Чтение онлайн

— Ладно! И вправду, пойдём мы спать!

Я толкнул Чупава локтем в бок. Он свалился на лешего, и оба они грохнулись с лавки. Вскочили, озираясь.

Я сгрёб со стола спящего Мыша и кивнул Чупаву.

— Идём отдыхать, молодцы! Князя прихватите!

Стукнув длинными пальцами по косяку, Яга заставила дверь открыться. Я немедленно сунул в комнату любопытный нос.

Ничего примечательного там не было. Небольшое помещение, даже без окон. Только под самым потолком — небольшое отверстие, из которого тянул холодный сырой воздух. Видимо, отверстие вело на улицу.

С мебелью в комнате так же было негусто. Огромная деревянная кровать, заваленная шубами и одеялами. На ней могли поместиться человек десять, не меньше.

— На улицу ночью не шастайте, — предупредила Яга. — Я вам тут ведро поставлю для всяких надобностей. До утра обойдётесь.

Она поставила на пол большое деревянное ведро и вышла, прикрыв за собой дверь.

Я подождал минуту и нажал на дверную ручку. Не заперто!

Оглянулся — дружина спала вповалку на кровати. Даже одеялами не укрылись — как упали, так и заснули.

Хрень какая-то! Похоже, чем-то Яга их опоила.

Да какого хера «чем-то»?! Та самая настойка с запахом аниса! Вот не зря меня всегда от него с души воротило!

Я откатил храпящего князя Всеволода поближе к лешему, а сам скинул сапоги, прилёг на край огромной кровати и стал думать.

На кой хер Яга напоила нас сонным зельем? Чем она тут по ночам занимается? Ясно, что какой-то таинственной хренью, которую посторонним видеть не надо.

Но почему тогда не заперла дверь? Или решила сделать это попозже, когда мы все точно уснём?

Бля!

А не связана ли она как-то с ипанутым медведем?

А что? Она в лесу живёт. Медведь тоже в этом лесу промышлял. Всё сходится!

Я подумал ещё минут десять и решил, что неплохо было бы узнать побольше.

С этой умной мыслью я поднялся с кровати.

Может, в кота перекинуться? Хотя, какая разница? В доме что кот, что человек всё равно не спрячется. А так я хотя бы заорать смогу, если что.

Я не стал надевать сапоги и босиком осторожно подошёл к двери. Придерживая рукой, потянул створку на себя. Она беззвучно открылась, и я вышел из комнаты.

В кухне было почти темно. Только на столе горела одинокая свеча в толстом деревянном подсвечнике. Посреди помещения остывала огромная печь. С лавки у стены слышалось сопение боровского старосты. Деревянные половицы холодили босые ступни.

Яги не было.

Неслышными шагами я пересёк комнату и остановился у двери в противоположной стене. Если Яга в доме — то она там, больше ей быть негде.

Бля!

Но не ломиться же в комнату к малознакомой нечисти женского пола?! Меня, вроде, не приглашали.

Я отошёл от двери и выглянул в окно.

Огромная луна висела высоко, освещая поляну белым потусторонним светом. Резные силуэты ёлок чёрными привидениями стояли вокруг.

На всякий случай, я выглянул во второе окно и увидел там ровно то же самое.

Тогда я подошёл к третьему окну. Раздвинул холщовые занавески, взглянул сквозь пыльное стекло...

И охренел!

За окном виднелась крохотная покатая лужайка, поросшая мокрой от росы или дождя травой. На лужайку из дома спускалась резная деревянная лестница. Под таким углом я видел только её нижние ступеньки и часть перил.

Сразу за лужайкой был обрыв в пропасть.

А за обрывом громоздились горы. Зелёные подножья переходили в чёрные скалистые бока. Выше по бокам ползли вниз синеватые, сверкающие ледники и белые снежники. Над ними клубились тяжёлые серые облака. А ещё выше лежали вечные снега, спрессованные пронизывающим высокогорным ветром. Тонкое стекло вздрагивало и звенело под его напором.

Над горами ослепительно светило солнце.

Бля! Сейчас же ночь!

Яга, совершенно голая, стояла посреди лужайки лицом к обрыву. Распущенные волосы гривой спускались по её спине до самых ягодиц.

Даже просто глядя на неё, я почувствовал такой холод, как будто по спине прошлась ледяная рука.

И как она не мёрзнет?!

Яга подняла голову. Откинула волосы со лба.

В бледном небе появилась чёрная точка.

Точка увеличилась и превратилась в огромное трёхголовое чудовище, летящее на перепончатых крыльях. Вот оно подлетело совсем близко. Растопырило крылья, заслонив собой половину неба. Вытянуло вперёд короткие мощные лапы с кривыми когтями и приземлилось на лужайку.

Охереть!

Тело чудовища сплошь покрывала крупная золотистая чешуя, похожая на рыбью. Длинные шеи поросли нежно-золотистыми перьями. На головах торчком стояли алые гребни. На сухих змеиных губах трепетали крохотные огоньки.

Ипать! Оно огнём дышит, что ли?!

Яга повернулась к чудовищу. Чудовище сложило крылья и потянулось зубастыми мордами к Яге. Обнюхало её, отстранилось и довольно пыхнуло огнём. Затем вытянуло вперёд тонкую переднюю лапу и острым когтем быстро провело Яге между грудей сверху вниз.

Бля!

Яга вздрогнула. По её смуглому животу широким ручьём потекла кровь.

Чудовище принялось поочерёдно слизывать кровь тремя розовыми шершавыми языками.

Я почувствовал, как онемел кончик моего носа, расплющенного о холодное стекло.

Чудовище закончило свой завтрак. Сделало шаг назад на коротких кривых лапах и сыто рыгнуло. Из пастей вырвались языки пламени.

Яга стояла неподвижно, хотя пламя почти коснулось её волос.

У меня вдруг остро защемило сердце от жалости к ней.

Внезапно чудовище повернуло левую голову и уставилось прямо на меня. Тонкие бесцветные губы скривились в подобии улыбки.

Затем оно сделало ещё один шаг назад и опрокинулось в пропасть. Расправило широкие перепончатые крылья, поймало восходящий поток воздуха и взмыло вверх. Заложило стремительный вираж над лужайкой, а потом полетело в сторону солнца, постепенно уменьшаясь в размерах. Через минуту чудовище стало точкой, а потом окончательно исчезло в бледно-голубом небе.

Яга медленно повернулась и, пошатываясь, побрела к лестнице.