Чтение онлайн

Проснулся служитель Фемиды самостоятельно, чувствуя себя бодрым и удивительно выспавшимся. А когда понял, что «сладко просопел» свою станцию, а заодно и начало заседания, вначале похолодев от ужаса, а затем вспотев от гнева, потребовал к себе «подлеца»-контролера. Четверть часа «почтенный господин в пенсне» изрыгал такие изысканные бранные тирады и демонстрировал столь непристойные жесты в адрес виновато потупившегося контролера, что возмущенные пассажиры наконец вынуждены были вступиться за «обиженную» сторону. Но доселе молчавший контролер задумчиво сказал, что это еще цветочки, поскольку он представляет себе, что о нем думает человек, которого он вот уже как два часа, несмотря на яростные вопли и сопротивление, умудрился вместо господина в пенсне высадить с поезда. Пострадавшему адвокату ничего не оставалось, как доехать до Москвы и телеграфировать оттуда в Клин о том, что задерживается «ввиду не зависящих от него обстоятельств» и первым же поездом прибудет на место. Ото всей этой «нелепой истории» он так разволновался, что, приняв добрую дозу успокоительного, «успокоился» ровно настолько, чтобы, случайно заснув, опять проехать нужную станцию. Отчаявшись попасть по назначению, он уже напрямую поехал в Петербург. Дома же его ждала «милейшая» телеграмма о том, что суд перенесен на неопределенное время.

Спустя пару лет, оказавшись на каком-то съезде юристов, ему опять пришлось вспомнить об этом случае. Один его коллега поведал, как только благодаря «неожиданной выходке» контролера, который вышвырнул его сонного с поезда, он не попал в Москву на судебные слушания по делу известного контрабандиста и остался жив. Оказалось, что в тот день в зал заседаний бросили бомбу, и несколько человек погибли, а он в это время сидел на клинском вокзале в ожидании следующего экспресса.

Сто лет назад случилось питерскому чиновнику Бурцеву прикупить себе дачу в Териоках (ныне — Зеленогорск). Место хорошее, и до города поездом недалеко, тем более что по роду деятельности ему частенько требовалось отлучаться в Петербург, да и соседи, преимущественно финны, люди приятные, аккуратные. Как-то утром вышел Николай Калистратович к морю искупаться, а заодно полюбоваться ландшафтом. И видит — на его береговом участке лежит выброшенный ночной бурей мертвый тюлень. Сначала, не подумав о последствиях, он не обратил на него должного внимания, пока через день тюлень не начал разлагаться и распространять зловоние. Тогда новоявленный дачевладелец нашел какого-то чухонца и попросил увезти бывшего морского жителя куда-нибудь подальше. Но когда заговорили о цене, чухонец очень внимательно осмотрел животное, пощупал его, а после этого постановил: «Три рубля». «Как три рубля?! — возопил „счастливый“ обладатель тюленя. — Сбавь хоть немного, и я согласен!» Но абориген оказался упрямым и ответил: «Никак нельзя. Три рубля». Еще немного поторговавшись, пришлось согласиться на эти условия. К тому же, Николай Калистратович спешил, ему еще нужно было съездить по служебным делам в столицу. «Ну убирай, хоть за три рубля, но только поскорее», — поторопил он. Каково же было удивление «чиновника на отдыхе», когда чухонец, выудив из-за голенища сапога кошелек, достал оттуда три целковых, вручил их хозяину тюленя и деловито принялся паковать приобретение. Как оказалось, чухонец подумал, что ему просто продавали мертвое животное.

Бурцев, все еще находясь под впечатлением от неожиданной сделки, поспешил на станцию, где собирался сесть на поезд до Петербурга, но, поглощенный мыслями об утреннем курьезе, по ошибке уселся в поезд, следующий на Иматру. Состав благополучно тронулся в противоположную от Питера сторону, а через несколько минут к Николаю Калистратовичу подошел финский контролер и, удивившись, что пассажир едет с петербургским билетом на Иматру, с почтительным недоумением спросил: «Вы в Петербург?» — «Ну да, вы же видите сами, что в Петербург!» — ответил незадачливый пассажир. «Виноват, пожалюста», — протянул назад билет контролер. За время пути три раза через каждые несколько станций повторялся буквально тот же диалог, который уже не раздражал, а веселил Николая Калистратовича, правда до тех пор, пока он не сошел с поезда.

После этого случая Бурцев решил, что финны хотя народ серьезный и угрюмый, но, похоже, падкий на всякого рода недоразумения. И будучи сам человеком с юмором, предложил приятелю, соседу по даче, «в отместку» немного позабавиться над «чухонскими кондукторами». Дело в том, что на поезда тогда существовали сезонные билеты с обязательной фотокарточкой владельца. И два великовозрастных шутника решили обменяться этими самыми билетами, после чего разместились в разных вагонах одного поезда. Естественно, что кондуктор, обнаружив у обоих пассажиров чужие билеты, отобрал их и сдал для выяснения дела на конечной станции. Несложно представить себе изумление начальства, когда за своими билетами явились схожие с фотокарточками лица и учинили справедливый скандал. Устроили очную ставку с испуганным кондуктором, который извинялся и очень переживал, что так получилось, поскольку эта история явно грозила ему потерей рабочего места. Так и случилось бы, но шутники, уже вдоволь натешившись, сказали правду, что сами перепутали билеты, разумеется, благоразумно умолчав об истинной причине такой рассеянности.

Сотню лет назад в один из осенних дней петербуржцы под вечер с ужасом рассказывали друг другу о страшных происшествиях на станции Удельной. За один день там сошли с рельсов два поезда, под колесами третьего погиб человек и еще один поезд сгорел.

Неприятности начались с самого утра. Экспресс номер восемь на Гельсингфорс подъезжал к станции, где было не протолкнуться от людей, ожидавших местный поезд. Вдруг неизвестно каким образом навстречу пассажирскому составу выскочил товарняк, машинист его будто ослеп. Раздался треск и грохот. Каким-то чудом все остались живы, пострадали только поезда и пути. Но «недостаток жертв» восполнился спустя несколько часов, когда едва-едва успели убрать следы катастрофы. Из-под тормозившего у станции поезда раздался истошный вопль — раздавлена оказалась некая молодая дама в трауре. Что случилось, никто так и не смог понять. Вроде бы, женщина переходила из вагона в вагон, но оказавшись между площадками, она неожиданно, миновав буфера, исчезла под колесами. Очевидцы говорили, что если бы несчастная, упав, не дергалась, то осталась бы жива, а так ее буквально разрезало пополам. Дотошные петербургские журналисты вскоре выяснили, что, возможно, это вовсе и не был несчастный случай. Погибшая оказалось дочерью одного купца. Не так давно она вышла замуж за некоего финна, причем вопреки воле своего батюшки. Разгневанный купец дочурку проклял, но оказался слаб сердцем и вскорости скончался. Вся родня ополчилась на несчастную, называя ее отцеубийцей. Посему женщина от безысходности и решила повторить «подвиг» Анны Карениной.

Пока на Удельной снова наводили порядок после трагедии, на перронах собралась изрядная толпа зевак, которые бурно обсуждали произошедшие события. Расходиться никто не собирался.

— Уверенно вам, говорю, надо ждать третьего акта, — вещал какой-то субъект в потертом сюртуке. — Бог троицу любит, даже когда нас, грешных, карает.

И точно, спустя пару часов пришло известие, что недалеко от станции горит поезд из Выборга. Огонь в багажном отделении заметили сами пассажиры. Состав остановили, все высыпали из поезда и попытались спасти свои вещи. Но оказалось, что тушить огонь нечем: до станции далеко, водоемов поблизости нет. На свою беду, один выборжец вез в этом поезде молоко на продажу в столицу. Прознавшие об этом пассажиры тут же и решили, что добро, залитое молоком, все лучше сгоревшего, а значит, надо тушить тем, что есть. Хозяин молока возражал: дескать, пожар — это еще не повод, чтобы молоко переводить и ему, несчастному, разорение чинить. За такие слова он был бит разгоряченными «пожарниками» и был вынужден сдаться. Впрочем, пользы от молочного тушения не вышло никакой — унять огонь так и не удалось. Посему когда на место происшествия прибежали зеваки с Удельной, они застали «восхитительное» зрелище полыхавшего состава на фоне темнеющего неба… В Петербурге же с того дня еще долго ходили слухи о том, что на Удельной нечистый завелся: поезда и людей губит без разбора.

Предисловие от авторов … 3

Азарт и страсть

Живая очередь на дуэль … 4

Карапуз-картежник … 5

Игра с «секретом» … 7

Невский скакун … 8

Пари по-русски … 9

Маэстро кутежа … 11

Король пьяниц … 12

Босоногое лечение … 13

Блинное безумие … 15

Слабительные заплывы … 16

Рецепт для коллекционера … 17

Проклятая мумия … 19

Под сенью муз

Мекка для гастролеров … 21

Роковое па … 23

Не все рыжие одинаково полезны … 24

Кегли против драмы … 25

Буфетные гонорары … 26

Стихи для покойника … 28

Невский Бендер … 29

Нимфа-диверсантка … 31

Из грязи в шедевры … 32

Охотники за телами … 33

Фиеста нордическая … 34

Брачные маневры

Любовь размером с пятачок … 36

Жертвы эпистолярного жанра … 37

Лишь бы быть с любимой рядом … 38

Скамейка до венца доведет … 39

Свадебный атлет … 41

Брачные маневры … 42

Купцы дерутся — слугам радость … 44

Как жадный тесть на приданом погорел … 45

Жених на час … 46

Похищение россиянки … 48

Гувернантки легкого поведения … 49

Питерские чудеса

Мститель с того света … 51

Призрак оказался булочной … 52

Старушка-фаталистка … 54

Дачное привидение … 55

Казанский благодетель … 56

Шутка покойника … 57

От сумы да тюрьмы

Пока живут на свете дураки … 59

Хлестаков-профессор … 60

Почтовый пират … 62

«Спящая красавица» … 64

Доброта как улика … 65

Как мошенник стал звездой … 66

Друг нищих сгорел на «догнеппинге» … 67

Прийти, поесть… и не платить … 69

Продавец воздуха … 70

Тюрьма «пять звезд» … 71

Тюремные каникулы … 73

Уголовные дамы страшней приговора … 74

В погоне за звонкой монетой