Чтение онлайн

— Ты что беременна? — Вспыхивают глаза в восторге. Наверное, на фоне любви к нему и не такое померещиться.

— Нет…, Нет! Совсем нет. — Слишком тревожно, возбужденно, почти заикаясь. Страх заволакивает грудь не позволяя сделать очередной вздох. Не хочу, что бы он знал о нашей потерянной малышке. Его жалость мне совсем не нужна.

— Очень жаль. Я бы хотел иметь от тебя ребенка. — Так грустно, что сердце защемило, и слеза не удержалась и скользнула по щеке.

— Мне тоже. — Сглатывая горячие слезы, пытаюсь взять себя в руки, но как-то плохо получается. Мансур видит мое состояние, подскакивает и в два шага оказывается возле меня.

Мои щеки обдает теплом от его рук, и становиться не выносимо сложно удержать, рвущуюся из глубин подсознания истерику, которую заперла там.

— Рябина, что происходит? У тебя проблемы со здоровьем? — Заботливо интересуется, столько любви и нежности вкладывая в ладони, что позволяет водной плотине протечь.

Не заметила, как приблизился, прикоснулся мягкими губами моих обветренных, подождал секунду, будто спрашивая разрешения, медленно обвел контур языком, от чего я задрожала, а следом набросился изголодавшимся волком. Поцелуй получился настолько страстным, что я мгновенно возжелала продолжения. Когда он сильнее прижал в объятия, почувствовала, как хочет меня. Все мои уверения полетели в пропасть, все мои защитные стены разлетелись кирпичами по сторонам света. Еще немного и мы устроимся на его столе и будем стонать, а то и кричать от удовольствия. Теперь я понимаю, как мне не хватало его, ласки от него, любви всепоглощающей.

В этот момент распахивается дверь и к нам присоединяется женщина, я не вижу ее лица, так как стою к ней спиной, но чувствую уничтожающий взгляд. Моя интуиция подсказала кто так «дружелюбен» ко мне, но ее слова уничтожают на месте.

— Привет, Зайка! Нам нужно обсудить список гостей на свадьбу.

Левин продолжает смотреть на меня, словно в помещении кроме нас не существует ни кого. Задает самый болезненный вопрос за всю мою сознательную жизнь:

— Руслана, ты, что сделала аборт? — Вижу, как ужас затуманивает его темно-зеленый взгляд, а я смотрю сквозь окно настигнутое ливнем.

Змея подползла не заметно и обвилась вокруг Мансура, который замер, ожидая ответа от меня, но не позволили и рта раскрыть.

— Малыш, а ты что не знал? — Удивленно смотрит. — Калинина в больнице легла под нож мясника, и теперь не сможет иметь детей. — Громко шепчет ему на ухо, целуя.

Прищуриваясь, изучаю ее эмоции на лице, лампочкой, такой яркой аж слепит глаза, зажигается в сознании вопрос — откуда она знает о больнице и моей трагедии? Кусочек из собранного пазла становиться на место, понимаю, кто за этим всем стоит.

— Если это правда, я ни когда тебе этого не прощу!? Отвечай, Рябина! — Вкладывает в свои слова всю злобу мира.

Звон пощечины будет долго звенеть эхом в моих ушах. Ядовитую улыбку змеюки не стереть из воспоминаний. Разочарованный взгляд Мансура на меня, в который раз, и еще мельче разбивают сердце.

Как же я позволила себя так обмануть одним лишь поцелуем? Почему допустила его опять до своего тела, затрепетала обласканная? Ведь дала слово, что Левин прочитанная книга, и больше не интересен. Ответ прост — Я ни когда не смогу его забыть и разлюбить, а он наиграется и бросит.

С этим надо что-то делать, и помочь мне сможет только Макс.

Удар по моему лицу ее ладонью пришелся как никогда кстати. Вот почему иногда приходиться спускать пар на ринге. Встряска всегда на место ставит извилины, и мозг начинает на полную выдавать активность разумных идей. Вот как сейчас смотрю на мою Рябину и ужасаюсь.

— Ты избавилась от моего ребенка, не спросив, хочу ли я этого? Рябина, как ты могла? Я же любил тебя. Готов был на все ради тебя. Могла бы мне его отдать, если он тебе в тягость, я бы воспитал один. Зачем ты так со мной? — Глаза предательски показывают всю боль не только души но и тела.

— Я ни за что на свете не избавилась бы от твоего ребенка, даже если бы ты отказался от него. Благодаря твоим подружкам я потеряла нашу малышку. — Спокойно говорит в лицо, вызывая еще больший гнев во мне, переводит взгляд за мое плечо, догадываюсь, на кого смотрит. — Радуйтесь, пока! Бог присматривает за всеми и воздает по заслугам. Все в этой жизни возвращается бумерангом.

Думал, она будет испуганной, ну может разочарованной или раздраженной, что я узнал ее секрет, который опять скрыла от меня. Но она выглядела совсем не так.

Вы хоть раз видели, как дают пощечину? Я видел. Сам не раз вручал и получал. Как только ее влепят, на лице появляется такое выражение. Оно длится лишь несколько секунд. Все лицо просто белеет… и без эмоций. Это, наверно, шок, словно вы не можете поверить в то, что только что произошло. Уверен, минут пять назад мое лицо исказило это неверие, а сейчас на лице Русланы не просто бледность, она готова рухнуть в обморок, как будто не она, а я дал ей пощечину.

Наблюдаю за Русланой, пошатывающейся на своих идеальных ножках, в туфельках на невысоком каблуке, уходящей, тихо закрывшей за собой дверь моего кабинета. А я стою и жду. Чего? Спросите вы, но у меня нет ответа, зол как тысяча разъярённых львов. Мне срочно надо спустить негатив иначе взорвусь как закрытая дубовая бочка забродившего вина.

Думаю, что это сейчас было. Вспоминаю о тысяче претензий в глазах моей Рябины, которые хотела мне сказать, но в очередной раз промолчала, когда она плакала за своим столом утешаемая Максом. Я думаю, думаю, думаю о том, как она была рада увидеть меня, после разлуки длинной вечных шестидесяти дней. И сейчас уходя она не казалась корыстной стервой идущей по головам к своей цели, а наоборот уничтоженной слишком тяжелыми ударами от нелегкой жизни.

— Милый, не обращай на нее внимание. Она строит из себя невинность, но не так проста, как думаешь. Калинина все это время тебя водила за нос, ты в этом убедился. И в компании от нее толку мало. Вся ее работа сплошные ошибки и недочеты, надоело за ней все исправлять. — Вздыхает тяжким грузом лжепереработки. — Я точно знаю про аборт, а не выкидыш как она утверждает. — Выводит из анабиоза вечно сующая свой лживый нос бабуля.

— Правда? А вот у меня другая информация. Любимов все ее отчеты мне напрямую присылал, а вот ты приезжала сюда, как поет Сердючка в песни про Дольче Габбана. И мне очень интересно, откуда ты знаешь про Рябину и ее здоровье так много? — Хмуро всматриваюсь Ольге в глаза, не упуская и мгновения ее реакции.

— Зайка, так это всем известно! Тебя не было долго, вот поэтому ты и не слышал. Она пыталась все скрыть, но знаешь как я внимательна, Рыжая слишком долго на больничном пробыла. — Слащаво юлит, поглаживая рубашку на моей груди, поправляя галстук, бегая своими лживыми глазами по мне не касаясь лица. Знает стерва, что увижу в них обман чистой воды. Ладно, Зайка, поиграем дальше.

— Вот как? — Удивляюсь. — Во-первых, Рыжая для тебя Руслана Михайловна, и ни как больше! Во-вторых, ты помнишь про домашних питомцев, чем тебе это обернется? — Хмурю брови, указывая пальцем в лицо. — И в третьих — абсолютно права, что-то я совсем дела забросил, вот теперь вернулся и проверю, как успешно выходит из кризиса компания «Руснефть». Любимов обещал уже в ближайшее время вывести на плюсовую прибыль. Все каналы нелегальной утечки перекрыты, и твоему бывшему любовничку больше нет доступа к месторождениям. А со свадьбой ты погорячилась, обещал подумать, когда ты мне сдашь информацию на дядю Калининой. Как будешь готова открыть карты, поговорим, а сейчас будь любезна вали работать. От тебя много бесполезных слов и мало толку в рабочем процессе.