Немцы Армавира
Шрифт:
Маудер Кондрат Петрович (ул. Новая, 70) в 1932 г. был лишён избирательных прав как совладелец паровой машины. Маудер писал в своей жалобе в Армизбирком, что в 1927 г. он действительно вместе со Штриккером Фёдором Фёдоровичем приобрёл паровую молотилку за 3 800 руб. у "гражданина" из села Коноковского. "Вследствие того, что мы были в этом деле не опытные, молотилка оказалась недоброкачественной, работала с большими перебоями, так что мы выработками не могли оплатить производственные расходы. ... Таким образом, я был горе-собственником этой молотилки, не давшей мне ничего кроме убытков". Маудер К.П. в жалобе в Армизбирком отмечает, что его сын служил в рядах Красной армии.
Из протокола опроса жены Маудера Кондрата Петровича Маудер Марии Петровны 55 лет (С.К., В.Ш.: 1932 г.):
"До 1917 г. ходила по найму на подённые работы, вышла замуж, жила как домохозяйка на иждивении мужа. Дочь Амалия Маудер - 21 год, инвалид, тоже на иждивении отца Маудера К.П.... Главой семьи является
Маудер Кондрат Петрович - 52 года
1. жена Мария Петровна - 55 лет
2. сын Кондрат Кондратьевич - 24 года
3. дочь Амалия Кондратьевна - 21 год
4. невестка Амалия Фёдоровна - 23 года
5. внук Владимир Кондратьевич 4 года
6. внучка Тереза Кондратьевна - 1 год.
Указанные лица живут все вместе".
Кондрат Маудер не был восстановлен в правах.
В 1929 г. был выслан в Архангельскую губернию Пётр Фёдорович Флаг 1872 г. р., уроженец Самарской губернии, проживавший в Армавире с 1880 г. Работал машинистом. В 1903 г. приобрёл молотильную машину. В 1929 г. был лишён избирательных прав, как машиновладелец и выслан за пределы края. "По окончании срока в 1932 г. уехал в город Ахалцихе, где проработал на разных работах, затем работал колхозником Чернореченского Лаб... (?), и в феврале месяце 1936 г. прибыл в г. Армавир, где работает в сельхозснабе с мая месяца 1936 г. столяром... Состав семьи имеет 6 человек". Его дело рассматривалось в том же 1936 г., и он был восстановлен в избирательных правах.
Андрей Андреевич Шлотгауэр был лишён избирательных прав, как торговец. Об этом мы узнаём из заявления его сына, также подвергшегося этой мере, но уже в качестве иждивенца своего отца. Александр Шлотгауэр доказывает, что он живёт самостоятельно и торговлей не занимается, и исключение его из класса трудящихся является неправильным.
Фото 43. Бывший дом Андрея Андреевича Шлотгауэра (современный вид).
И ещё много подобных свидетельств из жизни армавирских немцев периода "сплошной коллективизации" и "искоренения классово чуждых элементов" можно найти в фонде Р-1309 Архивного отдела администрации г. Армавира. В приложениях мы приводим несколько дословно цитируемых источников, ознакомившись с которыми, читатель сможет не только более детально изучить эту тему, но и почувствовать дух того времени (Приложение 23).
И, наконец, настало время вернуться к событиям 1933 г., когда фашистское руководство Германии проявило живой интерес к голодавшим тогда в СССР немцам.
В банках Германии открылся специальный счет "Братья в нужде", на который в числе первых внесли по одной тысяче марок личных денег президент Германии П. фон Гинденбург и канцлер А. Гитлер. В помощь голодающим немцам в СССР германское правительство ассигновало 17 млн. марок. Не разрешив официально государственную помощь со стороны Германии, советское руководство сняло запрет на частную помощь конкретным лицам. Такая помощь в виде продуктовых посылок и денежных переводов в марках со второй половины 1933 года стала поступать на Северный Кавказ.
С начала 1930-х гг. в национальной политике советского руководства наступает известный перелом.
Национальная политика 1930-х гг. во многом противоположна проводимому ранее курсу РКП(б) на поощрение этнокультурной специфики народов. Национальную политику этого периода можно определить как директивно-интегрирующую.
Объективными условиями трансформации курса являлись: начало модернизации экономики на административно-командной основе; подавление последних форм оппозиции и складывание монопольной власти ВКП(б); курс на "построение социализма в отдельно взятой стране"; приближение мировой войны.
На фоне общегосударственных тенденций, описанных выше, начинает усугубляться положение советских немцев.
В ответ на германские действия в 1933 г., в СССР была инспирирована акция по формированию негативного общественного мнения к получению помощи из Германии. ЦК требовал добиться от немецкого населения полного прекращения связи с заграничными "буржуазно-фашистскими" организациями, которая заключалась в получении денег, посылок. Под флагом "борьбы с фашизмом" тоталитарный режим начал мощное наступление на всякое проявление национальной специфики: начались преследования на религиозной почве, вводились запреты на национальные традиции, обычаи. Существование в крае до декабря 1933 германской концессии "ДРУЗАГ" (Армавирский округ) было использовано как повод для массовых арестов рабочих и служащих этой концессии. 166 немцев, бывших сотрудников концессии, подверглись репрессиям в течение четырех лет после ее ликвидации "за систематическое вредительство в полеводстве, животноводстве, на предприятиях". Арестованных обвиняли в установлении связей с "комитетами помощи" в Германии и получении марок в "обмен на клеветническую антисоветскую информацию" (т.е. в написании писем с просьбой об оказании помощи в голодные 1930-1934 годы).
С ноября 1937 г. начинается очередная антинемецкая кампания. В данном случае речь шла о германских подданных, которые по данным НКВД вели шпионскую и диверсионную деятельность на предприятиях СССР.
Чтобы "полностью пресечь эту деятельность", нарком внутренних дел приказывал арестовать всех германских граждан, проживающих в СССР, работающих (или работавших ранее) в оборонной промышленности и на железных дорогах. На аресты было отведено пять дней, начиная с 29 июля. После "особо тщательного" следствия дела должны были быть направлены на рассмотрение Военной коллегии Верховного суда или Особого совещания при НКВД.
Этот приказ не ограничивался только германскими подданными. В тексте уточнялось: "Вновь выявляемых в процессе следствия германских агентов-шпионов, диверсантов и террористов, как из числа советских граждан, так и подданных других государств, немедленно арестовывать, независимо от места их работы".
Подавляющую часть арестованных советских граждан, причисленных к "германским агентам, шпионам, диверсантам и террористам", местные НКВД-УНКВД теперь могли осуждать в "альбомном порядке", не утруждая себя ни созданием видимости "тщательного следствия", ни оформлением целого ряда процессуальных документов. О размахе репрессий против немцев Краснодарского края позволяет судить таблица, приводимая Н. Охтиным и А. Рогинским в своей работе (Приложение 25).
Если принимать во внимание территориально-административные единицы уровня края и области, то в Краснодарском крае репрессии против немцев носили самый массовый характер после Алтайского края.
Надо полагать, что большая часть приведённых ниже случаев ареста и осуждения армавирских немцев и немцев, проживавших в непосредственной близости от города, были связаны с событиями этой кампании.
Атмосфера периода массовых репрессий живо передана в докладной записке "и.о. Крайпрокурора" Краснодарского края Востокова на имя прокурора СССР Вышинского: "Мною сообщено Вам о потоке жалобщиков-родственников репрессированных органами НКВД в Краевую Прокуратору. ... По Краснодарскому краю репрессировано по 1-й и 2-й категориям свыше 20 000 чел., члены семейств которых, как я вам уже сообщал, обращаются в Краевую прокуратуру, поток жалобщиков имеет тенденцию к постоянному увеличению и обещает в феврале-марте возрасти до больших размеров.
В тюрьмах края содержится под стражей 16 860 чел., при лимите в 2 760 чел.... имело место уже появление инфекционных заболеваний заключённых в Краснодарской, Армавирской и Майкопской тюрьмах (сыпной и брюшной тиф).
У Краснодарской и Армавирской тюрем постоянно скопляется большое количество родственников заключённых, пытающихся узнать о судьбах заключённых, передать одежду, продукты или получить свидание с ними, толпа не рассеивается и в ночное время, некоторые лица живут у тюрьмы по нескольку дней...