Нефритовая Гуаньинь
Шрифт:
Нефритовая наложница задумалась, будто припоминая, затем сказала:
— В годы «Тяньбао», на десятом году, я была с императором Сюань-цзуном в летнем дворце на горе Лишань. Осенью, в седьмом месяце, в день, когда Волопас встречается с Ткачихою {103} , император смотрел на звезды, опираясь на мое плечо. И тогда, глядя в небо и вспоминая историю Волопаса и Ткачихи, мы поклялись друг другу: «Навечно останемся супругами — и в этой жизни, и во всех последующих! {104} » Произнеся клятву, мы взялись за руки и заплакали. Об этом знает только император.
103
…в седьмом месяце, в день, когда Волопас встречается с Ткачихою… — Легенда о разлученных влюбленных в китайской традиции связана со звездами, разделенными Млечным Путем. Одна из звезд — Волопас — символизирует Пастуха, которого полюбила Ткачиха — звезда созвездия Лира. «К востоку от Млечного Пути была Ткачиха, дочь небесного бога. Круглый год она трудилась, ткала из облаков небесное платье. Богу стало жаль ее, одинокую, и он отдал ее в жены Пастуху, что жил к западу от Млечного Пути. Выйдя замуж, Ткачиха перестала ткать, бог рассердился и велел ей вернуться и впредь видеться с мужем раз в год» (Юань Ко, Мифы древнего Китая). Ткачиха и Пастух стали символом глубокой любви, способной выдержать любые испытания.
104
…и в этой жизни, и во всех последующих. — По верованиям буддистов, после смерти душа человека переселяется в другие существа, высшие или низшие, в зависимости от содеянного в жизни. Только достигшие высшей праведности приобщаются душой к Будде, порвав бесконечную цепь перерождений.
И добавила печально:
— Это воспоминание не позволяет мне остаться здесь надолго. Я снова сойду в земной мир и соединюсь с тем, кто предназначен мне судьбою. На земле то будет или на небе, но я твердо решила встретиться с ним и, как прежде, быть неразлучной.
На это даос сказал:
— Императору Сюань-цзуну недолго оставаться среди людей. Успокойтесь, не терзайте себя.
Вернувшись, он доложил обо всем Сюань-цзуну. Тот был потрясен до глубины души. С тех пор как он поселился в покоях дворца «Счастливое предзнаменование», не было дня, чтобы он не скорбел о Ян гуйфэй.
Он отказался от хлебной пищи и занялся воспитанием дыхания {105} . Императрица Чжан {106} прислала ему вишен в сахарном соку, но он даже не попробовал.
Однажды он играл на флейте из лилового нефрита. Только он заиграл, как на двор опустилась пара аистов; побродив, они улетели. Император сказал своей служанке по имени Гун-ай:
— Видишь, Верховный владыка призывает меня. Я стану бессмертным праведником и снова смогу встретиться с Ян гуйфэй. Эта флейта тебе ни к чему, можешь отослать ее Да-шоу. (Да-шоу — детское имя Дай-цзуна.)
105
…отказался от хлебной пищи и занялся воспитанием дыхания. — Отказ от употребления злаков в пищу, по вере даосов, очищал тело от грубых отбросов. Это был первый шаг в приобщении верующего к Дао. Воспитание дыхания вело к отказу от мирских желаний и стремлений, сосредоточению всех усилий верующего на глубоком, размеренном, замедленном дыхании. Замедленное дыхание должно было погашать в человеке жажду жизни.
106
Императрица Чжан — невестка Сюань-цзуна, супруга императора Су-цзуна.
После этого он велел приготовить себе купанье.
— Если я засну, — сказал он, — не буди меня.
Он и в самом деле уснул. Вдруг из ванной комнаты послышались странные звуки. Гун-ай испугалась и заглянула в ванную — император уже почил.
В день гибели Ян гуйфэй одна старушка в Мавэе нашла шелковый чулок с вышивкой. Говорят, она показывала этот чулок всем проезжающим и с каждого получала по сто монет, так что в конце концов заработала несметные деньги.
Увы! Сюань-цзун пребывал на императорском троне очень долго. Утомленный множеством трудов, связанный неодобрением собственных сановников, он не мог делать того, что желал. Когда подле него появился Ли Линь-фу, император все заботы переложил на него. Впредь он мог не слушать более те разговоры, которые были ему неприятны, и полностью отдаться увеселениям и пирам. Он уже не чувствовал себя связанным или стесненным и проводил ночи с женщинами, не стыдясь этого. Ли Линь-фу всему потворствовал и все одобрял.
Но положение переменилось: над императорским домом нависла угроза гибели, многие чиновники попали в тюрьму, Ян гуйфэй была удавлена. Поднебесную наводнили солдаты, бедствия завладели страной. И все эти несчастья пошли от гочжуна.
В заключение скажем.
Правила поведения призваны провести границы меж благородными и подлыми, внести порядок в дела семьи и государства. Если государь не исполняет своих обязанностей владыки, как может он управлять государством? Если отец не исполняет своих обязанностей родителя, как может он поддерживать порядок в своем доме? Достаточно одной-единственной ошибки, чтобы погубить все. Ошибка танского Мин-хуана {107} покрыла позором Поднебесную, и потому вина за мятеж Ань Лу-шаня лежит на трех людях.
107
…танского Мин-хуана… — Мин-хуан — посмертный титул императора Сюань-цзуна.
Я составил это частное жизнеописание Ян гуйфэй не только ради того, чтобы рассказать ее историю, но и чтобы охранить трон от несчастий и бед.
Жил во времена танского императора Си-цзуна {110} конфуцианец {111} по имени Юй Ю. Как-то к вечеру прогуливался он под стенами Запретного города. Была та пора года, когда все никнет и осыпается и дует печальный ветер — предвестник зимы. Солнце клонилось к западу, душа Юя была в смятении. Он провожал взглядом палые листья, которые плыли чередою по Императорскому каналу. Юй приблизился к воде, чтобы омыть руки.
108
Чжан Ши — чиновник при дворе династии Северная Сун (960—1127).
109
Название новеллы в оригинале — «Записки о красном листе»
110
Император Си-цзун — царствовал с 874 по 889 г.
111
Конфуцианство — морально-этическое учение, основоположником которого был великий китайский философ Конфуций (551—479 гг. до н. э.).
Прошло много времени, и вдруг появился лист, много больший против других. Юй заметил его издалека, и ему показалось, что на листе что-то написано тушью. Лист уже уплывал, и нитью тянулись за ним смутные невысказанные желания Юя. Юй Ю выловил лист и разглядел на нем такое четверостишье:
Куда уносится поток? Дни во дворце глухом пусты. Плыви, багряный мой листок, На вольный мир взгляни хоть ты.Юй Ю унес лист с собою и убрал в ящик с книгами. Целыми днями он читал вслух эти стихи, восхищаясь свежестью и красотой чувства, но не зная, кто сочинил их и записал на листе. После долгих раздумий он решил так: раз воды Императорского канала текут дворцового усадьбой, стало быть, стихи скорее всего написаны рукою какой-нибудь из придворных красавиц. Юй очень дорожил своим листом, часто толковал о нем с людьми, сведущими и любознательными.
Юй Ю беспрестанно размышлял о своей находке, и эти мысли поглощали все силы его души.
Однажды его повстречал приятель и спросил:
— Почему ты так исхудал? Конечно, не без причины! Расскажи мне, в чем дело.
— Вот уже несколько месяцев, — отвечал Юй Ю, — как я потерял сон и аппетит.
И он рассказал приятелю про красный лист. Приятель расхохотался:
— Ах, какая глупость! Ведь стихи писаны не тебе. Ты нашел этот лист случайно — зачем же так убиваться? Вдобавок, сколько ты ни страдай, девушка укрыта в глубине императорского дворца. Будь у тебя даже крылья, ты бы все равно не осмелился туда залететь. Неразумие твое, поистине, смешно!
На это Юй Ю отвечал так:
— Небо хоть и высоко, но услышит меня. Если человек жаждет чего-то, Небо непременно исполнит его желание. Я слыхал о том, как Ван Сянь-кэ, увидев однажды У-шуан {112} , добился своего с помощью хитроумного замысла почтенного Гу. Но если твердости нет, на успех надеяться нечего.
Итак, Юй Ю не расстался со своими любовными мечтаниями. На другом красном листе он написал:
Мне поведал листок о глубокой печали… Но кому же стихи на листке вы писали?112
…Ван Сянь-кэ, увидев… У-шуан… — Ван Сянь-кэ и У-шуан — персонажи новеллы Сюэ Тяо «Чудесное снадобье» (см. предисловие).
Написав, Юй опустил лист в воду Императорского канала выше по течению, в надежде, что оно принесет его строки во дворец. Узнав о его поступке, друзья посмеялись. Нашелся, однако, человек, который счел поступок Юй Ю весьма разумным, а другой даже посвятил ему двустишье, гласившее:
Потому-то печаль и смогла из дворца просочиться, Что монаршая милость воде дозволяет струиться.Впоследствии Юй Ю несколько раз сдавал экзамены {113} , но всякий раз — без успеха. Устав от тщетных попыток, он поступил домашним учителем к одному знатному человеку из Хэчжуна, по имени Хань Юн. Денег и шелка, которые он получал, едва доставало на жизнь {114} , но об императорской службе Юй Ю больше не помышлял.
113
…сдавал экзамены… — В старом Китае образованные люди, желающие поступить на императорскую службу и стать чиновниками, должны были сдавать государственные экзамены.
114
…денег и шелка… едва доставало… — В сунское время шелком расплачивались наравне с деньгами.
Прошло много времени, и вот однажды Хань Юн призвал Юй Ю и сказал:
— Больше тридцати дворцовых прислужниц навлекли на себя немилость императора, и в наказание каждой надлежит выйти замуж за простолюдина. Одна из них, госпожа Хань, — из нашего рода. Она провела во дворце много лет и вот теперь поселилась у меня в доме. Вы до сих пор не женаты, а ведь пора расцвета уже миновала {115} . Ничего вы не достигли, живете бобылем. Очень мне вас жалко! В сундуках же госпожи Хань не менее тысячи связок монет. Она хорошего происхождения, пригожа лицом и станом, ей тридцать лет. Что, если я вас сосватаю?
115
…пора расцвета уже миновала. — Имеется в виду лучший возраст для брака от 18 до 30 лет.