Чтение онлайн

Ули Хеннес восторгался бесцветной нулевой ничьей, назвав ее «великолепной игрой для подлинных гурманов». В одной из первых своих статей на футбольную тему я вопрошал, все ли в порядке со вкусовыми рецепторами у владельца сосисочной фабрики [4] , а три дня спустя, когда, ничего не подозревая, вышел на прогулку по лондонской Оксфорд-стрит, пережил испуг всей своей жизни. Мне звонил Хеннес, он жаловался на саркастический тон моей статьи.

В век, когда линия обороны считалась лучшей линией для защиты от атак соперника, умение не пропустить гол удивительным образом возвысилось до акта героизма. Кан, постоянно сверхмотивированный альфа-самец, охранявший ворота и периодически кусавший соперников за мочки уха, был суперзвездой этой эпохи стерильности, в буквальном смысле «последним защитником» на рубеже, который определял, уйдет ли его команда с гордо поднятой головой и воротами «на замке» или же получит унизительную головомойку от соперника.

В то время как английская пресса частенько с ошибкой писала его фамилию Khan, подсознательно проводя параллели с монгольскими императорами или клингонскими военачальниками, немцы восхищались урожденным в Карлсруэ сыном экс-голкипера одноименной команды Рольфа Кана, называя его Torwart-Titan – титаном среди вратарей. В 2001 году он помог «Баварии» завоевать ее первую победу в Лиге чемпионов за 25 лет [включая ее прежний формат – Кубок чемпионов. – Прим. ред.], совершив десятки важнейших сейвов на стадии плей-офф и парировав три пенальти в миланском финале турнира против «Валенсии», а годом позже дотащил Германию до финала Чемпионата мира в Корее и Японии. По иронии судьбы именно его ошибка позволила Роналдо открыть счет в финале в Йокогаме, который Бразилия выиграла 2:0, хотя тот матч – опять ирония – стал лучшим матчем сборной Германии на турнире.

Финалистов встречали во Франкфурте как героев, признавая тот факт, что они выжали все возможное из своих ограниченных возможностей. Но блеск и сияние серебряных медалей команды ослепили слишком многих, так что о регрессе и упадке манншафт почти перестали говорить. Несмотря на абсурдно легкий жребий, ребята Фёллера, однако, с большим трудом преодолели сопротивление Саудовской Аравии, Камеруна, Ирландии, Парагвая, США и Южной Кореи, сумев добыть свой лучший результат на Чемпионатах мира со времен победы на мундиале в 1990-м.

Неспособность сборной обыграть ни одну сильную футбольную нацию на крупных турнирах (за исключением побед в серии пенальти) со времен той победы над Аргентиной в Риме (1:0) служила более надежным индикатором того, что Германия утратила свое место в иерархии мирового футбола. Даже с учетом товарищеских и квалификационных матчей статистика сборной в играх с более сильными соперниками была чрезвычайно удручающей. Разгром 4:1 сборной Испании (все еще строившейся в тот момент) в первом товарищеском матче под руководством Фёллера (август 2000 года) и победа со счетом 1:0 в квалификации над англичанами на «Уэмбли» (ставшая возможной благодаря штрафному от Диди Хаманна и неудачному выбору позиции голкипером Дэвидом Сименом) в октябре того же года были единственными положительными результатами в матчах с соперниками выше среднего за четыре года, полных негатива и нелепых конфузов: 0:1 от Франции (февраль 2001-го), 1:5 от Англии (сентябрь 2001-го), 0:1 от Аргентины (апрель 2002-го), 1:3 от Голландии (ноябрь 2002-го), 1:3 от Испании (февраль 2003-го), 0:1 от Италии (август 2003-го), 0:3 от Франции (ноябрь 2003-го) – теперь все ожидали от Германии поражений в матчах с большими командами. Переварить унижения от Румынии (1:5 в апреле 2004-го) и Венгрии (0:2 в июне 2004-го) было еще сложнее, но самым мучительным зрелищем было наблюдать, как команда Фёллера, вынужденная отставить в сторону свой консерватизм, шла в атаку на соперников-аутсайдеров, оборонявшихся большим числом.

На телевидении Гюнтер Нетцер регулярно жестко критиковал «футбольные методы, [подошедшие] вплотную к отчаянным». Культурный упадок, постигший сборную, яснее всего наблюдался в невыразимо ужасном выездном матче с Исландией в сентябре 2003-го, завершившемся со счетом 0:0. «Новая низшая точка», – кивал Нетцер, соглашаясь с ведущим ARD Герхардом Деллингом. Нетцер, бывший звездой сборной Западной Германии в прошлом, был взбешен попытками игроков команды подсластить горькую пилюлю унылого выступления на национальном стадионе «Лаугардалсвеллур» в своих послематчевых интервью. «Я не понимаю их. Почему они просто не скажут: «Сегодня мы играли по-настоящему дерьмово?» Оправданий нет. [Вместо этого] они рассказывают о сильных сторонах Исландии и всем том, в чем исландцам удалось их превзойти? Такой соперник не может быть стандартом качества».

Фёллер, слушавший все это в студии по соседству, яростно отреагировал в прямом эфире. «Позор. «Низшая точка», «новая низшая точка», «еще более низшая точка»… Я не могу больше слушать это дерьмо. Это уже за гранью. Им [двум экспертам с ARD] надо менять работу. Если они хотят развлекаловки субботним вечером, им следует устроить развлекательное телешоу. Я сижу на своем посту уже три года и все это время вынужден слушать подобный бред. Ладно, 0:0 недостаточно хороший результат. Мы недостаточно двигались, могли сделать для победы больше. Но эта херня, которую они несут… Они всех поливают грязью. Знаете, как дерьмово они играли во времена Нетцера? Смотреть нельзя было, это был футбол без движения… Я не буду дольше это терпеть, это я вам обещаю. Исландия – на вершине таблицы. Вы считаете, что мы должны были доминировать в выездной игре с ними? В каком мире вы живете? Вам нужно спуститься с небес на землю, развеять свои иллюзии относительно футбола, в который мы играем в Германии».

– Почему он столь язвителен сейчас? – осторожно спросил телеведущий Вальдемар Хартманн.

– Я не язвителен. Вы язвительны, – ответил Фёллер.

– Я? Вовсе нет.

– Нет, не вы, Вальди. Вы с комфортом сидите на своем диване, пьете три бокала пшеничного пива, вы очень расслаблены. Но они [телеэксперты], да, [язвительны].

– Я соглашаюсь с тем, что в прошлом мы часто играли дерьмово, – отвечал Нетцер на яростную тираду Фёллера, – я довольно часто это повторяю. Но частота, с которой команда Фёллера выдает плохие матчи, сильно беспокоит. Раньше мы проводили плохие матчи, но за ними следовали выдающиеся. Но не в этом случае. Вдобавок мы не так уж критично настроены. Они еще легко отделались в прошлом году.

Фёллер и его критики с телевидения соглашались по крайней мере в одном: положение Германии было таковым во многом по причине недостаточной выкладки игроков на поле. «Увидим ли мы, как они рвут задницы [в следующем матче]?» – спросил Хартманн. В то время такой комментарий сгодился бы за анализ матча. Было очевидно, что все складывается совсем не так, как нужно, но сложные, комплексные причины, по которым стал возможен такой бардак, никем четко не озвучивались. Вместо этого все были заняты поисками козлов отпущения.

Журнал Kicker подмечал слишком большое количество «длинных, безадресных передач», которые делала оборона в Рейкьявике. Тем не менее виноватым в бестолковой игре команды сделали одного игрока. «Баллак не сумел оказать влияния на игру», – гласил заголовок их отчёта о матче.

Высокий, статный сын архитектора был единственным основным игроком, приблизившимся к статусу футболиста мирового уровня из всех представителей того поколения. «Баллак и больше ничего», – писала Frankfurter Rundschau после Евро-2004; он стал единственным игроком в составе той сборной, чья репутация не пострадала после турнира. Великолепная техника Баллака, которой он обучился в KJS (детско-юношеская школа) в Гёрлице, в государственной спортшколе для подающих надежды спортсменов Восточной Германии, очень сильно выделяла его на фоне всех этих Карстенов Янкеров и Пауло Ринков в сборной. Он был хорош на «втором этаже», мог бить с обеих ног, обладал способностью выдать идеальный пас и много раз выходил победителем в важных дуэлях. Босс «Байера» Райнер Кальмунд называл его «маленьким Кайзером».

Проблесков блестящей игры в исполнении Баллака безумно не хватало в финале Чемпионата мира-2002. Он был дисквалифицирован. Та игра и последующая за ней пара лет продемонстрировали, что Баллак не просто стал самым важным игроком в системе Фёллера, когда дело доходило до периодических вылазок к воротам соперника. Он и был этой системой. «Отсутствие пропущенного гола плюс удар Баллака головой/или из-за пределов штрафной» – такой была победная формула Руди. «Может произойти все что угодно, за исключением травмы Баллака», – сказал тренер национальной сборной перед стартом Евро-2004.

Особый статус игрока порождал и трудности, главным образом нереалистичные ожидания. «Они хотели, чтобы я отбирал мяч сзади, царствовал в центре поля, сам себе пасовал вперед и забивал гол», – сетовал Баллак. Его именовали F"uhrungsspieler, ведущим игроком, и, будучи таковым, он должен был в одиночку выигрывать матчи. Чем меньше футбола становилось в игре сборной Германии, тем громче таблоиды и бывшие футболисты, а также тренеры кричали в телешоу о важности лидера, который поведет за собой отряды в бой. Лишь немногие люди осознавали, насколько жалкой была подобная реакция: мрачная, острая эмоциональная потребность видеть сильного человека, который выведет футбольную Германию из депрессии и избавит от позора на международном уровне.