Чтение онлайн

«Прибыли в Кизляр. Успели только перекусить, и поступила команда: лететь для обеспечения переговоров.

— Что брать?

— Ничего не надо брать. Патроны, автомат. Но, наученные опытом, обычно берем не только это.

— Что там?

— Село. Ну, село — и село. Первомайское или что там, мы не знали. Прибыли на вертушках, высадились. Приблизительно в 250 метрах от дороги толпа, все в «гражданке». Солнце припекает, снег подтаял — в поле «каша». Но работа есть работа. Сидим. Начало темнеть. Вертушки улетели. По команде выдвинулись вперед, перешли арык. Ждем. Команда: «Отойти!» Отошли. До 24.00 сидим, мерзнем: команда была костры не разжигать. Хорошо, после полуночи прибыли «Икарусы». Поделились и ночь коротали в них, дежурив по два часа. Так «кантовались» до 13 января… 13 января получили приказ выдвигаться рано утром следующего дня. Хорошо, что на вторые сутки нашего сидения прибыла наша группа резерва: хоть вода появилась. Мы же прибыли налегке: сказали же ничего не брать! Перед штурмом выдвинулись за канаву на разведку местности, вышли в расположение мотострелкового взвода. Осмотрелись, что к чему, но, правда, особо много не узнали и не увидели — впереди камыш. Стали спрашивать командира взвода. Он говорит, что впереди два арыка — один большой, а один малый. Когда пошли на штурм, оказалось, что их точно в два раза больше — два больших и два малых. Штурм отложили до 15-го…» В

операции принимали участие, помимо мотострелков и ВДВ, спецподразделения «Альфа», «Вега», ОСН «Витязь», СОБРы Краснодара, Москвы и Московской области и ГУОП МВД РФ, подразделение СБ президента. Подразделениям внутренних войск, мотострелков и десантников была дана команда блокировать поселок и обеспечить огнем спецподразделения, которые должны были осуществлять штурм Первомайского. Это именно они были пресловутым «сплошным тройным кольцом». Что же представляло из себя это кольцо, понятно по рассказам другого очевидца. Всего «кольца» он не видел, но свой кусок описал красноречиво. По его словам, три БМП-1 расставили на 5 метров друг от друга, а впереди, на удалении 30 метров, занял позицию расчет ПКМ. Справа, на удалении порядка 200 метров, находилась минометная батарея. В другом месте около 50 солдат и офицеров 22-й бригады спецназа удерживали фронт длиной в километр. Операцию по уничтожению Радуева и освобождению заложников решено было начать 15 января в 10.00. Именно в это время началась огневая подготовка атаки, которую осуществляли три противотанковые пушки МТ-12 и пара Ми-24, постоянно «болтающихся» в воздухе. Если учесть, что огонь наносился по позициям мотострелкового батальона (а по численности боевиков примерно так и есть), окопавшегося в населенном пункте, то станет ясно, что этих огневых средств явно не хватало. После огневой подготовки атаки должен был наступать первый эшелон атакующих, в который входили СОБРы и «Витязь». Второй эшелон атакующих включал спецподразделения «Альфа», СБП и «Вега». На отряд 22-й обрсн была возложена задача совершать отвлекающий маневр, имитируя атаку с западной окраины села, в то время как главные силы наступающих должны были ударить с северо-востока.

Огневая поддержка атаки длилась с 13.00 до 14.00. В ходе отвлекающего маневра, совершаемого отрядом 22-й ОБрСпН на его направлении, была сожжена одна БМП-1 и две боевые машины потеряли подразделения СОБРа. К 16.00 решено было ввести в бой второй эшелон атакующих, который, преодолев арык, к 18.00 выдвинулся на южную окраину села и занял позиции приблизительно в 70 метрах от построек. Всю ночь вели разведку целей, подавляли выявленные огневые точки и вели беспокоящий огонь. Вот как это описывает участник штурма: «Началась огневая подготовка атаки. Вышли на исходный рубеж. Лежим за бруствером маленького арычка. Наблюдаем, как со школы работает ДШК и еще с одного дома один ДШК и один ПК. Вдруг замечаем — кто-то сзади нас, такой полугражданский-полувоенный: штаны гражданские, бушлат армейский, зеленый, и у него за спиной радиостанция типа «Северка». Спрашиваем — кто такой? А я, говорит, авианаводчик. А ну иди сюда! Можешь, говорим, вертушки навести? — Могу! И началась потеха… У одного был позывной «Крокодил», а у другого «Зеленый». Он вызывает: «Я такой-то. Видишь синюю крышу?» — Вижу.

— Вправо от нее 200 метров огневая точка. Видишь?

— Вижу.

— Бей!

— Бью! Ба-бах «Крокодил» по этой синей крыше. «Зеленый» заходит.

— Видишь синюю крышу?

— Вижу. — Двести метров вправо. Давай!

— Даю! Ба-бах! Опять по этой синей крыше. В конечном итоге огневую точку так и не подавили, но синюю крышу всю разворотили. Авианаводчик лежит, наводит. Вертушки работают, запрашивают его: «Нормально?» Он кричит: «Нормально! Нормально!» А чего там нормального? Впереди стоял взвод мотострелков. Слышим, их БМП-1 работает по селу только из пулемета. Подходим. Спрашиваем: «Ребята, а почему из пушки не стреляете?» Отвечают: «А она у нас не работает».

— А что же вы сюда приехали?

— Приказали — и приехали… — Вообще, пехота у нас… Бойцы грязные, засаленные, необученные. Таскает такой от машины боекомплекты в ОЗК — я думал, его и на вооружении-то уже нет. Пули свистят, рядом в землю падают, кричим ему: «Пригнись!» А он стоит и глупо улыбается. Или он до такой степени «отмороженный», или не понимает, или от усталости ему уже плевать: убьют или нет…..Ну, пошли на штурм. Через эти четыре арыка с помощью лестниц перебрались. Справа шел «Витязь», слева еще СОБР. Когда прошли эти арыки, увидели еще один — офигенный, а за ним высокую насыпь. Прямо на ней «духи» отрыли окопы полного профиля. От этих окопов вели ходы сообщения в подвалы окраинных домов на случай артналета. К окончанию огневой поддержки, то есть приблизительно за час, мы «духов» из окопов вышибли огнем стрелкового оружия, подствольниками и «Шмелями». Вообще, тащили мы на себе немало. Лишний раз тогда убедился, что патронов много не бывает. Я, в частности, выбросил противогаз и набил сумку патронами…..Заняли траншею. Время 15.00, может, начало шестнадцатого. Начал падать снежок. В траншее убитые чеченцы. Один у пулемета лежал, недалеко еще трое. Патроны россыпью, гильзы. Для тепла из рядом стоящих домов вытащил! одеяла. Наломали досок от забора для костра. Достали водку. Не для пьянки, конечно, так, для «сугреву». Каждому досталось грамм по пятьдесят. Подошли ребята из безопасности президента и «альфисты». Что мне у президентской охраны понравилось — это что у всех были летные куртки на меху и кевларовые шлемы типа нашей «Маски-1», но легче. Когда носишь нашу «Маску-1», то к концу дня чувствуешь, что голова побаливает, все-таки шлем тяжелый. Как они там дальше воевали — не знаю. Бросалось в глаза, что они какие-то домашние…» Наутро около 7.30 «Витязь» и СОБР пошли во вторую атаку. К 11.00–12.00 овладели примерно половиной села. Спустя некоторое время боевики поняли, что атакующих никто не поддерживает и их самих меньше обороняющихся (примерно 250–300 человек против 300–350 радуевцев), и к 16.00 выбили атакующих из села. Правда, по другим данным, атакующие просто получили команду отойти. Слово участнику: «На второй день штурма нам сказали, что сейчас начнется огневая подготовка. Все было как в прошлый день: вылетела пара Ми-24 и стала бить по центру села, а может, еще куда. На мой взгляд, без толку. Единственное яркое воспоминание — это когда нам от них чуть не досталось. Они обычно выпускали ко два НУРСа. Первый «двадцать четвертый» отстрелялся и ушел, за ним второй сделал пуск. Первая ракета пошла нормально, а вторая, смотрю, все ниже и ниже. Как шарахнет сзади нас метрах в 150! Неприятно!

Вся огневая подготовка длилась не дольше 20 минут. Команда «Вперед!». Разбились на пятерки и пошли. Метров 400 шли относительно спокойно, противодействия почти не было. «Чехи» основные силы бросили против «Витязя». На сильное сопротивление натолкнулись у дороги в центре села. До мечети, где держали заложников, оставалось совсем немного… У дороги «духи» применили неплохой прием: на ГАЗ-53 установили крупнокалиберный пулемет, то ли ДШК, то ли «Утес». В одном месте отработал, начинаем туда «мочить», а он уже с другого направления барабанит. У дороги нас сильно прижали огнем. Мы в это время находились в одном из дворов. У меня был нож, вполне обычный на вид, но я им рубил сетку-рабицу, а недавно прочитал у вас в «Солдате удачи», что это, оказывается, нож морского пехотинца США. Справа от нас был еще какой-то СОБР. Они у меня спрашивают: «Что? Куда наступать?» Я говорю: «Вон, впереди наши ребята». Впереди была какая-то постройка. Они стали перебегать туда, я их прикрыл. Кричу им: «Меня прикройте!» В это время как раз вертушки начали работать. Только стали заходить над селом — «духи» их так начали давить из ДШК, что практически им не дали работать. И опять свою роль сыграла эта машина с ДШК. Довольно эффективная штука… Начал я перебегать, и в это время кто-то из «Шмеля» долбанул. Сначала вроде бы так ничего, все нормально, но чувствую, что-то в голове не так. До ребят добежал, чувствую, плохо. Ребята говорят: «Может, водки?» — но кто-то сказал, что нельзя. Выпил чаю, сначала полегчало, а потом хуже стало. Стал заикаться, пытаюсь что-то сказать и не могу. Тут ребята вытащили двух заложников, которые, по их словам убежали, от «духов». По документам — дагестанцы. Ну, мне говорят: «Сможешь дотащить?» Дотащил, а там уже все, отруб». Следует указать, что первый штурм Первомайского планировался 14 января 1996 года. Но «точно рассчитавшие» (непонятно как) время, радуевцы выставили перед собой живой щит из заложников. Наутро следующего дня начальник ФСБ, генерал армии Барсуков через мегафон обратился к бандитам с предложением сдаться и освободить заложников. Ответа не последовало.

15 января 1996 г. начался штурм села федеральными войсками силами частей СН (осн «Витязь», СОБРы, части 22-й обрсн и др.) Над селом появились десять вертолетов, которые нанесли по захваченному бандитами блокпосту ракетный удар. Одновременно последовал артиллерийский залп из 85-мм орудий (которые в подобной обстановке были признаны неэффективными). В результате несколько снарядов, перелетев село, попали в расположение собственных войск. Ко второй половине дня большая часть Первомайского была занята федеральными силами. Но большие потери — 13 раненых и 7 убитых — заставили их вновь вернуться на исходные позиции. Солдаты ночевали на броне, промерзшие и голодные

16 января штурм был вновь повторен. Управление войсками было частично потеряно, но бандиты были вынуждены выйти под пули. Это произошло в результате непрекращавшегося массированного обстрела и в не меньшей степени благодаря распространенной информации, что «заложники уже мертвы». В результате повторного штурма потери составили 15 человек убитыми и ранеными. Разделившиеся на три группы, радуевцы попытались прорваться. г Одна из групп наткнулась на минное поле, где потеряла 43 человека. 30 боевиков отступили назад и на следующий день сдались властям. Еще 9 человек были арестованы в небольшом лесочке перед Тереком (двое из них скончались от ран).

Артиллерия — батарея реактивных пусковых установок БМ-21 «Град» и батарея 122-мм гаубиц Д-30 прибыла к атакующим лишь к исходу дня 16 января. Ночь с 16-го на 17-е прошла, как и предыдущая: небо над Первомайским подсвечивали САБами, которые сбрасывали самолеты с большой высоты. Утром 17 января в 8.00 поступила команда оставить позиции и отойти на 500 метров, дабы не пострадать от огня артиллерии. Авиация вновь нанесла ракетный удар по Первомайскому. После чего началась «зачистка» села «Альфой». В ходе ее двое «альфовцев» погибли от случайной очереди своего же товарища. В этот же день группа боевиков в районе села Советское атаковала внешнее кольцо окружения под Первомайским. Около полуночи боевики общей численностью до 250 человек прорвались на участке, который удерживал отряд спецназа 22-й обрСпН численностью 45–50 человек. Боевики ударили точно в стык между спецназом и дагестанским ОМОНом. Разведчики дрались отчаянно, сдерживая пятикратно превосходящего противника, которому к тому же нечего было терять. Их героические усилия никто не поддержал ни огнем ни маневром. Да и кому было поддерживать, если боевой порядок операции не предполагал ни создания бронегруппы, ни резерва, а для того, чтобы осуществить быструю перегруппировку, надо хотя бы находиться в трезвом рассудке. При прорыве бандитов войска Министерства обороны потеряли убитыми 5 человек. В целом же, по официальным сводкам, в Кизляре и Первомайском их потери составил 29 человек. А потери органов внутренних войск — 27 человек. Когда заместителю Куликова генерал-лейтенанту Голубцу доложили о прорыве, он, по отзывам очевидцев, был до такой степени пьян, что единственное распоряжение, которое смог отдать, звучало примерно так: «Доставить их (боевиков) мне сюда!» Лишь около 11.00 18 января после удара «Града» и гаубиц спецподразделения ФС пошли в новую атаку и к 15.00 овладели населенным пунктом. К этому времени основные силы чеченцев давно прорвались из Первомайского

Большинство найденных трупов чеченцев было обнаружено с оружием в руках, т. е. все говорило, что это именно бандиты, а не заложники. Во время осмотра села было установлено, что для обороны радуевцы использовали мины и снаряды российского производства, датированные 1995 годом. Согласно одной из версий, их им продавали командиры блокпостов. На месте ночного боя сотрудниками прокуратуры была найдена втоптанная в грязь карта-километровка с нанесенным на нее точным указанием расположения федеральных сил вокруг села

В общей сложности в Кизляре и Первомайском погибло свыше 65 милиционеров и жителей. В Кизляре бандиты расстреляли около 34 человек, а остальные (включая омоновцев) 31 погибли в Первомайском. О потерях банды Радуева сообщил начальник штаба дудаевцев Аслан Масхадов. Согласно его данным, они составили 53 погибших боевика. А вот как выглядели события в Первомайском со слов еще одного очевидца и непосредственного участника: «Когда поступило сообщение о захвате заложников в Кизляре, на Ханкале была создана войсковая группа, в которую вошли мой отряд и отряд из 7-й воздушно-десантной дивизии. По первоначальному плану в момент пересечения границы Чечни автобусов с террористами по ним должен быть нанесен удар вертолетами. Колонна остановится, мы высадимся, обезвредим бандитов и освободим заложников. На все не более 40 минут.