруду — обитал дракон — хозяин этого источника, подчинявшийся драконам более крупных рек и, наконец, драконам — царям морей.
Во сне император играл на хуцине {36} . Он вспоминал старые мелодии, добавляя к ним новые, и в конце концов сочинил мелодию «Холодные волны». После этого дочь дракона поклонилась и исчезла.
Пробудившись, император записал весь напев от начала до конца. После этого он вызвал дворцовый оркестр и, сам играя на пипа {37} , повторял мелодию вновь и вновь. Новая мелодия была исполнена во дворце «Холодные волны», что стоял на берегу одноименного пруда, в присутствии военных и гражданских чинов. Вдруг вода посреди пруда вздыбилась, и из глубины появилась бессмертная дева — та самая, которая приснилась императору. Император был очень рад этому и приказал первому министру соорудить посреди пруда храм и каждый год совершать в нем жертвоприношение.)
36
Хуцинь — струнный музыкальный инструмент; род скрипки.
37
Пипа — род лютни.
Когда обе мелодии были завершены, последовало высочайшее дозволение всем князьям, а также музыкантам Грушевого сада и Палаты вечной весны {38} исполнять их.
В это время впервые прибыла из Синьфэна во дворец искусная танцовщица Се А-мань. Она очень понравилась императору и Ян гуйфэй, и ее приняли ко двору.
В малом зале Цинъюань устроили музыкальное представление. Князь Нин играл на нефритовой флейте, император — на барабане, Ян гуйфэй — на пипа, Ма Сянь-ци — на фансяне {39} , Ли Гуй-нянь — на трубе, Чжан Е-ху — на кунхоу {40} , Цзя Хуай-чжи — на трещотках. Представление продолжалось с утра до полудня, и все остались довольны сверх всякой меры.
38
…музыкантам Грушевого сада и Палаты вечной весны… — Грушевый сад — школа театрально-циркового искусства, созданная императором Сюань-цзуном, в которой обучалось свыше трехсот человек, а также — несколько сот дворцовых девушек, живших в Палате вечной весны.
39
Фансян — музыкальный инструмент, состоящий из шестнадцати бронзовых прямоугольных пластинок, расположенных в два ряда на подставке. Музыкант, стоя, ударял по пластинкам маленьким бронзовым молоточком.
40
Кунхоу — музыкальный инструмент; род цитры.
Только младшая сестра Ян гуйфэй, госпожа Циньго, сидела молча и неподвижно.
Император обратился к ней шутливо:
— Музыканты А-маня (император часто называл себя этим именем в тесном кругу) были рады доставить госпоже удовольствие. Прошу их вознаградить!
— Неужели у невестки императора из великого дома Танов не найдется денег на расходы? — так же шутливо возразила она.
И она щедро всех одарила, истратив три миллиона. Инструменты у музыкантов были редкостные: легчайшее прикосновение извлекало из них чистые и нежные звуки, разносившиеся очень далеко. Пипа из лошасского сандала преподнес Ян гуйфэй евнух Бай Цзи-чжэнь; он ездил по делам в область Шу и привез подарок оттуда. Дерево было очень нежное, как яшма, и до того блестящее, что в него можно было смотреться, как в зеркало. Золотая, с красными иероглифами гравировка изображала пару фениксов {41} . Струны лушуйского шелка — дар страны Мохэмило {42} — прибыли в самом начале годов «Юнтай» {43} . Они сверкали, точно жемчужное ожерелье. На флейте из лазоревого нефрита играла сама Хэн-э {44} . Триста инструментов, присланные Ань Лу-шанем, все были из нефрита. Не только сестры гуйфэй, но и князья и их дочери учились игре на пипа у Ян гуйфэй. За каждую разученную мелодию полагались богатые подарки.
41
Феникс — чудесная птица китайских легенд, символ императрицы и вообще женщины, удостоенной любви императора.
42
Мохэмило — племенное государство некитайских народов на территории нынешнего юго-западного Китая (провинции Юньнань-Гуанси).
43
«Юнтай» (498—499) — девиз правления императора Мин-ди династии Ци.
44
Хэн-э (Чан-э) — по преданию, жена мифического стрелка из лука по имени И; похитив у мужа эликсир бессмертия, который он добыл у царицы страны Запада — богини Сиванму, Хэн-э вознеслась на луну. Живя в Лунном дворце в полном одиночестве, Хэн-э, желая рассеять тоску, часто играла на флейте.
В тот день, обращаясь к Се А-мань, Ян гуйфэй сказала:
— Ты бедная девушка, тебе нечем отблагодарить учительницу. Лучше я сама сделаю тебе подарок.
И она приказала прислужнице по имени Хун-тао — Красный персик принести браслет из красной крапчатой яшмы и отдать Се А-мань.
Искусно играла Ян гуйфэй и на цине {45} . Даже опытные музыкантши из Грушевого сада не могли извлечь из его пластинок таких нежных звуков.
Император приказал доставить из Ланьтяни зеленый нефрит и сделать цинь. Когда работа была завершена, император заказал раму, украшенную золотом, жемчугом и малахитом. Стойки отлили из золота в виде двух львов. Не было в ту пору циня, отделанного краше и богаче.
45
Цинь — струнный музыкальный инструмент, в древности пятиструнный, позднее семиструнный; род цитры.
В годы «Кайюань» во дворце высадили кусты шаояо которые теперь называют пионами. (В «Записках о цветах и иных растениях в годы «Кайюань» и «Тяньбао» так и говорится: «Цветы, именовавшиеся во дворце шаояо, — это пионы».)
Привезли несколько кустов красных, лиловых, розовых и безукоризненно белых шаояо. Император повелел высадить их к востоку от пруда Синцин, перед Беседкою тонких благовоний. Когда они распустились пышно, император верхом отправился полюбоваться цветами, Ян гуйфэй следовала за ним в коляске. По приказу императора среди музыкантов Грушевого сада выбрали лучших, всего шестнадцать человек. Среди них была Ли Гуй-нянь, которая тогда почиталась лучшей певицей. Держа в руках трещотки из сандалового дерева, она во главе прочих подошла к императору и приготовилась петь.
Но император сказал:
— Мы любуемся прославленными цветами, и к тому же — в присутствии самой Ян гуйфэй. Подобает ли сейчас звучать старым песням?!
Повинуясь приказу, Ли Гуй-нянь взяла бумагу с узором из золотых цветов и приготовилась записывать стихи. Послали в Ханьлинь {46} пригласить Ли Бо {47} , чтобы он написал три стихотворения на мотив {48} «Радостный покой». Ли Бо явился без промедления, но он был сильно пьян. Он выслушал волю императора, взял тут же кисть и написал такие стихи:
46
Послали в Ханьлинь… — Ханьлинь — императорская академия, куда принимали людей, прославившихся конфуцианской образованностью и литературными дарованиями. Члены академии имели доступ ко двору и ведали составлением императорских указов.
47
Ли Бо (701—762) — великий поэт эпохи Тан, поэзии которого присущи вольнолюбие, гражданское мужество. Ли Бо не дорожил милостями императорского двора и провел жизнь в скитаниях.
48
…стихотворения на мотив… — Имеются в виду популярные в Китае стихотворения жанра цы, которые слагались на известную мелодию и лиричностью несколько напоминали романсы. Обычно цы не имели заглавия, вместо названия упоминалась мелодия, на которую они были написаны.
49
Не фея ль ты с Нефритовой горы… — Имеется в виду легенда из «Жизнеописания Му, Сына Неба, в которой рассказывается о царе Чжоуской династии — Му-ване (X в. до н. э.), отправившемся на запад и встретившем на Нефритовой горе богиню Сиванму в окружении фей-небожительниц. С тех пор Нефритовая гора в китайских легендах означает место, где обитают бессмертные красавицы.
50
Желанья — дождь и тучка над горою, — В оде «Горы Высокие Тан» поэта Сун Юя (III в. до н. э.) рассказывается о красавице фее с горы Ушань, которая явилась во сне чускому князю Хуай-вану и осчастливила его любовной лаской. Она предстала в виде дождевой тучки, а улетела легким облачком. Упоминание о горе Ушань и о дожде с тучкой стали в китайской поэзии символом любовного свидания.
51
Одну Фэй-янь сравнить могу с тобой. — Фэй-янь (Чжао Фэй-янь) — супруга императора Ханьской династии Чэн-ди (32 г. до н. э. — 6 г. н. э.) (см. новеллу «Порхающая ласточка»).
52
…«крушащей царство» рады… — Со времен древнейшего памятника китайской поэзии «Шицзина» (XI—VII вв. до н. э.), красавиц называли «сокрушающими царство», поскольку считалось, что увлеченно женской красотой заставляло государя забывать о государственных делах и вело царство к гибели. Здесь намек на Ян гуйфэй.
Когда Ли Гуй-нянь поднесла стихи императору, он велел музыкантам Грушевого сада положить их на музыку и сопровождать пение Ли Гуй-нянь.
Ян гуйфэй была очень рада; держа в руках драгоценный хрустальный бокал, она налила в него силянчжоусского виноградного вина и слушала пение, улыбаясь, глубоко растроганная. Император сам подыгрывал на нефритовой флейте, к концу куплета замедляя темп, отчего мелодия становилась еще красивей.
Допив вино, Ян гуйфэй подобрала концы расшитого шарфа и дважды поклонилась императору.