Чтение онлайн

— Я не смею, — сказал Цуй.

— Значит, вы отказываетесь? Тогда я закричу, и вам придется худо. Зачем вы заманили меня к себе в дом? Завтра расскажу всем во дворце!

— Вот что, — решился Цуй, — мы можем стать мужем и женой, но лишь при одном условии — мы должны отсюда уехать. Воспользуемся пожаром и скроемся без промедления.

— Теперь я ваша жена, — сказала Сю-сю, — и подчиняюсь вам во всем.

Той же ночью они стали мужем и женой и после четвертой стражи покинули город, захватив деньги и вещи. Они шли целыми днями, останавливаясь только для того, чтобы подкрепиться и переночевать. Так они добрались до Цюйчжоу.

— Из этого города расходятся пять дорог, — сказал Цуй, — куда же нам направиться? Пожалуй, что в Синьчжоу. У меня там есть друзья, наверняка пристроимся, да и я, резчик по нефриту, без работы не останусь.

И они отправились в Синьчжоу. Однако через несколько дней Цуй сказал:

— Здесь постоянно бывает много людей из столицы. И если кто-нибудь сообщит князю, что видел нас, он, без сомнения, прикажет нас арестовать. Нет, в Синьчжоу оставаться небезопасно, лучше переберемся куда-нибудь еще.

Они снова тронулись в путь, на этот раз — в Таньчжоу, расположенный далеко от столицы. Прибыв туда, сняли дом на рыночной площади и повесили вывеску с надписью: «Цуй — столичный резчик по нефриту».

— Ну, теперь до столицы больше двух тысяч ли, — сказал Цуй жене. — Я думаю, все обойдется. Тревожиться нам больше не о чем, можем жить спокойно.

В Таньчжоу было много чиновников, и когда они узнали, что Цуй — столичный мастер, то все стали обращаться к нему с заказами.

Как-то раз Цуй попросил тайком разузнать, что делается в доме Сяньаньского князя. Ему сказали, что в ночь пожара из княжеского дворца бежала одна служанка. За поимку беглянки было назначено вознаграждение. Несмотря на долгие поиски, найти девушку не удалось. Таким образом, никто в столице не знал, что Сю-сю бежала с Цуй Нином и что они живут вместе в Таньчжоу.

Время летит как стрела, солнце и луна вертятся, что веретено, и вот уже пробежало более года. Однажды утром, только Цуй Нин открыл свою мастерскую, к нему вошли двое мужчин. Один был в платье стражника, другой — прислужника из уездного управления. Войдя и усевшись, они сказали Цую так:

— Наш начальник уезда прослышал, что Цуй — столичный мастер. Он просит мастера пожаловать для исполнения кое-каких работ.

Цуй сказал жене, куда он идет, и в сопровождении двоих посыльных отправился в правление уезда Сяньтань. Посыльные привели его в дом своего господина — начальника уезда, и тот договорился с Цуем о цене. По дороге домой Цуй повстречал какого-то человека, в шляпе из бамбуковой рогожи, в суконной куртке с белым воротником; икры его были стянуты черно-белыми обмотками и ноги обуты в туфли из конопляной соломы с завязками. На плечах он нес коромысло с двумя узлами. Когда они поравнялись, путник пристально посмотрел на Цуй Нина, но Цуй не обратил на него никакого внимания. Однако путник узнал резчика по нефриту и пошел за ним следом.

Поистине тут уместно привести стихи:

Эти стихи на мотив «Куропатки взлетели» написал полководец Лю Ци, начальник военных округов Циньчжоу и Сюньу. После сражения под Шуньчаном он вышел в отставку и поселился в уезде Сяньтань, что в провинции Хунань, в округе Таньчжоу. Он никогда не имел благосостояния, и семья его жила в бедности. Он захаживал в кабачок выпить вина, и посетители, не зная, что это Лю Ци, нередко докучали ему.

— Было время, когда я без труда разбил миллионную армию чужеземцев, — заметил однажды бывший полководец, — а эти люди обращаются со мной столь бесцеремонно.

Так появились эти стихи, о которых узнали и в столице. Главнокомандующим в то время был князь Ян Хэ. Прочитав стихи, он был очень огорчен.

— Подумать только, полководец Лю дошел до такой бедности! — воскликнул он. И приказал чиновнику из управления казною послать денег полководцу Лю. Сяньаньский князь, прежний хозяин Цуй Нина, тоже узнал о бедственном положении бывшего полководца и тоже послал ему денег со своим человеком. Этот самый посланец, возвращаясь из Сяньтаня и проходя через Таньчжоу, и повстречал мастера Цуя и последовал за ним вплоть до его дома. Завидев Сю-сю, которая сидела за прилавком, он обратился к Цуй Нину:

— Давно мы не встречались с тобой, мастер Цуй. Оказывается, ты вон где живешь. Но как очутилась здесь служанка Сю-сю? Меня князь посылал с письмом в Сяньтань. И, смотри-ка — случайно я увидел вас обоих. Значит, Сю-сю вышла за тебя замуж?

Цуй Нин и его жена поняли, что их пристанище открыто, и от страха едва дышали. Кто же был этот человек? Он был из охраны князя, в услужении которого находился с детских лет. Он славился честностью, и потому послали с деньгами не кого другого, а его. Имя его было Го Ли, но чаще звали его стражником Го.

Супруги пригласили стражника к себе, подали вино, обильное угощение и сказали:

— Когда вернешься во дворец, пожалуйста, никому про нас не рассказывай, чтобы князь не узнал.

— Князь ничего не узнает, — заверил их Го. — Мне дела нет до этого, я вмешиваться не стану.

Поблагодарив хозяев, Го отправился дальше. Прибыв во дворец, он передал князю ответ полководца Лю, а затем, глядя хозяину в глаза, доложил:

— На возвратном пути, проходя через Таньчжоу, я повстречал там двух человек.

— Кого же это?

— Служанку Сю-сю и резчика по нефриту Цуй Нина. Они щедро меня угощали и просили ничего про них не рассказывать.

— Ах, вот оно что! — воскликнул князь, выслушав это. — Как же им удалось добраться до Таньчжоу?

— Подробностей я не знаю, — ответил Го. — Знаю только, что они там. Цуй занимается прежним делом, на их доме даже вывеска есть.

Князь тотчас направил в окружное правление просьбу, чтобы в Таньчжоу безотлагательно выехал чиновник с приказом о задержании Цуй Нина и Сю-сю. Назначенный для этого чиновник получил дорожные деньги и вместе со своим помощником пустился в путь. Прибыв в Таньчжоу, они без промедления обратились к местным властям за помощью в розысках. Все было как в стихах:

Не прошло и двух месяцев, как Цуй и Сю-сю были задержаны и отправлены в столицу. Узнав, что их доставили во дворец, князь тут же устроил суд.

В ту пору, когда князь вел войны с иноземцами, он обычно выходил в сражение с двумя мечами: малый синий меч он держал в левой руке, а большой синий — в правой, и многих врагов лишили жизни эти два меча. Теперь, вложенные в ножны, они висели на стене в зале. Когда князь сел в свое кресло, все присутствовавшие приветствовали его поклонами. Затем в залу ввели Цуй Нина и Сю-сю и поставили перед князем на колени. Разгневанный князь левой рукой сорвал со стены малый синий меч и уже занес правую руку, чтобы выхватить его из ножен. Глаза князя свирепо сверкали, он скрипел зубами от ярости, как будто снова рубился с иноземцами. Супруга князя очень испугалась.