Чтение онлайн

— На вашем месте я бы не стал это проверять, а шел бы восвояси, — проворчал Бард. — Откажись от своей затеи, Торин! Неужели ты не дорожишь жизнями своих товарищей? Или этой женщины? — он указал на Гермиону, отметив как при этом напрягся гном.

— Я иду с ним, чтобы помочь. — сказала девушка. — Силу моей магии признают и эльфы, и волшебник Гэндальф Серый.

— Мне все равно, — оборвал лучник. — Я не стану вам помогать. Убирайтесь из моего дома и возвращайтесь туда, откуда пришли. Будете упорствовать — сдам вас властям.

— Ты в меньшинстве, лучник! — зарычал Двалин, и гномы, не сговариваясь, стали теснить Барда к стене. Гермиона попыталась вклиниться между ними, но была решительно отодвинута Торином, который толкнул ее в руки Бофура, а тот, повинуясь молчаливому приказу, крепко взял ее за локти. Гермиона поняла, что Торин уже все решил и не станет ее слушать. Она покрутила головой в поисках единственной поддержки, которую могла получить — Леголаса, но светловолосый эльф куда-то исчез, должно быть воспользовавшись суматохой, и выскользнул в окно.

Неизвестно чем бы окончилась сцена в комнате, но с улицы раздался шум, и внезапно разлетевшись тучей щепок и осколков, с треском вылетело окно, явив безобразную бородавчатую орочью морду. Дверь содрогнулась от удара, полетела щепа под острием боевого черного ятагана, врубающегося в дерево.

На шум открылась дверь в спальню, и оттуда показались было заспанные и встревоженные Тильда и Сигрид, но Бард, оценив ситуацию, толкнул их обратно, приказав не высовываться.

В разваленную пополам входную дверь уже лез первый орк, его хищный оскал застыл посмертной маской, когда его голова слетела с плеч, срубленная блеснувшим голубоватым клинком, и в проеме возник взбудораженный Леголас с лихорадочным блеском в глазах и шальной улыбкой на лице.

— Я же говорил, что они до нас доберутся! — воскликнул он, выпуская стрелу в другого орка. Его лицо выражало торжество и боевое возбуждение. — Я облегчил тебе задачу, гном, и убил пятерых, — успел он бросить Торину.

Сиюсекундно в тесной и без того комнате началась настоящая свалка. Бильбо наблюдал за происходящим из укромного уголка, понимая, что в этой схватке ему участвовать не по силам. Однако он крепко сжимал в руке Жало, готовый прийти на помощь, если понадобится. Большей частью он не сводил глаз с Гермионы, которую Леголас успел в последнее мгновение выдернуть с пути орочьего меча. Бильбо предпочел бы, чтобы девушка тоже отсиделась.

Да разве ее заставишь?

Сама же Гермиона поймала себя на том, что недурно управляется с мечом. Жестокие уроки Двалина не прошли даром. К тому же, видимо, только это ей и оставалось. Потому что, потянувшись к магии единожды, девушка с ужасом поняла, что больше не может убивать волшебством. Открытие было настолько невероятным и пугающим, что Гермиона враз растеряла боевой дух. Не сумев справиться с первым приступом паники, она потеряла концентрацию лишь на мгновение и один из орков быстро оттеснил ее к выбитому окну и ухватил за шею, намереваясь перерезать горло. Но снова мелькнул Леголас, и орк повалился мертвым, забрызгивая кровью деревянные половицы.

Гермиона была совершенно зачарована быстротой и точностью движений эльфа, с легким царапком досады отмечая, что ей никогда не стать настолько безупречной в бою. Леголас всегда двигался быстро, но сейчас девушка могла поклясться, что не замечает его шагов, словно бы эльф двигался скользя и так неуловимо, что, казалось, он включался то там то тут, будто голограмма. Леголас делал выпад мечом в сторону одного, и тут же молниеносным движением выхватывал стрелу, натягивая лук и всаживая ее в лоб врага едва ли не в упор.

Бильбо, не усидев, вырвался-таки из своего укрытия, когда увидел, что двое орков зажали в угол все еще не слишком хорошо владеющего раненой рукой Кили, и наугад рубанул Жалом, поддев орков под колени обоих за раз. От расправы его спас Торин, отбросив в сторону как щенка за шиворот.

Орки дрались безыскусно. В обычных ситуациях им хватало грубой силы, но гномы не были простыми противниками или легкой добычей.

Предводитель нападающих был прекрасно известен Торину — это был Болг, сын гоблина Азога, злейшего врага гнома.

Он был огромен ростом, страшен и искусен в бою, ибо опасения не знал. И был не в пример умнее своих толстолобых собратьев. Болг сразу выхватил из общей суматохи человеческую женщину, неизвестно откуда взявшуюся среди гномов, но которую так ревностно защищал их король. А еще он помнил то нападение на отряд тогда, на подступах к Имладрису, когда эта девчонка убила нескольких его слуг, даже не держа в руке меча, неизвестным и от этого еще более пугающим способом. К тому Хозяин, его Хозяин в Черном Замке, упоминал о том, что чувствует волнения в плетениях магии, и исходят они не от чародея, что сидит в клетке в его подвале.

Гэндальф Серый не произнес и слова, когда Некромант допытывался его ответа на этот вопрос.

Болг взъярился, когда понял, что несмотря на численный перевес, а их было около тридцати, его слуги бесславно проигрывают. С рычаньем он метнулся к Торину, который не видел его и был от этого беззащитен.

Зато его увидела Гермиона. Она успела выкрикнуть имя Торина и увидеть, как тот обернулся, а потом Болг обрушил на нее свой железный кулак. Девушка отлетела будто тряпичная кукла. Удар о стену вышиб из нее воздух и погасил сознание. Последним, что она увидела, был меч Болга, занесенный над Торином.

Бильбо тотчас отволок бесчувственное тело девушки в сторону, где ее не смогли бы достать орки. А потом случилось удивительное.

С улицы через вышибленный оконный проем хлынул чистый белый свет, ослепляя оставшихся в живых орков, и в дыре, к удивлению и восторгу гномов, показалась знакомая седая голова в конусной шляпе. Болг при этом совершил непростительную ошибку, замешкавшись, и получил удар Оркристом прямо в сердце.

Торин брезгливо стряхнул с лезвия черную кровь и отпихнул тело поверженного прочь. Остальные, испугавшись явления чародея, якобы заточенного в крепости их властелина, позорно бежали прочь.

Мага обступили радостно улыбающиеся гномы.

— Гэндальф! — вскричал Торин. — Как?!

— Сейчас не лучший момент для объяснений, — хрипло произнес чародей. — Скажу лишь, что вырваться было сложно.

— Гэндальф! Торин! — в панике вскричал Бильбо, выбираясь из угла. — Эмин...

Гермиона раскинулась тут же, не подавая признаков жизни. Из угла рта струйкой стекала кровь.

Гэндальф нахмурился и, удержав ринувшегося к ней Торина, тяжело опустился на колени и коснулся пальцами ее лица.