Чтение онлайн

* Модельное соображение использование золота, вытекающее из модели pi=A1/Ai. Дело в том, что потребность во всех товарах падает. Выделяются товары роскоши, спрос на которые растет неограниченно и, если решать какие-то задачи, то свойство золота быть товаром роскоши в некоторых моделях играет существенную роль, хотя эти модели некорректно поставлены: так, если золото находится в некоторой точке дохода, то неизвестно, будет ли рост золота или загнется оно в некоторый момент - предполагается, что существует спрогнозированность всех возможных вариантов, на основе чего было выделено золото в качестве важного товара; но в реальности золото не демонстрирует этих свойств. В денежной теории таких некорректных задач и моделей полно.

* Вопрос о природе процента. Бем-Баверк не довел до конца свою работу в этом направлении. В рамках его оконных способов производства он выводил производственную функцию: по абсциссам - длительность производственного процесса (Т), по ординатам - нормированный выпуск на единицу ресурса (Y); ее график - парабола с ростом Y по мере роста T, а угол наклона касательной к этой параболе в разных Т есть процент, который есть следствие времени. Если время производства короткое, то процент высокий, а если время удлиняется, то процент ниже. Такое представление было введено для объяснения исторического снижения процента. С одной стороны, все логично, с другой - непонятно, что в реальности. Для Австрийской школы целостный воспроизводственный контур - все, что есть; однако Бем-Баверк предполагал, что делается сравнение двух разных воспроизводственных контуров ([концептуально] располагая одним), и никаких доходов, связанных с капиталом и длительностью производства, вообще нет - они никак не выделены, ибо каждый участник получает одинаковое вознаграждение. Т.е. вроде бы процент есть, а реального дохода от него нет, что было для самого Бем-Баверка большой проблемой. Лишь потом, в духе некоторой смеси, появилось выделение капитала как отдельного фактора, приписывание ему производительности и появление аналогий с процентом. По Бем-Баверку процент вроде как-то связан с реальной экономикой, но в ней он никак не проявляется. В свое время Шумпетер (ученик Бем-Баверка) задался вопросом о том, что, если на графике имеется некая точка пересечения процентной касательной к параболе, то можно ли из этой точки заработать какие-то деньги? Его ответ - да, если сократить время производства, то есть часть производимой продукции не вкладывать в будущее производство (а продать куда-то на сторону), и эта логика обратна той, которую использовал Бем-Баверк, говоривший, что процент стимулирует рост. Если внимательно читать работы представителей австрийской школы, то можно видеть, что, несмотря на то, что говорил Бем-Баверк насчет оконных способов производства, все виды деятельности, которые они рассматривали, сводятся к чистому посредничеству. Несмотря на то, что Шумпетер - ученик австрийской школы, она его отвергла, поскольку у него была своя теория процента, в рамках которой утверждалось, что предприниматель - это человек, постоянно нарушающий равновесие, и с этого получающий свой доход. В этом смысле пришлось долго думать, пока Кейнс не сформулировал, что предприниматель "почему-то" нарушает равновесие, но, поскольку оно вообще никогда не достижимо, предприниматель за счет своих арбитражных сделок (купли-продажи), тем не менее, тянет экономическую систему к равновесию. Собственно, это и составляет суть концепции предпринимательства современной австрийской школы.

* Рассмотренные взгляды на процент - одна из ключевых проблем экономической теории: феномен процента существует, но как только начинается разбор ситуации равновесия подробно, выясняется, что никаких оснований для процента нет. Поэтому нужно рассматривать капитал макроуровня.

* [В рамках ответов на вопросы аудитории]. Откуда и почему привлекаются деньги? Согласно гипотезе Григорьева, в ситуации равновесия деньги не нужно ниоткуда привлекать: продавший зерно получит столько денег, сколько ему положено. Если нужно их привлекать, то нужно обосновать причину этого. Кроме того, это значит, что у кого-то есть деньги вне рынка, поскольку в рынке одного контура нет лишних денег. При взаимодействии нескольких контуров друг с другом невозможно выстраивание никакого системного равновесия. Также непонятно, как в таком случае задать ойкумену распространения денег, в реальности ограниченную зоной распространения других денег - см. выше. В неравновесной системе всегда могут понадобиться деньги для зарабатывания на этом неравновесии, тогда процент - чисто денежный феномен. Как было сказано, поначалу наиболее взаимодействуют те, у кого наибольшее соотношение A1/A2, и кто больше всех выигрывает от взаимодействия со складом, и готовы платить за монету. Отсюда и берется процент как плата за монету. Пока денег мало, процент высокий и отсекает всех остальных, но, по мере печатания денег стресс сужается, и деньги готовы брать за меньший процент. Эту же особенность процента (не быть связанным с производством) отметил Кейнс. Он отметил связь процента с предпочтением ликвидности, как чисто психологическую закономерность, хотя признал, что, конечно, процент влияет на реальные процессы. И, собственно, вся кейнсианская теория регулирования связана с тем, что нужно снижать процент для влияния на реальные процессы в экономике (в частности и прежде всего, повышать занятость). И эта концепция никак теоретически в традиционной экономической теории не обоснована. С другой стороны, ее обоснование осуществлено исключительно путем анализа реальности. В этом смысле так понятая концепция процента находится в странных отношениях с классической теорией денег; возникает вопрос об объективности самих денег (в рамках которых процент вроде бы объективен). В этом вопросе различные теории пытаются связать концы с концами разными способами, однако становится все более очевидным, что концы с концами связать нельзя. Если мы говорим, что деньги объективны, тогда оказываемся в ситуации не объективности процента; если говорим о субъективности денег, то необходим процент для увязывания денег с производством (ибо контуры сами по себе существуют без процента). Экономисты, говорящие про объективность денег, имеют дело с жесткими и хорошо структурированными моделями, но не имеющими никакого смысла.

* В целом, вопрос о том, как вводятся деньги и как они работают, еще требует своего прояснения, это некая исследовательская программа, и сейчас были намечены лишь некоторые ее контуры и направления, по мере рассмотрения которых выявляются все новые аспекты, а также связи с другими разделами. То есть берется гипотеза произвольных денег, и она отрабатывается относительно разных воспроизводственных контуров, между которыми происходит концентрация, распад, дифференциация на богатые и бедные контуры (см. пример с развивающимися государствами), то есть взаимодействие воспроизводственных контуров с различным уровнем разделения труда как следствие ввода денег и различия оценки единицы труда в них.

* [В рамках ответов на вопросы аудитории] Насчет процента в натуральном формате (возврат мешка зерна в большем объеме, чем получен ранее), не денежном. Это чистый Бем-Баверк. Откуда берется зерно? Его можно съесть сейчас, но не съедено, дать кому-то и т.д. Проблема с этими рассуждениями - в том, что здесь возникает куча вопросов, ответы на которые если и есть, то считаются не экономическими. К примеру, тот случай, когда зерно не съедено, а отдано на посадку и, в результате, получено лишнее зерно. Но оно не нужно, поскольку потребление идет на спад. От осуществления этой операции на новый уровень контур не вышел, а значит, не вышел и сам потребитель, ибо лишнее зерно невозможно реализовать внутри контура, и существует равновесие (вообще, если есть равновесие, то нет задачи брать лишнее зерно). Бем-Баверк прав в том, что есть среднее время производства (так что разделение труда разбито и начинается издалека).

Лекция 5. Взаимодействие воспроизводственных контуров: деньги, часть 3

* Здесь имеет место проблема "порога синхронных затрат", которую в свое время изучал проф. Новожилов (один из основателей ЦЭМИ), в рамках которой рассматривался переход от одной точки касательной к параболе к другой, более высокой, на графике Бем-Баверка. Парадокс состоит в том, что, если вся система осуществляет такой переход, то сам этот переход стоит каких-то затрат, но сами эти затраты внутри системы никак не компенсируются: выход на новое равновесие делает непонятным объект компенсации.

* Решение нашел Шумпетер в своем понятии процента: согласно ему, система сама не осуществляет качественный скачкообразный переход, но это делает один предприниматель, заняв деньги и оставив на прежнем уровне всех остальных (конкурентов), получая более высокий доход по сравнению с ними (ибо на единицу ресурса приходится больше производительность). Далее - вопрос об остальных предпринимателях, которые поступают также и берут кредит, следствием чего становится уменьшение дохода в отрасли. Далее у Шумпетера возникает вопрос: кто платит за качественный переход всех участников рынка с несением затрат? Если посмотреть на феномен качественного скачка в целом (не с позиции одного предпринимателя), становится непонятно, откуда берется процент.

* Неокономика утверждает, что за него "платят" те, кого вытеснили, и что с ними что-то произошло, но этот вопрос вообще никто не рассматривает. То есть, вопрос о том, что происходит со старым контуром при формировании из него нового, не рассматривает ни Шумпетер, ни кто-нибудь еще. Шумпетер разошелся с австрийской школой по ее взглядам на деньги: согласно этой школе, способность банковской системы безгранично печатать деньги - зло, а Шумпетер утверждает его как благо, поскольку только благодаря этому удается осуществить рассматриваемый переход.

* И, тем не менее, может сложиться ложное представление о том, что все участники рынка, осуществившие переход, вышли в новый контур из старого, но это далеко не всегда так [доход-то сужается].

Лекция 6. Взаимодействие воспроизводственных контуров: деньги, часть 1

* Почему один контур оказывается беднее другого? Потому, что они отличаются эффективностью производства товаров. Пусть производительность различается только по одному товару: А1=А1`, А2>А2`, А3=А3`. При этом неэффективный производитель (производитель "с равенством") в богатом контуре получает все выгоды от пребывания в нем с более высоким потреблением; эффективные производители вынуждены с ним делиться излишками этой производительности.

* Если производители товаров А1 и А3 из первого контура знают о ситуации во втором, то они не понимают, чем они хуже аналогичных производителей из богатого. У них возникает желание присоединиться к богатому контуру и получить распределение благ, аналогично своим коллегам из него. Если эффективные производители из богатого контура (производители товара А2`) могут заметить такое стремление, то у них может возникнуть мысль о том, чтобы начать продавать место в свободном контуре, за счет чего они смогут повысить свои доходы.

* Проблема в том, что, как было сказано, экономической науке привычно иметь дело с индивидным объектом, о котором можно сказать, каким образом он способен попасть в более богатый контур так, чтобы с ним начали делиться (например, вытеснить своего коллегу из богатого контура на обочину жизни, или в бедный контур, или попросту убить). Иное дело, когда речь идет не об одном человеке, а о целом контуре или стране. Можно ли построить такой сбалансированный воспроизводственный контур, в котором более эффективные производители потребляют больше (на шкале доходов Торнквиста сдвигаются вправо), а что с остальными - неизвестно. Ответ - нельзя, если функции спроса остаются неизменными.