Чтение онлайн

Немецкие подводные лодки часто гибли на минах и в сетевых заграждениях, нередко их настигали на поверхности моря противолодочные патрули и самолеты. Все это не могло не сказаться на качестве экипажей. К январю 1918 года старая добровольческая система приказала долго жить. Теперь офицеры и матросы призывались на службу; на новые, только что построенные подводные лодки нередко попадали новички. В одном из своих трудов по военной истории Кебл Четтертон отметил: когда после яростной схватки с эсминцами «Морсби» и «Майкл» 15 марта затонула подводная лодка «U-110», уцелевшие члены экипажа оказались юными и неопытными. Ресурсы Германии подходили к концу, но дрались эти юнцы храбро.

«U-110» была обнаружена после атаки на 10 037-тонную «Амазонку» у Малин-Хед. Атака шестью глубинными бомбами нанесла лодке повреждения разной степени тяжести, в том числе повредила рули глубины. Капитан 3-го ранга Карл Кролл попытался найти спасение, погрузившись глубже. Но глубина 300 футов оказалась слишком большой даже для относительно новой субмарины. Под давлением воды появились многочисленные течи; чтобы избежать катастрофы, Кролл приказал всплыть. Когда лодка вынырнула на поверхность, эсминец «Майкл» находился на расстоянии 5 миль, но с корабля немедленно открыли огонь, в результате которого погиб лейтенант Буш, командовавший палубным орудийным расчетом. После нескольких попаданий Кролл собрал экипаж на палубе, приказал всем надеть спасательные жилеты и прыгать за борт. «U-110» уже была наполовину затоплена, а после тарана одного из эсминцев утонула очень быстро. В живых осталось 10 человек. Карл Кролл и многие офицеры и матросы утонули вместе с лодкой.

Не все немецкие подводники демонстрировали мужество и самоотверженность: сказывалась неопытность, подмеченная Кеблом Четтертоном. 30 апреля небольшой, оборудованный палубным вооружением дрифтер «Кореопсис» обнаружил неподалеку от Мейден-Рокс «U-85». Было 2.45 утра; еще не рассвело. Чтобы не промахнуться, малыш-дрифтер подошел к субмарине и открыл огонь. Два из трех выстрелов попали в цель; экипаж дрифтера приготовился к ожесточенному бою. Подводная лодка, обладавшая значительно более мощным вооружением, могла уничтожить маленького наглеца-рыбака без большого труда. Но Гюнтер Креш, командир «UB-85», не желал драться, хотя преимущество было на его стороне. Над боевой рубкой субмарины взлетела осветительная ракета «Вери», после чего на «Кореопсисе» услышали крики немцев: «Мы сдаемся. Мы все пленные».

Под бдительным оком рыбаков немцы один за другим прыгали в воду, откуда их вылавливали и помещали в шлюпку, спущенную с дрифтера. В последний момент Креш открыл вентили и затопил лодку, к большому разочарованию капитана дрифтера, молодого лейтенанта Пита. Когда у немецкого капитана спросили, почему он так быстро сдался, тот ответил:

– Мы провели под водой двое суток. Все мои люди отравились газом. Рубка моей лодки была повреждена, погрузиться я не мог. Я видел, что вы стреляете, а рядом находятся другие корабли. Какой смысл было сопротивляться?

Однако подводный флот Германии в целом не признал поражение, многие офицеры стремились к победе с упорством, которое царило на флоте в первые месяцы войны. В начале марта Шписс, ветеран подводного флота, вышел в поход на заслуженной подлодке «U-19», построенной в 1913 году, и атаковал 17 515-тонный крейсер «Калгариан». Торпеда ударила в борт корабля и проделала внушительную пробоину, но благодаря умелым своевременным действиям команды, вовремя задраившей все переборки, он остался на плаву. Помощь подоспела быстро, и скоро вокруг поврежденного корабля собрался внушительный эскорт: семь эсминцев, одиннадцать траулеров и три шлюпа; не всякий конвой имеет такое сопровождение. Однако Шписс не отказался от своей затеи. Он подобрался ближе к жертве и послал точно в цель еще две торпеды. Нельзя не отметить отвагу немецкого капитана, который, столкнувшись с сильным сопротивлением, не отказался от атаки и довел дело до конца.

Зима 1918 года сменилась весной, а убийственное время продолжалось. В феврале при атаках подводных лодок и на минных полях союзники потеряли 318 900 тонн; в марте потери возросли до 342 500 тонн, а в апреле и мае составили соответственно 278 700 и 295 500 тонн. Но подводный флот Германии тоже терял свои корабли. В феврале были уничтожены три немецкие подводные лодки, в марте – семь (в их число вошла «U-48», интернированная испанцами), в апреле – еще семь.

Май стал черным месяцем для немцев: подводный флот лишился шестнадцати субмарин. Среди них была «U-103» Клауса Рукера, протараненная и потопленная лайнером «Олимпик». И в этот раз свою роль сыграло отсутствие опыта у экипажа. Рукер был знающим и умелым командиром, долго и успешно служил на Средиземноморье, командуя «U-34». Он получил новую лодку «U-103» и приказ начать охоту на транспорты, перевозящие американские экспедиционные войска во Францию. Рукер обнаружил «Олимпик», сопровождаемый четырьмя американскими эсминцами, и вывел лодку на атакующую позицию. Однако в последний момент экипаж не сумел вовремя подготовить кормовые торпедные трубы к атаке. Момент был упущен, и Рукеру пришлось снова искать подходящую позицию для атаки. Лодка долго шла параллельно курсу лайнера на перископной глубине, но из-за ошибки матроса, управлявшего рулями глубины, вынырнула на поверхность и была обнаружена сигнальщиками. Прогремел выстрел, но расстояние было небольшим, и снаряд пролетел над мостиком лодки, не причинив ей вреда. Тогда «Олимпик» резко повернул и направился прямо на подлодку. Рукер предпринял отчаянную попытку вывести ее из-под удара, но не успел. Форштевень «Олимпика» легко вспорол корпус «U-103», после чего лодка быстро затонула. Рукер и шестнадцать членов экипажа были подняты на борт эсминца «Давид»; этот акт милосердия явил разительный контраст с поведением Рукера, проявившего беспощадность к экипажу «Виктории» в июне 1915 года.

Заслуживают упоминания некоторые инциденты, происшедшие в мае 1918 года. 24 мая Вильгельм Кизеветтер, потопивший плавучий госпиталь «Замок Гленарт», привел в испанский порт Сантандер поврежденную «UC-56» с просьбой об интернировании; в последний день мая эсминец «Волшебный» протаранил «UC-75», причем оба корабля затонули вместе.

В газете «Таймс» была помещена краткая заметка о гибели «UB-74», последовавшей после боя с вооруженной яхтой «Лорна» у Портландского мыса. Схватка была такой беспощадной, что только одного немца удалось взять в плен, но и тот спустя три часа умер от ран. Моряки «Лорны» сбросили две глубинные бомбы и почти сразу заметили четырех человек, плавающих в бурлящей воде. Была сброшена еще одна бомба, раздались громкие крики «Kamarad!», и стоящие на палубе яхты матросы увидели, как новым взрывом выбросило из воды этих четырех человек. Когда «Лорна» приблизилась, один из них был еще жив и поднят на борт, остальные оказались мертвыми.

Весной 1917 года немецкие подводные лодки уничтожали во время боевых походов в среднем по одному судну за два дня. В начале лета 1918 года этот показатель снизился до одного судна за четырнадцать дней. Однако немецкое Верховное командование не оставляло надежд на победу своего подводного флота. В июне 1918 года на воду были спущены 124 подводные лодки, но ни одна из них не вышла в море до начала 1919 года. Адмирал Шеер, оказавшийся неистребимым оптимистом, которого не смущали потери, продолжал утверждать, что победа не за горами: «Мы можем добиться ее, только используя подводные лодки… Мы можем и должны победить».

Потери союзников в июне составили 255 500 тонн, в июле – 260 900 тонн. Германия потеряла еще девять подводных лодок; причем судьба одной из них, «UB-65», оказалась весьма таинственной. Она подверглась нападению американской субмарины «AL-2». Но еще до того, как с «AL-2» выпустили торпеду, на «UB-65» раздался сильный взрыв, причины которого остались неизвестными. Существует мнение, что всему виной детонация в аппарате немецкой торпеды. По другой версии, субмарина была случайно потоплена другой немецкой лодкой, находившейся поблизости.

Увеличившиеся до 283 800 тонн потери союзников в августе вселили надежду в сердца немцев, но в сентябре подлодкам удалось отправить на дно только 187 800 тонн.

Давно ушли в прошлое «счастливые» для немецких подводников дни, когда им удавалось топить по четыре судна за один вечер. Обер-лейтенант Штиндорф, командир «UB-74», за семидневный поход потопил «только» три судна, прежде чем его субмарина была потоплена «Лорной». Креш, командир «UB-85», во время похода, закончившегося его сдачей «Кореопсису», видел шесть судов, но ни одно не сумел потопить. В июне «U-98», одна из самых современных немецких субмарин, потопила только одно небольшое нейтральное судно, хотя ее поход длился двадцать три дня. Весьма показательным явилось большое число контратак, которым подверглась лодка.

Через три дня после выхода из Эмдена ее атаковала британская субмарина, но торпеда прошла мимо. Когда «U-98» вошла в Ирландское море, она была атакована другой британской субмариной, и тоже неудачно. На десятый день плавания субмарина подверглась атаке глубинными бомбами, которыми ее забросали сопровождавшие крупное торговое судно эсминцы. Вечером того же дня корабли сопровождения другого конвоя заставили ее поспешно нырять. Когда «U-98» маневрировала перед атакой на третий конвой, на нее полетели бомбы с британского аэроплана. В заливе Кардиган шум электродвигателей субмарины был зафиксирован гидрофонами находившейся неподалеку флотилии военных кораблей, в результате чего экипажу пришлось пережить атаку двенадцатью глубинными бомбами, разорвавшимися совсем близко. Затем последовала атака еще одной британской субмарины. В завершение всего «U-98» не смогла атаковать конвой, тщательно охраняемый с воды и с воздуха. Установленные на кораблях сопровождения гидрофоны позволили определить местонахождение субмарины, после чего ее отогнали от цели.