Чтение онлайн

– Я полагаю, нам надо… – Алекс прошел немного вперед, ребята сделали вслед за ним несколько шагов, но не успел Алекс показать, в каком направлении им следует идти, как вдруг внезапно поднялся сильный ветер, переходящий в смерч. С трудом удерживаясь на ногах, они увидели, что прямо на них невероятно быстро движется что-то невообразимое, похожее на вихревой песчаный столб. Закрыв руками лицо и пытаясь хоть как-то устоять на ногах, все четверо не столько смогли осознать, сколько почувствовали, как что-то подняло их над землей, закружило, завертело и понесло. Оказавшись в этом неистовстве верчения-кружения, перепуганные до смерти дети не успели ничего сообразить, они только пытались перевести дыхание, как-то приспособиться к бешеному темпу вихря и свисту ветра, чтобы не задохнуться от безудержного коловращения. Сколько этот сумасшедший, невероятный полет длился, они не могли бы сказать. Иногда им казалось, что больше уже совсем нет сил, что они не смогут выдержать эту дикую феерию стихии…

И странно сквозь жуткий свист ветра было слышать сатанинское хихиканье: «Вздумали от меня убежать, перехитрить меня. Вот я вас сейчас еще больше заверчу-закружу! Мне-то в таком вихре носиться одно удовольствие, а вас я помучаю, еще не раз вспомяните меня!»

Перед глазами четверых испуганных подростков, сколько они не вглядывались, мелькали и проносились только поднятые вихрем с земли ветки сломанных деревьев, песок, комья земли, но увидеть того, кому принадлежало отвратительное хихиканье, они не могли. И только Мальве чудилось, будто сквозь полумрак и вихрь, она видит черные глаза-уголья.

Сомнений быть не могло: отвратительный лесник-леший вместе с ними несется в злобной мстительной пляске поднятого им смерча.

«Не нравилось вам у меня! Что ж, придется погостить в другом месте. Только гостевание будет не сладкое, совсем не сладкое!» И опять раздался его зловредный хохот.

Внезапно, будто они пересекли невидимую границу, верчение и смерч исчезли, буря прекратилась.

Они стояли на краю безбрежного поля ржи, а впереди высилась старинная церковь с огромным куполом, который на фоне заходящего солнца казался золотым.

Бледные, едва держащиеся на ногах, все еще не пришедшие в себя от пережитого, ребята недоуменно разглядывали все вокруг. От изумления потеряв дар речи, они не могли ничего произнести. Первой попыталась сказать что-то Мальва, пролепетав:

– Где мы?

Ей никто не ответил. Все вертели головами в разные стороны, как будто объяснение могло прийти извне.

– Эй, эге-гей, – вдруг услышали они чьи-то крики. Прямо к ним бежали, наверное, такого же возраста, как и они, трое мальчишек и одна девочка. Алекс, когда увидел их, едва не расхохотался – до того нелепо, показалось ему, выглядели они в своих одеяниях. Мальчишки бежали, путаясь в длинных холщовых рубахах, а девочка была в длинном до пят сарафане. Подбежав, подростки забросали незнакомцев вопросами.

– Вы чьи?

– К нам в монастырскую школу прибыли?

– Почему одни? Где сопровождающий?

Поскольку никто не отвечал на вопросы, прибежавшие ребята замолчали и с любопытством стали разглядывать странно выглядевших, по их мнению, детей, бросая вслух свои реплики.

– Одеты не по нашему!

– Штаны ишь какие!

– И девки-то, девки – тож в штанах! Вот невидаль!

– Какого роду-племени будете?

Гимназисты поняли, что они по-прежнему находятся в БЫВШЕЙ РЕАЛЬНОСТИ, только в другом, опять новом для них срезе времени. Что их ждет здесь, какие испытания на этот раз выпадут на их долю…

Алекс на всякий случай, в целях обороны, отвел в обе стороны руки, и его друзья сразу же взялись за них и, крепко держась друг за друга, образовали как бы короткую цепь.

– Глядь, в молчанку играют, – проговорил один из мальчиков, на вид самый старший.

– Имена хоть свои знаете? – спросил худой конопатый мальчишка.

Первым назвал себя Алекс, за ним – остальные.

– Имена-то будто не наши. У одной только знакомое имя – Мальва, – девочка будто сомневалась, правильно ли она расслышала, как назвали себя неизвестно откуда взявшиеся эти странные дети.

– Ладно, в монастыре разберутся. Отведем их к игумену. А имена они другие получат, какие должны быть у учеников-послушников церковно-монастырской школы.

– Ну, что стоите, идем в монастырь, игумену-то небось откроетесь, скажете, кто такие и откуда, – старший из четверых, на вид лет четырнадцати, махнул новым знакомцам рукой, как бы приглашая их следовать за ним.

«Ах вот как, теперь мы еще и в древнерусский монастырь попали. И церковь вдалеке – не просто старинная церковь, есть еще и монастырь…» – все это мгновенно домыслила Инга. О том же подумали и мальчики.

И Макс, и Алекс имели весьма смутное представление о монастырях, а Инга о них читала во французских романах, поэтому и хотела найти в Руане монастырь. Мальва же про себя подумала, что на этот раз они попали хотя бы к русичам.

Обе группы двинулись к церкви. Когда они обошли ее со стороны поля и приблизились к постройкам собора, четверо друзей увидели, что к церкви примыкает огромный двор. В нем по обе стороны церкви, параллельно друг другу, были пристроены два деревянных флигеля в два этажа. Выглядели они совершенно одинаково: первый и второй этажи были представлены нижней и верхней галереями, в каждой из которых одна за другой следовали узкие двери и наверху рядом с ними – крохотные оконца. Деревянные лестницы с двух торцевых сторон флигелей вели на верхний этаж. В стороне от флигелей разместились хозяйственные постройки: амбар для зерна, стойла для лошадей, клети для скота и птицы. За задником двора виднелся луг, а за ним – небольшая деревушка.

Большой рыжий лохматый пес, увидев входящих во двор детей, бросился к ним с заливистым лаем. Заметив, что чужаки и свои не бранятся, не дерутся, пес перестал гавкать, стал бросаться поочередно с радостным повизгиванием детям на грудь.

Прибывшие с любопытством, но неуверенно и робко разглядывали все вокруг.

– Я считаю, – шепотом произнес Алекс, – нам не надо говорить, кто мы и откуда. Нас все равно не поймут, это же средневековье, для них весь наш рассказ будет все равно, что сказка. Предлагаю на все вопросы отмалчиваться. А там… там видно будет.

– Но не будет ли наше молчание для них слишком подозрительным? – так же шепотом спросила Инга.

– Я тоже думаю, что так мы можем только навредить ceбe, – подключился к шепчущимся Макс, – им вряд ли понравится, если мы не будем отвечать на их вопросы. Лучше сказать, что мы из дальних мест к ним в школу направлены, прослышали об их школе в монастыре, хотим так же грамоте учиться.

В это время конопатый мальчик сбегал в собор, но пробыл там недолго. С ним вместе вышел монах, подошел к детям, оглядел их и изрек: он не распоряжается в монастыре, надо дождаться игумена, тот должен скоро вернуться, поехал по делам в деревню. И потом, подозрительно глядя на них, сурово отчитал.

– Что ж это вы, нехристи, хотите в монастырской школе учиться, а не осенили себя крестным знамением при входе в святую обитель? Али вы некрещеные?

Все четверо незаметно переглянулись, опустили головы и увидели, как крестятся и склоняют головы приведшие их мальчики. Они поняли, что мальчики им как бы подсказывают, что и как надо делать. Алекс, Макс, Инга и Мальва также склонили головы еще ниже и неумело перекрестились. Монах совсем рассердился.

– Как это родители и креститься вас не научили, а еще в монастырскую школу посылают! Игумен придет, разберется с вами, – и он, метнув сердитый взгляд на прибывших детей, пошел обратно в церковь.