Чтение онлайн

– Вы и правда креститься не обучены, али как? – спросил удивленно все тот же конопатый мальчик.

– Да нет, – начал Макс и немного замялся, не зная, как выйти из положения, – мы просто растерялись на новом месте…

Тут к детям подошел другой монах и сердито сказал:

– Нечего баклуши бить, идите работать. Нечего на новеньких глазеть.

Монастырские тотчас поспешили убраться восвояси.

– Хорошо, что они все разошлись, это нам на руку, – Алекс жестом показал, что надо всем встать поближе друг к другу. – Теперь мы можем все обсудить.

– Я не понимаю, куда мы опять попали, – глаза Мальвы выражали тревогу.

– Мальва, мы и сами мало что понимаем. Ясно, что мы попали в средневековый русский монастырь. Я имела раньше весьма приблизительное представление о церкви, крещении, монастыре…

– А я, Инга, можно сказать, вообще никакого представления обо всем этом не имел. В нашей семье никогда о религии не говорили, а в школе вместо урока по религии я выбрал этику, – Алекс пожал плечами. – Кто знал, что мы можем оказаться в средневековом монастыре!

– Я то же уроки по религии не посещал, но в книгах иногда встречал описание монастырей. А мы теперь, как я понимаю, находимся в православном средневековом монастыре. И нам надо делать вид, что мы все крещеные, просто жили в других местах, там все по-другому было. Но, как я вижу, здесь важно часто креститься и поклоны делать, вот как эти приведшие нас мальчики делали. Если придет игумен, мы, наверное, и перед ним должны перекреститься и поклониться. – Макс сделал гримасу, которая как бы говорила, что все это неприятно, но обстоятельствам подчиниться придется.

– Но если нас спросят конкретно, откуда мы, надо будет, все-таки, выдать название города.

– Верно, Инга, давайте придумаем… М-м-м, скажем, что это маленький городок на севере. Они все равно не знают всех названий. Например, городок Загорск, – Алекс явно был доволен своей выдумкой.

– Неплохо придумано, Алекс, – Макс улыбнулся. – Это лучше, чем отмалчиваться. Мальва, ты должна запомнить: мы все – из Загорска.

Мальва кивнула и поделилась впечатлениями:

– Мне здесь нравится, немного похоже на те места, где я раньше жила. Много простора, поле, луг…

Не успела она договорить, как у ворот остановилась бричка. Из нее вышел, по всей видимости, игумен. Он был так же, как и другие монахи, в черном длинном подряснике, поверх которого была накинута черная мантия. На голове у него был черный головной убор в виде цилиндра, слегка расширяющегося кверху. К нему тотчас же поспешил тот монах, который выходил к прибывшим детям. Он поклонился приехавшему, перекрестился, поцеловал игумену руку. И, указав глазами на новоприбывших, что-то быстро затараторил. Игумен выслушал и, видно, отдал какое-то приказание. Не глядя на кланяющихся ему и крестящихся детей, он быстро пошел к церкви и скрылся за дверью.

К новеньким подошел все тот же монах и сказал, что если они голодны, их отведут поесть. Все четверо утвердительно кивнули. Монах сделал жест, предлагающий следовать за ним.

Они вошли в одну из хозяйственных построек и оказались в узкой длинной комнате. Все ее пространство занимали составленные вместе столы и стоящие вдоль них лавки. В углу находилась икона с лампадкой. В комнате было не очень светло из-за того, что свет проникал только через два небольших оконца.

Монах без слов подошел к иконе, перекрестился и поклонился три раза. То же самое проделали и дети. Повернувшись к ним, он объяснил, что это – трапезная для крестьянских работников и послушников. И предложил им сесть за стол.

Когда все уселись, появился тот старший мальчик, который вместе с другими привел их в монастырь. Оказалось, что зовут его Василием. Он принес на деревянном подносе кружки с молоком и куски хлеба. Монах сложил ладони одна к другой и стал произносить молитву, дети последовали его примеру, повторяя слова молитвы за ним: «Отче наш. Иже еси на небесах! Да святится имя Твое…»

Потом все перекрестились и приступили к еде.

После еды монах вывел ребят во двор и, сказав, что скоро их позовут к игумену, оставил.

– Когда пойдем к игумену, нам надо перед церковью перекреститься и, войдя в церковь, сделать то же самое, а у игумена, наверно, еще и руку поцеловать, хотя делать это мне и не хотелось бы… – Макс вздохнул. – Однако нам придется, видимо, подчиниться всем этим религиозным правилам и традициям.

– Самое ужасное, что мы совсем не знаем ни этих правил, ни этих традиций. Даже не знаем молитвы, которую положено читать перед едой… Хотя… – Инга на минуту замолчала, – вероятно, мы все же крещеные… многие родители делают это на всякий случай.

– Нам надо быть очень осторожными, – последнее слово Алекс проговорил с особой интонацией, – вперед не высовываться, лучше подождать, пока нам что-то скажут или покажут.

В это время дверь церкви отворилась, оттуда вышел все тот же монах и махнул им рукой. Они все вместе подошли к ступенькам церкви, поклонились и перекрестились. Войдя в церковь, сделали то же самое.

С левой стороны от входной двери находился, если можно так сказать, кабинет игумена.

Переступив порог комнаты игумена, все четверо низко поклонились и три раза перекрестились.

Игумен восседал посреди комнаты в большом кресле, обтянутом черным бархатом. Он сидел, сложив руки на выступающем животе и внимательно смотрел на вошедших. Ребята невольно перевели взгляд с игумена на обстановку комнаты. Они увидели стародавнее бюро и деревянные полки с книгами, среди которых было несколько старинных фолиантов в сафьяновом переплете.

– Здравствуйте, дети, – наконец заговорил игумен после продолжительного молчания. – Я – Антоний, игумен этого монастыря или его настоятель, что одно и тоже. Теперь скажите мне: кто вы и откуда прибыли.

– Мы прибыли из Загорска, – начал Алекс. – Наши родители нас оставили здесь, повелев нам хорошо учиться в монастырской школе и быть послушными детьми.

Опять возникла пауза. Игумен пристально разглядывал их.

– Непонятно, как могли вас бросить одних здесь без сопровождающего. Откуда знали ваши родители, что здесь есть школа? Да и девицы почему здесь? В школу мы принимаем только детей мужеского полу. И наряжены вы так, как не подобает детям быть наряженными. Родители ваши какого звания?