Чтение онлайн

Давиго вскочил и с удивлением уставился на босого в одном исподнем графа.

— Да вот учу дураков, — он замялся, еще не раскусив в каком настроении Его Сиятельство.

Не обращая внимания на отвисшую челюсть своего капитана, граф прошел мимо и ступил на теплый песок.

— Это правильно, дураков надо учить. — Его взгляд остановился на длинном обломке копейного древка, валяющегося под ногами.

Вот что мне сейчас пойдет на пользу, — промелькнувшая мысль отразилась на лице хищным оскалом.

Вийон подобрал обломок и, крутанув в руке, крикнул отчаянно рубящимся воинам.

— Эй вы! Ставлю полновесный серебряный реал тому из вас, кто хотя бы коснется меня своей железякой.

Бойцы остановились, и пять темных прорезей в стальных шлемах уставились на графа.

— Смелей, губошлепы! — Граф шагнул вперед, покручивая дубинкой. — Одолеете, с меня еще ведро пива на всех.

Молодежь, поглядывая на своего капитана, не могла решиться. Граф без доспехов, босиком. Все это выглядело как-то странно.

Давиго тоже пребывал в растерянности. Хозяин последнее время сам не свой, черт его знает, может он и сейчас не в себе. Не дай бог зашибут его, хоть это и зелень неученая, но парни крепкие и все же пятеро на одного.

Вийон, прекращая всякие сомнения, резко засадил палкой по шлему одного из бойцов. Колоколом загудела сталь, и парень пошатнулся от удара.

— Неужто стерпите, сопляки? — Он хищно осклабился. — Налетай, серебряный реал на дороге не валяется.

Молодежь закрылась щитами и подняла мечи. Они уже поняли, это проверка, и графа надо аккуратно завалить, желательно не покалечив.

Первые удары пошли довольно вялые и Вийон. легко уклоняясь, колотил палкой своих соперников.

— Шевелитесь, коровы! — Он врезал по затылку одного из нападавших.

Парни, подстегнутые обидными ударами, заводились все больше и больше. Мечи неслись с разных сторон с азартным свистом рассекая воздух. На ристалище запахло кровью, но граф, словно не замечая опасности продолжал издеваться, мотая тяжелых бойцов по рингу. Озверевшая пятерка, наконец-то сменила тактику и перестав бегать толпой за противником начала старательно загонять его в угол. Удары пошли все ближе и ближе, а свободы маневра становилось с каждой секундой все меньше. Даже Давиго напряженно поднялся, готовясь вмешаться в любой момент, но в тот миг, когда его рот уже открылся готовый крикнуть отбой, граф вдруг резко нырнул вперед, пропуская пролетевший над головой меч и одним ударом подсек ногу впереди стоящего парня.

Грузно рухнуло на землю отягощенное доспехами тело. Вийон сильно ткнул палкой под самый край кирасы прямо в незащищенный живот. Боец, задохнувшись от боли, завыл и завалился набок.

Учить надо дураков, — пробурчал себе под нос граф, видя, что остальные замерли в растерянности. — Нельзя в бою рот разевать.

Резкий бросок и, один конец дубинки ударил в шею под открывшуюся под шлемом щель, а второй рубанул по незащищенному колену. Теперь уже три человека стонало и ползало песку.

— Ваше сиятельство, — Давиго полностью успокоился, — вы бы поаккуратнее с мальцами-то.

Вийон наградил его довольной усмешкой.

— Да, я и так стараюсь не покалечить увальней.

Оставшаяся пара бойцов уже лупила по-настоящему, в полную силу, не щадя ни себя, ни графа. Они действовали старательно, как учили. Нападали попеременно, не давая передышки противнику, и эта предсказуемость забавляла Вийона. Первый, второй. Первый, второй. Вот первый отходит и расслабляется.

— На тебе за это! — Граф сделал выпад, и палка саданула по руке чуть выше кольчужной рукавицы.

Меч плашмя упал на песок, а рука молодого безвольно повисла.

Теперь последний. Вийон поймал замахнувшуюся руку с мечом.

— Быстрее надо шевелиться, — он с силой ткнул пятерней в закрытое забрало, — и соображать тоже надо быстрее.

Парень, тянувший назад, не удержался на ногах и рухнул навзничь.

— Ладно, Давиго, выдай им по штофу пива для поддержки здоровья. — Вийон бросил свой обломок на железную грудь лежащего.

Эти несколько минут на ристалище очистили его голову от дурных мыслей и непонятных решений, он снова был прежний. Уверенный в себе, беспощадный и непобедимый. С довольной улыбкой на губах Вийон повернулся к своему капитану и довольное выражение лица тут же исчезло. Рядом с Давиго стоял лекарь. Предчувствуя испорченное настроение, он подошел к ним и мрачно взглянул на Израэла.

— Что еще?

Лекарь замялся.

— Эта девушка, что в вашей спальне.

При одном только упоминании о ней на скулах графа заиграли желваки, и он покосился на Давиго. Тот старательно отводил взгляд, стараясь не смотреть ему в глаза, всячески демонстрируя, что его это абсолютно не касается, и он нисколько не удивлен.

Как же, — мысленно закипел Вийон, — так я и поверил, наверное, уже весь замок шушукается об этом.

Он вновь уперся взглядом в лекаря.

— Ну…

Израэл опустил взгляд.

— Я ее подлатал, но она сильно истощена. Кожа да кости, а есть отказывается и не пьет. — Он жалобно глянул исподлобья на хозяина замка. — Если так и дальше пойдет, то я бессилен. Она и дня не протянет.

Вийон зло зыркнул на него.

— И черт с ней. — Оттолкнув лекаря с дороги, он зашагал к крыльцу, но у самых ступеней остановился и, обернувшись, бросил. — Хочет сдохнуть, пусть подыхает.

Вийон так разозлился, что несся по коридорам, сам не понимая куда бежит, и только очутившись перед дверью своей спальни, остановился пораженный. Как он оказался здесь? Граф готов был поклясться, что больше всего на свете он хотел бы сейчас забыть о разгромленном замке, об этой маленькой баронессе и ее непонятной власти над ним. Вийон не чувствовал вины, он поступил как должно, как привык действовать, когда считал, что затронута его честь.

— Я отомстил, — процедил он сквозь стиснутые зубы, — и мне нет никакого дела умрет она или нет.

Неприятно обожгла мыль, — а не лицемерит ли он с самим собой? Можно сколько угодно злиться, склонять на чем свет стоит и девку, и лекаря этого бесполезного, но себя не обманешь. Ноги сами по себе ведомые не разумом, а чем-то другим, непонятным и пугающим принесли его туда, куда он хотел прийти.

— К черту!

Рука поднялась и замерла, прикоснувшись к ручке.

— Что я делаю? — Он покачал головой и толкнул тяжелую дверь.

Отсюда с порога ему хорошо была видна кровать и накрытое одеялом тело. Граф, выдохнув, сделал шаг.

За прошедший день его пленница сильно изменилась, ее помыли, синяк на лице немного спал, но сама она теперь была больше похожа на высохшую мумию. Изжелта-бледная кожа туго обтягивала скулы, разбитые губы покрылись коркой засохшей крови.

Вийон недоуменно смотрел на девушку, не понимая, зачем он здесь и что делать дальше. В любом другом случае он бы сразу же развернулся и ушел, потому что с первого взгляда было видно, что этот человек уже не жилец, от неподвижного тела веяло умиротворенностью и смертью.