Чтение онлайн

Кикикао сидел на лестнице и следил за игрой. Он видел, как азартно Ваня «потушил» мяч, как что-то крикнул Федору, когда мяч полетел в сторону соперников, и пронзительно закричал. Игроки-строители обернулись к попугаю, и мяч упал на их стороне.

— Молодец, Кикикао! — похвалил Ваня своего друга. Это понравилось малышу. Капитан команды строителей перевел мяч на сторону моряков, Кикикао снова крикнул:

— Вака! Вака!

Федор принял мяч.

И опять соперники потеряли бдительность, а моряки выиграли мяч.

Так повторялось несколько раз. Строители стали нервничать. Перевес был уже на стороне корабельной команды.

— Не обращайте внимания на попугая, — кричал капитан строителей. — Не смотрите на него. Мы проигрываем.

Но малыш так смешно кричал, что все равно на него оглядывались.

— Уберите попугая! Уберите, а то не будем играть! — требовал капитан.

— За вас болеют все: и ваши жены, и дети, а за нас только Кикикао, — отвечал Ваня.

— Тогда пусть все уходят отсюда, — сердился капитан, — и ваш попугай тоже.

Но никто с ним не согласился. А мальчишки вместе с попугаем стали «болеть» за моряков. Вместе с ним они хором выкрикивали:

— Ва-ка! Ва-ка!

Кикикао почувствовал поддержку и ходил по лесенке, распушив хвост и подняв хохолок.

— Ка! Ва-ка! Ка-ка-ма-ва! Кикикао! Вакикао! — кричал он, обращаясь к мальчишкам, которые не сводили с него восхищенных взглядов.

Игра закончилась полной победой экипажа «Карпат».

— Ура! Ура! Ура! — прокричали ребятишки.

А Кикикао уцепился клювом за тросик и важно прошелся по краю сетки. Малыш считал, что «Ура!» кричат и ему.

Ведь и он кое-что сделал для победы своих друзей.

— Приходите к нам завтра, — приглашали строители.

— Без него? — Ваня, улыбаясь, глянул на Кикикао.

— Нет, нет, вместе! Конечно приходите вместе. Так веселее, — засмеялся капитан строителей. Теперь и ему нравился Кикикао. Они и для своей команды раздобудут такого «болельщика».

Автобус с моряками отъехал. А вслед ему слышались выкрики ребят:

— Ура! Кикикао!

Огромное оранжевое солнце катилось по гребням далеких гор. Вот-вот оно нырнет в морскую глубину.

На долины надвигался вечер.

Кикикао сладко зевнул…

Марийке Кикикао сразу понравился, и она ему понравилась, — веселая ласковая девочка с белыми косичками. А в косичках голубые, как небо, ленточки.

Ваню Марийка встречала в таком же голубом платье, а потом надела красное, как цветы мака. Кикикао тоже решил казаться нарядным. Распушил хвост, поднял хохолок, расправил перья и сделался круглым, как шарик.

Он уверенно и важно прошелся по длинной палке от старой щетки, которую положили на спинки двух стульев.

Только теперь Марийка разглядела его как следует.

— Ты царевич-попугайчик! Ты красавец! У тебя роскошный воротник! А корона! Настоящая золотая корона, — восхищалась она.

И попугай держался с девочкой свободно и доверчиво. Марийка протянула руку и осторожно его погладила. Кикикао пригнул шею и двумя коготками показал: вот здесь надо почесать.

В эту минуту в комнату вошел Ваня.

— Не трогай! — воскликнул он. — Укусит. Он к тебе еще не привык!

Но Марийка уже чесала ему шейку. Кикикао поднял крылышко, чтоб и под крылышком почесали.

— Мы с ним друзья, — сказал Марийка, — он меня не укусит. Правда мы друзья, Кикикао?

— Ка! — согласился малыш. Наконец нашелся человек, который понимает все, что он хочет и чего не умеет высказать. И он, не сдержавшись, быстро-быстро заговорил:

— Ка! Ки-ки-ку-ки! Ка-ва-ка! Ве-ке-ва! Ки-ва-ка!

Марийка кивала головой. Потом проговорила:

— Я все-все поняла. Ваня привез тебя на большом теплоходе.

— Ка! — радостно закричал малыш. Марийка опять все поняла.

Так они долго беседовали. Наконец, девочка сказала:

— Конечно. Ты правду говоришь, Кикикао! Это очень интересно.

И потом, когда за ужином Ваня рассказывал, как «Карпаты» спасали греческую фелюгу, где были маленький Спира и Жако, Кикикао от себя многое добавлял, но его понимала только Марийка и поясняла:

— Кикикао сказал, что Жако очень умный попугай. Он не захотел оставить друга маленького Спиру.

— Ка! — подтвердил малыш. Он сидел на спинке стула. Потом подвинулся ближе к Марийке, посмотрел на масло и сказал:

— Ка!

Марийка намазала ему маленький кусочек хлеба.

Кикикао взял его двумя пальцами-коготками и начал есть так аккуратно, что ни одна крошка не упала на пол.

— Смотри, ручкой взял, — удивилась Марийка.

— Он и яблоко так берет, и банан, и орехи, — пояснил Ваня. — А теперь посмотри, как он будет пить.

Ваня налил чашечку теплого чаю, взял ложку и начал поить малыша.

Кикикао пил осторожно, чтобы не облиться. Потом он взял у Вани ложку, допил последнюю каплю и снова отдал ложку. Так Кикикао выпил пять ложек. Шестую он отстранил пальцем-коготком: больше пить не мог.

— Ну конечно, разве он может пить, как какая-нибудь курица? Он же царевич-попугайчик.

Потом Ваня, Марийка и их мама, Татьяна Петровна, долго совещались, где положить спать малыша. Решили, что удобнее всего ему будет в ванной.

Ту же самую палку от старой щетки положили одним концом на батарею отопления, а другим на водопроводную трубу. Свет погасили. В темноте Кикикао немного пощелкал, поскрипел клювом и заснул.

Проснулся он, когда в квартире послышались голоса Вани и Татьяны Петровны. Марийка громко стучала каблучками собиралась в школу.

Наскоро позавтракали. Кикикао насыпали в жестянку семечек. Марийка погладила его и сказала:

— Не скучай! У нас четыре урока и я быстро прибегу. Будем с тобой играть, — она дала малышу маленький огрызок карандаша.

Кикикао обрадовался. Карандашом он любил заниматься. Его надо разгрызть, а потом вытащить грифель и раскрошить. Чем бы еще заняться, пока прийдет Марийка? Ему не нравилось оставаться одному.