Чтение онлайн

Я поворачиваюсь к нему спиной, и теперь уже он прижимается ко мне животом и обнимает сзади — мы поменялись ролями. Ромка дышит мне в шею, и, кажется, что-то шепчет:

— Я люблю тебя.

— Что?

— Люблю, говорю.

— М-м…

Я не знаю, что ответить ему. И вообще — я уже сплю.

***

Утром, открыв глаза, я не сразу понимаю, где я. Обрывки каких-то образов — Ромка, мотоцикл, катящаяся по асфальту бутылка вина, порез на ноге. Блять, нога! Я откидываю одеяло и вижу заклеенную пластырем ступню. Твою мать. У меня сегодня съемка, как я буду передвигаться?!

— Ром!

Я слышу, как он шумит где-то в глубине квартиры. Делать нечего, я встаю и аккуратно ковыляю на кухню. Где моя одежда? Где мой телефон? Сколько, в конце концов, времени? Я поднимаю с пола свои трусы, джинсы лежат на диване, там, куда их вчера кинул Ромка. Рядом — скомканная футболка. Заебись. Телефон находится в кармане куртки. Загоревшийся дисплей только подтверждает мои подозрения — я действительно проспала. Пиздец. Я прыгаю на одной ноге, пытаясь другой попасть в штанину, не обращая внимание на саднящую боль в ступне. Натягиваю на себя, пытаясь кое-как разгладить, смятую футболку. Ладно, похуй. Ромка стоит в дверях, с улыбкой наблюдая за мной:

— Забрать тебя после съемок?

— Я не знаю, я напишу, если надо будет, ладно?

— Ладно, только не пропадай. Сегодня в «PV» пойдешь?

«PV» — клуб, где мы пропадаем каждые выходные, а иногда и в будни. Клуб, где я бываю чаще, чем на парах в универе. Ну, это я уже говорила.

— Блин, Ром, я ничего не знаю, правда. Мне на съемку надо. Давай, пока, спасибо за вчера!

— За что спасибо?

У меня нет времени ответить ему, за что именно — за поездку на байке, за вино, за секс, я выбегаю из подъезда, забыв о пораненной ноге, залетаю в трамвай, как раз мой — я сегодня везучая. Вообще, иногда мне кажется, что кто-то невидимый иногда присматривает за мной — спасибо ему за это. Я сажусь сзади, у окна, достаю наушники и внезапно понимаю, что натянула джинсы на голую задницу, так и оставив свои трусы у Ромки в квартире. Надеюсь, ему это понравится. Блять, ну, конечно, ему это понравится.

Наверно, у каждого из нас есть увлечение, которым он может заниматься бесконечно. Я очень люблю фотографировать, и, мне кажется, что у меня это охуительно получается. На всех моих снимках — лица людей, потому что это все, что меня на самом деле интересует. В каждом кадре, каждом пойманном мной взгляде я ищу их — тех, кто сидит глубоко внутри. Если смотреть очень внимательно, то, буквально на секунду, можно увидеть отражение бездны в глазах человека, смотрящего в мой объектив — и этой секунды достаточно, чтобы сделать кадр. Моя — населена демонами. А что внутри у других? Я пытаюсь это выяснить.

Обычно я фотографирую для себя, просто для удовольствия, но сегодня мне за это заплатят. Моя соседка по этажу в общаге, Кристина, просит подменить ее — сегодня у нее зачет. Я собираю камеру, проверяю заряд аккумулятора, вставляю предварительно отформатированную флешку. У меня сегодня нет никаких дел в универе. Даже скажу так — до зимней сессии я абсолютно свободна.

В назначенное время я подъезжаю по выданному мне Кристиной адресу. Я стою перед неприметной серой металлической дверью, спрятанной в такой же серой стене дома, и думаю — а не ошиблась ли я адресом? Блять, я точно туда приехала? Нажимаю на кнопку звонка на панели домофона, мне тут же отвечают:

— Да?

— Привет, я сегодня вместо Кристины, она должна была предупредить.

— Дина?

— Да.

— Проходите.

Испустив писк, дверь открывается, и я спускаюсь вниз по лестнице. Так и есть, подвал. Ну, пиздец, дальше-то что? Я иду по темному коридору, мне навстречу уже торопится девушка-администратор.

— Привет! Опаздываешь. Знаешь, что делать? Цифровой камерой пользоваться умеешь?

— Да. Но у меня своя камера, зеркалка.

— Со своей здесь нельзя. Извини, придется оставить ее у меня.

Я в недоумении пожимаю плечами. Зачем тогда я ее тащила?

— Кристина сказала, съемка, надо моделей снимать.

— Ну да, моделей.

Девушка ведет меня мимо дверей с номерами, мы проходим не менее десятка, прежде чем останавливаемся перед одной из них. Я с интересом рассматриваю табличку — номер тринадцать, заебись.

— Сегодня с Анжелой будешь работать.

— Хорошо.

Я осторожно приоткрываю дверь. Маленькая, даже крошечная комната, можно сказать — бокс. Неоново-розовый свет режет глаза, и я пытаюсь оценить обстановку для съемки — искусственный свет, небольшое пространство, почти полностью занятое двуспальной кроватью. Надеюсь, их камера снимает на широкий угол. Мой взгляд натыкается на столик перед кроватью, и я поспешно отвожу взгляд, блять, это что — дилдо?

— Привет!

Девушка на кровати машет мне рукой. Ее тело, неестественно смуглое от автозагара, эффектно контрастирует с белым кружевом надетого на нее белья. Я изумленно смотрю на ее ярко-розовые волосы, но потом до меня доходит, что это парик. На что я подписалась?!

— Так, Анжела, хватить отдыхать — мембер зашел.

В самом углу комнаты за небольшим столом сидит еще одна девушка, Анжела подсаживается к ней, и кладет руку под монитор, в то время, как ее помощница начинает что-то активно строчить в чате. Кажется, я начинаю понимать, что здесь происходит.

— Он просит, чтобы ты себя поласкала.

Поворачивается ко мне:

— Сейчас не шуми, я включу микрофон.

Я опускаюсь на небольшой пуфик около входа — похоже, представление ждет не только подключившегося к камере мембера. Анжела берет дилдо со столика, сосет его, потом выдавливает на ладонь смазку из тюбика, лежащего там же, и тут я отворачиваюсь. Правда, это не спасает меня от звуков, которыми сопровождаются все эти возмутительные действия. Громкие стоны на камеру перемежаются английскими словечками, типа «fuck» и «daddy», и я, не удержавшись, издаю нервный смешок. Кристина, сука, где ты нашла эту работу?!

Спектакль продолжается минут десять, после чего переводчица, а, точнее, как я позже узнала, оператор, делает Анжеле знак, и та снова подсаживается к ноутбуку. Еще пять минут продолжается имитация общения, и девчонки отключаются от чата.

— Так. Пока у нас есть время — пофоткай Анжелу, у нее портфолио давно не обновлялось, а это очень важно. И вообще, тебе что, Кристина ничего не рассказала?

— Неа.

— Ну, ты фотограф?

— Ну да.

— Тогда снимай.

Анжела принимает позы различной степени соблазнительности, потом в ход идут игрушки с прикроватного столика — их там целая коллекция. Я смотрю на свою модель и пытаюсь выжать хоть что-то из выданной мне цифровой камеры и необычных условий съемки. Не то, чтобы я хотела сделать Анжеле хорошие кадры — я просто пытаюсь отвлечься на то, для чего меня сюда позвали. Моя модель засовывает в себя различные предметы, трахает себя пальцами, мастурбирует на камеру — для нее это тоже просто работа. Я ловлю себя на мысли — интересно, а ее вообще все это хоть немного возбуждает? Меня — да, и, признав это, я чувствую к себе отвращение. Получается, я такая же, как те, кто платит за это шоу. Я делаю еще несколько кадров и опускаю камеру. Ладно. Я подумаю об этом позже. Анжела встает с кровати:

— Покажешь, что получается?

— Конечно, вот.

Она прижимается к моей спине, заглядывая через мое плечо в крохотный дисплей камеры, и я чувствую острый запах ее пота, смешанный со сладким клубничным ароматом смазки.

— О, мне вот эта нравится. И вот эта тоже — секси. Да ты хороший фотограф!

— Спасибо.

— Покурим?

— Давай.

Мы выходим в коридор, и Анжела, если, конечно, это ее настоящее имя, бесцеремонно меня рассматривает:

— А ты не хочешь у нас поработать? Ты подойдешь. Будешь такая длинноногая топ-модель-развратница.