ЖАНРЫ

Некрасавица и Нечудовище
Шрифт:

– Да…

Что-то тревожное было в его словах, что-то не так, я пыталась вслушаться, понять, что же это царапнуло мои мысли? Что? Но никак не могла уловить эту мысль, она ускользала словно мокрая рыба. А после и вовсе скрылась с глаз.

– Это очень грустная история… - Вздохнув, сообщила я Арману, - Грустная, не только оттого, что все уже случилось, но и от того, что как бы мы с вами не хотели, вряд ли тётушка Лорейн поверит нам. Она бывает…

Я задумалась, пытаясь подобрать слова, чтобы описать это её качество.

– Упряма?

– И это тоже. Но, скорее, она слишком консервативна. Её трудно в чём-то сдвинуть с её точки зрения.

Арман улыбнулся мне, слабо, но уже не так печально, как раньше. Возможно, рассказав эту историю, ему стало легче. Он поделился, теперь он был не один. И теперь я тоже знаю, что он любил их, заботился о них как мог, а главное, он не бросал их. Так что гнев тётушки совершенно необъективен.

– Ты ведь ещё не замужем, верно?

Я насторожилась. Я не любила обсуждать эту тему даже с подругами, а тем более с посторонними. А уж учитывая предложение Мэни…

– Так и есть.

– Могу я дать тебе совет, прежде, чем я провожу тебя домой? – Я кивнула, подымаясь со скамьи и протягивая ему руку, он тоже встал. – Не выходи замуж по принуждению, только потому что это кому-то надо. Ты возненавидишь этого человека, что разделил с тобой это, и твой брак превратится в ад. Лучше выйти замуж последней, но зато по сердцу, оно никогда не ошибается.

– Вы говорите, как тётушка Лорейн, - я усмехнулась, раскрывая зонтик и, отмечая, что с Арманом приятно гулять. От него словно веяло какой-то странной уверенностью и спокойствием. Никуда не хотелось торопиться, лишь жить и дышать полной грудью.

– Ну если мы оба так говорим, значит есть в этом какой-то смысл? Вы не находите, Эйни?

Я улыбнулась ему, чувствуя, как внутри сжимает сердце ледяной страх. Моё сердце знало совершенно точно, что надо ответить на предложение Мэни. Всегда знало. Но не хотело называть это ответом. Мне так не хотелось причинять ему боль.

Мы болтали до самого дома о чем-то неважном и весёлом. Он поцеловал на прощанье мою руку и растворился на улице. Я, счастливо улыбаясь, переуступила порог дома, и начала снимать шляпку, напевая что-то под нос. В этот момент я увидела напряжённое лицо тётушки Лорейн. Она стояла на ступеньках лестницы, сжимая перила, поэтому я не сразу её заметила и испуганно охнула, увидев.

– Вы напугали меня, тётушка.

Я повесила зонтик на вешалку и улыбнулась ей.

– Не совершай ошибок моей сестры, Эйни.

Её голос напряжённо звенел, когда она произносила эти слова, в них звучал боль и обида. О нет, кажется она увидела нас. Как неосмотрительно было разрешать ему проводить меня… и тогда она наверняка поняла, что я соврала ей про прогулку с Мариэнн. И все это выглядит так неприятно… что же мне сказать ей? Как оправдаться?

– Тётушка Лорейн… - начала было я, но она, не слушая меня, громко протопала наверх и там громко хлопнула дверью своей комнаты. Затем также громко в тишине дома раздался щелчок замка. Она никогда не закрывается на замок. Неужели она так сильно обиделась из-за моей прогулки с Арманом… Она же всё неправильно поняла. И ведь не станет слушать. Что ж… придётся подождать пока она остынет.

Часть 8.

Однако все оказалось не так просто, как я ожидала… мне казалось, тётушка сердится, что вполне было очевидно и причины были вполне ясны, но не совсем поняла в тот момент насколько она сердится.

Весь следующий день меня игнорировали. Я злилась. Это было каким-то ребячеством, и я никак не ожидала этого от взрослой, умудрённой опытом женщины. Каждый раз, когда я подходила к ней и начинала заводить разговор о произошедшем, она просто уходила в другую комнату или отворачивалась.

И вот по истечению всего это нервного дня, я сидела в своей комнате и тихо злилась, не понимая, как можно быть такой… да, Арман прав, упрямой. По-другому тут и не скажешь. Резко встав с кровати, я отправилась на кухню, решив, раз и навсегда разобраться со всем этим.

– Тётя! – Я закрыла на кухню дверь, тётушка Лорейн вздрогнула и сделала вид, что не заметила меня, продолжая что-то перемешивать в миске. Я решительно подошла к ней и усадила её на стул, отбирая миску. – Нам надо поговорить. Сейчас!

Когда она попыталась встать, я снова усадила её и встала рядом, словно надзиратель.

– Я не выпущу вас отсюда, пока вы не выслушаете меня.

– Эйни, ты упряма!

– А вы нет?

Тётушка Лорейн поджала губы и сложила руки на груди. Её брови были нахмурены и весь её вид показывал, как она недовольна происходящем.

– О чём же ты хотела поговорить?

– Об Армане, это очевидно.

Я не хочу о нем говорить.

– Хорошо, - недоверчивый взгляд в мою сторону, - я поговорю о нем сама, а вы послушаете. Вы можете сколько угодно обижаться на меня за эту встречу с ним, но он очень хотел выяснить, что произошло с его женой и дочерью.

Тётушка Лорейн тихо фыркнула. Ох, как же это будет непросто…

– Да, и я рассказала ему все, что вы поведали мне, а он мне рассказал свою версию событий.

– И конечно же она не совпала с моей… - Она покачала головой. – Ты слишком доверчива, моя дорогая. Тебе не стоило ему верить.

– Вы ошибаетесь, тётя. – С нажимом ответила ей я и даже притопнула от переизбытка эмоций. Ну как она не понимает! – Он рассказал мне тоже самое, за исключением двух вещей.

Тётушка Лорейн снова покачала головой и повернулась ко мне вполоборота, всё такая же нахмуренная и сердитая, однако мне показалось в её глазах мелькнуло... сомнение?

– Хорошо, я слушаю тебя.

Я присела на соседний стул, видя, что тётушка не собирается никуда от меня убегать, и я могу расслабиться.

– Первая вещь – это что ваша сестра не была влюблена в Армана… Она… Она вышла за него замуж, потому что была беременна от своего жениха уже… И ей просто нужно было скрыть этот факт.

Лицо тётушки потемнело, она сгорбилась. Я замолчала, не зная, стоит ли говорить что-то ещё, но никакой реакции не последовало, и я продолжила:

– Милана не дочь Армана. Но он любил её и заботился о них обоих, однако это признание в первую брачную ночь разбило ему сердце. И Мара... она всегда любила только своего жениха, не Армана, и ненавидела за это своего мужа.

Я замолчала, внимательно следя за лицом тётушки Лорейн. Некоторое время мы сидели в молчании, лишь из окна доносилось лошадиное ржание и цокот копыт. Наконец, тётя подняла на меня задумчивые глаза:

– Это многое объясняет. Когда Лоуренс расстался с Марой, мне казалось это нелепым и странным, ведь они так хотели этой свадьбы. Тогда же она бросилась искать нового жениха, буквально висла на них. Мне казалось, она просто хочет заглушить душевную боль, но видно нет… Она перестала меня пускать к себе в комнату и слуг тоже, старалась одеваться всегда сама… ох, как я была глупа и совсем этого не понимала… - Тихий вздох разнёсся по кухне. – Впрочем, это же объясняет, что она так быстро согласилась на предложение Армана, и так поторапливала свадьбу. Хотя странно, что Арман не расторгнул брак, все узнав о ребёнке…

Поделиться с друзьями: