Чтение онлайн

– Не слишком ли много за смерть одного сатанита*? Кораблекрушение... тюрьма... виселица... синюшная болезнь! А теперь еще и разорение! Смешно, ей-богу. Правда, долги удалось оплатить, это уже кое-что. Представляю, какое выражение лица было у мадам Обертен, урожденной Аглаи Ламберт, когда она узнала неприятную новость. Как в басне: "...прощайте, коровки, бычки, свинки, наседки..." Да! Прощайте, амбиции**, прощай, вечер у префекта***! Прощай, маркизат для Марты! Бедная девочка, она никогда не будет маркизой и никогда не будет счастлива. По крайней мере, надеюсь, что состояние моих родителей уцелело. Видимо, это так, ведь отец смог прислать двадцать тысяч. Двадцать тысяч! Черт побери! С этими деньгами можно было бы начать все сначала. Правда, силы уже не те. Мне бы выздороветь! Ради этого я готов на все.

______________

* Сатанит - буревестник.

** Амбиция - честолюбие, тщеславие, спесь, чванство.

*** Префект - высший правительственный чиновник в департаменте, в провинции и округе (во Франции и других странах).

– Выздоравливайте, месье, отдыхайте! А мы откопаем золото, - прервал его Беник.

– Доктор! - объявил, открыв дверь, гарсон*.

______________

* Гарсон - во Франции - официант в ресторане или кафе; мальчик для посылок при гостинице.

В комнату вошел симпатичный молодой человек, загорелый, изысканно одетый.

Едва он успел приблизиться к больному, как в дверь протиснулись два человека. Рыжие усы, крупные, выступающие вперед зубы, неприятные лица. Не нужно было быть тонким физиономистом, чтобы определить: англичане!

– Что вам угодно? - спросил Синий человек.

– Это он, он! - закричал один из вошедших. - Джеймс Бейкер, поднимайтесь и следуйте за нами!

– Опять! - Бакалейщик был вне себя от гнева. - Я болен и, вообще, не желаю следовать за вами! По какому праву?

– Я из английской миссии! Вы мой пленник!

– Ваша английская миссия... Если вы сейчас же не уберетесь отсюда, я размозжу вам голову!

С этими словами Феликс выхватил из-под подушки револьвер, но англичанин не двинулся с места.

– Я француз, слышите? И если кто имеет право требовать от меня отчета, так это только французские власти.

От волнения с Обертеном случился новый приступ. Глаза помутнели, дыхание участилось, он выронил оружие и упал без чувств.

Тут вмешался доктор.

– Господа, во имя человечности, умоляю оставить беднягу в покое. Может случиться криз*. Он этого не перенесет. Я не знаю, чем он провинился перед вашими властями, но, уверяю вас, сейчас этот человек нуждается в уходе и лечении. Его необходимо срочно отправить в больницу.

______________

* Криз - припадок сильных болей.

– Вы врач? - Англичанин окинул молодого человека высокомерным взглядом.

– Да, я врач. Меня позвали к больному, я его не знаю и прежде никогда не видел. Когда вы вошли, я как раз собирался начать осмотр. Он тяжело болен, это видно с первого взгляда. Еще раз убедительно прошу оставить его в покое, иначе это плохо кончится.

– Черт возьми! - заорал вдруг Беник, до сих пор не проронивший ни слова. - Слышите, вы?! Убирайтесь! Месье - француз, настоящий француз из Франции! У него нет никаких дел с вами.

В этот момент вернулся Жан-Мари. Услыхав громкий голос своего друга, отставной сержант молнией пронесся по коридору и влетел в комнату. В одном из трех незнакомцев он узнал врача, которого недавно сам пригласил. Остальные были неизвестны.

– Что происходит, Беник?

– Эти два чудака-англичанина хотят арестовать месье Феликса! У него сделался приступ, и, если они не уберутся, он может умереть. Врач подтвердит!

Жан-Мари побледнел как полотно и процедил сквозь зубы:

– Вы должны уйти!

– Берегитесь! - возразили англичане. - Мы - неприкосновенны.

– Это как посмотреть...

– Мы принадлежим к дипломатическому корпусу. Мы под защитой закона.

– Раз!.. Два!..

– Вы поплатитесь за это! Вы силой препятствуете выполнению закона!

– Беник, тебе - тот, что молчит! Мне - этот, что без конца брешет.

Матросы встали перед англичанами и приготовились боксировать.

Дойди дело до схватки, английский дипломатический корпус понес бы серьезные потери, но англичане предпочли ретироваться*.

______________

* Ретироваться - отступить, уйти.

– Долой англичан, и да здравствует Франция! - вскричал боцман.

– Но они не спешат уйти через дверь, - прохрипел разъяренный Жан-Мари. - Ивон, открой-ка окно!

Юнга, судя по всему, не имел ничего против и с готовностью распахнул окно.

– Однако, - поспешил вмешаться врач, - здесь высоко, вы их убьете!

– Простите, доктор! Эти негодяи причинили столько зла нашему другу, месье Феликсу, лучшему из людей! Теперь он еле дышит и не узнает нас. Разве их жизни стоят этого! Пусть меня после этого расстреляют, но я им покажу. Мы отомстим.

Сказав это, Кервен схватил англичанина одной рукой за галстук, а другой за пояс, поднял, как ребенка, и зычно рявкнул:

– Катись вниз!

Англичанин скрылся за окном.

– Один готов! Беник, давай-ка твоего!

Беник повторил маневр Жана-Мари, поднял несчастного и, крикнув:

– Катись, - вышвырнул его в окно.

Вполне удовлетворенные содеянным, оба, даже не выглянув на улицу, вернулись к постели Феликса, который все еще был в обмороке.

– Ивон, сынок, - обратился Жан-Мари к юнге, - закрой окно. А вы, доктор, займитесь, пожалуйста, нашим другом.

Ставший свидетелем невероятной сцены, врач не мог произнести ни слова. Ему и в голову не пришло протестовать. Напротив! Англичане везде чувствуют себя как дома. Их высокомерный тон, пренебрежительное отношение к людям вызывают у всех неприязнь, если не ненависть. Аргентинский эскулап не без удовольствия наблюдал за происшедшим. Урок, преподанный слугам Ее Величества, явно доставил ему удовольствие. Однако, вспомнив о своих профессиональных обязанностях, доктор приступил к обследованию.

Больной не видел и не слышал того, что стряслось, и, естественно, не мог знать, какие последствия возымеет поступок друзей.

Между тем, эти самые последствия не замедлили сказаться. На первом этаже отеля находилось кафе. В жару посетители предпочитали сидеть на террасе, под тентом*, защищавшим от палящего солнца или от дождя. Вот на сделанный на совесть тент и упали оба дипломата. Англичане спаслись чудом. Однако можно себе представить, сколько шума произвело их внезапное падение. Опоры едва не повалились на головы испуганных посетителей. Спасаясь от любопытных взглядов и расспросов, дипломаты бросились к экипажу и погнали лошадей прямо к резиденции посла.