Неоконченная война. История вооруженного конфликта в Чечне
Шрифт:
Нищая, уступавшая боевикам в вооружении и оснащении «Альфа» все же сумела и в этот раз доказать свой высокий профессиональный уровень подготовки. Только двое или трое бойцов получили легкие ранения к тому времени, когда «альфовцы», уничтожив часть бандитов, захватили почти весь первый этаж. Именно в этот момент из Москвы (!) раздался звонок «неизвестного», приказавшего остановить штурм и отвести «Альфу» на исходные позиции. (Позднее В.Черномыр-дин утверждал, что «ничего не знает» по этому поводу.) Отходить «альфовцам» пришлось через триста метров пустынной площади под шквальным огнем. Именно тогда группа и понесла свои потери. Причем один из бойцов был убит выстрелами собственной группы прикрытия: в результате устроенной «непонятно кем» неразберихи со связью.
Идея штурма больницы была предельно глупа. Отдавший решение о штурме так и остался «неизвестным». Дело в том, что еще с самого начала басаевцы требовали автобусы, чтобы выехать из города вместе с заложниками. Специалисты-аналитики из «Альфы» и «Беги» заранее говорили, что штурмовать колонну намного легче, чем больницу с сотнями и даже тысячами заложников. Но опять кто-то» их «не услышал».
18 июня в результате переговоров между председателем правительства РФ B.C. Черномырдиным и Ш. Басаевым удалось добиться освобождения большей части заложников. Была достигнута договоренность о прекращении боевых действий в Чечне и начале полномасштабных мирных переговоров. Федеральным войскам отдан приказ о прекращении с 20.00 всех боевых операций. Повторный штурм здания не состоялся, так как «Альфа» отказалась принять в нем участие. Ввиду отказа «альфовцев» Басаеву наконец-то предоставили автобусы. Бандиты взяли с собой 140 человек заложников. Первоначально поступили распоряжения по подготовке ее штурма. Но когда все было подготовлено, «некто» вновь отменил предыдущие распоряжения. Тем не менее даже тогда еще не все было потеряно. В Веденском районе силами спецназа была подготовлена засада. К тому времени заложники были уже отпущены и боевики следовали в «одиночестве». Но приказ на уничтожение так и не поступил…
19 июня отряд Ш. Басаева выехал в Чечню на предоставленных федеральной стороной автобусах, используя часть заложников в качестве «живого щита». Черномырдин и Басаев, при посредничестве С. Ковалева, в результате совместно проведенной операции дали возможность дудаевцам избежать полного поражения, перегруппироваться и пополнить свои отряды. Учитывая вышесказанное, возникают вопросы: случайность ли, что именно 14 июня 1995 года в Сочи состоялась встреча В. Черномырдина с руководителями Кабардино-Балкарии, Северной Осетии, Дагестана, Ингушетии, Карачаево-Черкессии, ЧР, Адыгеи и Калмыкии, на которой, в ряду прочих, обсуждалась и проблема восстановления народного хозяйства Чечни? И что именно российским премьером в период, когда шла аннигиляция всех результатов работы российской армии, был подписан ряд важных соглашений по сырью и продаже вооружений?
Являются ли случайностью два следующих факта, имевших место спустя полгода-в октябре 1995-го, когда на блок-посту № 72 под Аргуном рязанским ОМОНом были задержаны две автомашины «УАЗ-528». Выскочившие из машин боевики начали угрожать омоновцам оружием. Среди них был Шамиль Басаев. Сообщили об этом в центральную военную комендатуру. Вскоре из Грозного пришла команда: «Отпустить». Боевиков пропустили. Затем последовал запрос: «Где колонна, которую вы задержали?» Ответ с блок-поста: «Мы ее отпустили по вашей команде». Ответ из Грозного: «Мы такой команды не давали».
И в ноябре 1995-го, когда ставропольским СОБРом был задержан Умар, один из сподвижников Басаева, участвовавший в буденновской акции (по роковой случайности, он предъявил фальшивое удостоверение ставропольского СОБРа). Умар был на джипе, при себе имел оружие. Арестованного доставили в Аргунскую комендатуру, где он так разошелся, что всех «приговорил к смерти», пока его не «успокоили» пинками. По словам одного из очевидцев: «Ночи в подвале комендатуры холодные, и к утру Умар слегка офигел. Юра принес ему кружку кипятка. За это тот пообещал сохранить ему жизнь». Утром арестованный был доставлен в Грозный, в ГУОШ. После обеда Умар вместе с представителем комендатуры прибыл за своим авто и был таков. К вечеру пришла кодограмма из Грозного:
«Умар бежал, при задержании — расстрелять на месте».
И наконец, является ли случайностью то, что террористическая акция Басаева 14 июня 1995 года совпала с совещанием «семерки» в Галифаксе (Канада), на которое и отбыл Ельцин, не посчитавший для себя зазорным оставить страну в то время, когда целый районный город, отстоящий на. 150 км от границы Чечни со Ставропольским краем, оказался заложником в руках террористов Операцию в Буденновске можно назвать миниатюрной моделью всей гражданской войны на территории Чечни. Бывший «защитник молодой российской демократии» (приволокший в августе 1991-го в «Белый дом» целую сумку с гранатами) Ш. Басаев, взявший в заложники несколько тысяч людей, сыграл в ней роль Дудаева, взявшего в заложники все население. Например, наряду с утверждениями о «независимом народе Ичкерии», все погибшие мирные жители автоматически становились гражданами России, а вина за их гибель возлагалась на федеральные войска. [13]
13
По словам сбежавшего на запад бывшего офицера ФСБ А. Литвиненко, сославшегося на слова вдовы Дудаева, «нападение Басаева на Буденновск — это попытка отбить деньги за указ о перемирии, который был чеченцам обещан, но не был подписан». Вот отрывок из его книги:
«— А кому передавались деньги, она назвала?
— Я спросил, но она не хотела называть имена. «Если вы кому-то доложите, я могу живой не попасть к детям». Я обещал: никому. Она долго думала, а потом говорит: «Ладно, я вам верю. Только дайте слово, что это останется между нами до моего отъезда из России». Я обещал. Она сказала: «Этих людей мы называем «партия войны». Вспомни, летом 1995 года чеченцев загнали в горы, и у них было потеряно управление войсками. Боевики расходились по домам. Не было ни связи, ничего. Фактически была одержана победа. Ситуация для них стала катастрофической. И в этот момент, сказала Алла, у Дудаева вновь затребовали деньги из Москвы. За приостановку боевых действий. Через Басаева. Несколько миллионов. И Дудаев заплатил: у него выхода не было. После этого чеченцев решили элементарно кинуть. Бабки взять, а боевые действия не приостанавливать. Тогда Басаев захватил Буденновск. Тут я вспомнил, что в прямом эфире Басаев что-то говорил Черномырдину о деньгах, взятках.
— Не ему ли деньги пошли? — спросил я Дудаеву.
— Тому, кто стоял рядом. Рядом стоял Сосковец. Боевые действия были прекращены. Я слышал, как генерал внутренних войск, который воевал в первую чеченскую войну, сказал: «До сих пор не могу понять, почему был подписан указ о приостановке боевых действий. Это было предательство армии». Впервые я рассказал это в 1999 году в интервью Невзорову. Меня посадили в тюрьму, но никто в прокуратуре по этому факту меня не допрашивал. А Невзорова после этого интервью выгнали с телевидения.
— А Ельцин про это знал? Алла Дудаева не назвала мне Ельцина. Она назвала Сосковца. Более того, она неплохо к Ельцину относилась. Когда была ее пресс-конференция в Москве, меня вызвал Волох: «Александр, тут у нас чрезвычайные обстоятельства. Алла Дудаева собирает журналистов в гостинице «Националь». Надо сорвать эту пресс-конференцию». Я спросил: «Как мы се сорвем?» — «Надо что-то придумать». Я предложил: «Давайте позвоним в гостиницу и скажем, что она заминирована».
— «Ты понимаешь, шум будет. Это все-таки политика, надо тоньше. А ты не мог бы ее уговорить, чтобы она отказалась?» Я пообещал: «Попробую». Прихожу в гостиницу, а там наружка — ее видно за версту — уже сидит. Спрашиваю: «Ну, где объект?» Они говорят: «Да вон там, собирается». Я подошел: «Алла Федоровна, мне поручено сорвать вашу пресс-конференцию. Вы не могли бы се не давать?» Она говорит: «Поздно. Я уже людям обещала. Не могу их обмануть». Тогда я попросил: «А вы хотя бы можете российскую власть не ругать крепко?» Она улыбнулась: «Это я вам обещаю». И свое выступление она начала со слов: «Я призываю голосовать за Ельцина».
— Все-таки как-то не укладывается. Ее мужа по приказу Ельцина убили, а она призывает за него голосовать.
— Она не винила Ельцина в гибели мужа. И не думала, что этот приказ исходил от него, даже если он его и подписал… Из слов Дудаевой я понял, что она определенно считала, что ликвидацию се мужа организовали Коржаков, Барсуков и Сосковец, и дело было не в политике, а в деньгах и в компромате на них, который Дудаев возил с собой.
— Ликвидация Дудаева была официально оформлена как оперативная задача?
— Конечно. Иначе невозможно было — операция была слишком сложной, были задействованы разнообразные технические службы, включая самолет ГРУ, откуда на дудаевский телефон навели ракету. Хохольков эту операцию разрабатывал под личным контролем Барсукова. Он на этом себе карьеру сделал, генералом стал, управление получил, еще и денег заработал. В сущности, УРПО возникло «на плечах» этой операции, потому что руководство сообразило, как удобно иметь автономное подразделение для решения «спецзадач» внесудебным путем, при строжайшей секретности. Можно сказать, что УРПО началось с Дудаева и закончилось на Березовском…»
В настоящее время, по уточненным данным, известно, что боевиков было 97 человек, в том числе 4 женщины. Число жертв составило 193, а не 144 человека, как до сих пор значится во всех официальных документах. Ранены были 393 человека. По тем же уточненным данным, из общего числа погибших от рук российских военнослужащих при попытке штурма больницы погибли 33 человека, остальные были убиты террористами. Мало известен факт, что когда Басаеву задали вопрос, почему среди заложников в больнице находится много чеченцев, он ответил, что это не чеченцы, а граждане России. Дудаев подобных фраз не говорил, но на деле доказал, что они соответствуют истине. Кроме того, стоит упомянуть внезапно начинавшиеся «неизвестными» переговоры в тот момент, когда успех российской армии уже был практически достигнут и как апофеоз — триумфальное возвращение Басаева из Буденновска и состоявшееся через год подписание капитуляции в войне. Шамиль Басаев стал «национальным героем» не только для кое-кого в Чечне. Сразу же после успешного завершения его акции по российскому телевидению выступил «правозащитник» Ковалев, ласково пролаявший в адрес Басаева целую хвалебную оду, апогеем которой стало заявление о том, что «Басаев — это новый Робин Гуд». Думается, что за время своей отсидки на зоне, еще в советское время, Ковалев встречался со многими подобными «робингудами». Правда, все они были невысокого полета — обычные воры, насильники и убийцы. При этом они еще «обижали» беднягу правозащитника. А вот Шамиль Басаев — это совсем другое дело — настоящий мужчина и воин. Он даже (по крайней мере, на людях) уважает обиженного Сережу Ковалева. А ведь уважение такого великого человека о чем-то свидетельствует?! Показав на всю страну правозащитника, телевидение не дало высказаться по поводу «нового Робин Гуда» ни одному нормальному человеку. Например, чеченцу, жителю Хасавюрта Магомеду Хакишеву, сказавшему, что: «Я бы Басаева и Радуева расстрелял самолично при всем народе». И напоследок еще один малоизвестный и нигде не освещаемый факт: именно Шамиль Басаев и его люди — тот же самый «абхазский батальон», которые захватили заложников в Буденновске, двумя годами раньше (в 1993 году) получили это название, послужив той силой, благодаря которой Абхазия вышла победителем из грузино-абхазского конфликта. Именно боевики Басаева взяли тогда Сухуми, над которым рядом со знаменем «Абхазской Республики» подняли еще никому тогда не известный флаг зеленого цвета с изображением волка. А ведь Абхазия стремилась тогда войти в состав России.
Почти мир
Благодаря Буденновской операции, появился повод для введения весьма странного «перемирия». В ходе его, 19 июня в Грозном под эгидой ОБСЕ начался первый раунд переговоров между делегациями РФ (А.И. Вольский, А.С. Куликов, Н.И. Семенов) и НВФ (Ширвани Басаев, Султан Гелисханов, Усман Имаев, Аслан Масхадов), продолжавшийся до 22 июня. Стороны договорились о продлении на неопределенное время моратория на боевые действия. Второй раунд переговоров прошел с 27 по 30 июня в Грозном под эгидой ОБСЕ. Была достигнута принципиальная договоренность об обмене пленными по схеме «всех на всех», разоружении отрядов боевиков, выводе федеральных войск и проведении свободных выборов. Последовавший за этим «мир» был еще более странным. 30 июня указом Б.Н. Ельцина в отставку были отправлены руководитель Министерства по делам национальностей и региональной политике РФ Н.Д. Егоров, министр внутренних дел РФ В.Ф. Ерин, директор ФСК РФ СВ. Степашин и глава администрации Ставропольского края Е.С. Кузнецов. Федеральные войска получили приказ оставить практически все занятые ими к тому времени стратегические пункты. Армия получила приказ не предпринимать никаких наступательных действий и отстреливаться лишь в самых крайних случаях. 1 июля на переговорах в Грозном была определена дата выборов в Чечне: 5 ноября 1995 г. 3 июля Ельцин подписал указ № 663 о постоянной дислокации федеральных войск в Чечне. В этот же день на встрече с А. Вольским Д. Дудаев отверг «нулевой» вариант, в соответствии с которым нынешнее и прежнее руководства Чечни уходят в отставку до назначенных на 5 ноября выборов, а в качестве временного органа управления формируется коалиционное правительство. 5 июля указом Ельцина А.С. Куликов назначен министром внутренних дел, а В.А. Михайлов — министром по делам национальностей и региональной политике. 24 июля в Грозном начался третий раунд переговоров под эгидой ОБСЕ. В ночь с 29 на 30 июля было подписано Соглашение по блоку военных вопросов, предусматривающее:
— немедленное прекращение военных действий;
— создание Специальной наблюдательной комиссии, сопредседателями которой стали вновь назначенный командующим Объединенной группировкой федеральных войск заместитель командующего ВВ МВД РФ генерал-лейтенант А.А. Романов и начальник Главного штаба ВС ЧРИ А. Масхадов;
— обмен военнопленными и другими насильственно удерживаемыми лицами по принципу «всех на всех»;
— разоружение «незаконных вооруженных формирований» и поэтапный вывод федеральных войск;
— пресечение террористических актов и диверсий.
1 августа А. Масхадов издал приказ «О выполнении задач по добровольной сдаче оружия, боевой техники и вооружения вооруженными формированиями ВС ЧРИ и поэтапному выводу федеральных войск с территории ЧРИ», которым предписано «прекратить огонь и ведение боевых действий с 00 ч 2 августа». За август 1995 года, в котором сложившуюся в Чечне ситуацию «независимые» средства массовой информации окрестили как «неустойчивую», дудаевцы убивали в среднем по 2 военнослужащих российской армии в день (не считая ранений и увечий). 18–19 августа федеральные силы блокировали село Ачхой-Мартан; однако ситуация была «урегулирована» на переговорах в Грозном. 21 августа чеченский отряд под командованием Алауди Хамзатова вошел в город Аргун (в 12 км от Грозного) и захватил здание районного отдела милиции. В течение следующего дня федеральные силы подвергли Аргун обстрелу. Чеченский отряд покинул город, а в Аргун вошла федеральная бронетехника. Когда, наконец, в Кремле убедились, что дудаевская армия перегруппировалась, пополнила свои ряды и укрепилась в оставленных федеральными войсками пунктах, 24 августа 1995 года последовало заявление о том, что российские войска из Чечни выведены не будут до «полного разоружения бандформирований». Боевики заявили, что это «новое объявление войны», и начавшаяся когда-то с уголовного мятежа на юге России гражданская война, после короткой передышки, вспыхнула с новой силой.
20 сентября было совершено покушение на представителя Президента РФ в Чечне Олега Лобова по дороге из Грозного в аэропорт «Северный». В конце сентября Ачхой-Мартан и Серноводск были блокированы федеральными подразделениями. Причина — наличие в этих селах чеченских боевиков. Чеченская сторона утверждала, что в селах располагаются отряды самообороны, которые, согласно соглашению, заключенному в августе, могут там находиться. Российская сторона настаивала на том, что в этих селах должны находиться отряды чеченской милиции. 6 октября 1995 года в районе площади Минутка было осуществлено покушение на командующего федеральной группировкой войск в Чечне генерал-лейтенанта А.А. Романова. Все находившиеся в подорвавшейся на радиоуправляемой мине автомашине погибли. Сам Романов был доставлен в госпиталь им. Бурденко с тяжелейшими травмами головного мозга и грудной клетки