Неопровержимая ложь
Шрифт:
Утром она проснулась задолго до звонка будильника, собралась и спустилась вниз, чтобы подождать Джейми в холле гостиницы, как минимум на час раньше назначенного времени. Она не хотела рисковать и столкнуться с ним в коридоре, или, что еще хуже, чтобы он постучался в дверь, пытаясь поговорить с ней. Она не собиралась снова совершать ту же ошибку, оставаясь с ним наедине.
Они ехали в аэропорт, не проронив друг другу ни слова. Джейми выглядел раздраженным, казалось, что и он не хотел разговаривать с Грейс. Она не считала, что он имел право сердиться на нее после того, что сделал, но это было даже к лучшему, что ее игнорировали.
Она немного подвинулась в кресле, чтобы устроиться удобнее, и своей рукой случайно задела его, лежащую на подлокотнике. И, не глядя на него, быстро убрала руку.
Все было бы значительно проще, если бы она не испытывала такого сильного влечения к Джейми. Это оказалось сильнее нее. Она хотела бы просто обвинять его в том, как закончились их отношения, но знала, что испытывает не только обиду. Она находила его невероятно сексуальным. Так всегда было и, вероятно, всегда будет.
Даже сейчас, сидя рядом с ним в самолете, она ощущала, что все ее чувства обострены, чего никогда не испытывала, если Джейми не было рядом. Непроизвольно она замечала каждое его движение, и всякий раз ей проходилось напоминать себе, что нужно вести себя как обычно. Она испытывала физическую потребность дотронуться до него, и собственный запрет на прикосновения сводил ее с ума.
После того, как покинет этот проклятый самолет, она сделает все возможное, чтобы увеличить дистанцию между ними.
Как раз пела «Довоенная Леди», когда Джейми потянул один из ее наушников. Она повернулась посмотреть на него, боясь того, что должно произойти.
– Нам нужно поговорить о прошлой ночи.
Он был расстроен. В его голубых глазах была заметна усталость, а сжатая челюсть служила сигналом, что он собирается сделать что-то неприятное.
– Я не хочу это обсуждать, - ответила она, понизив голос, чтобы никто из пассажиров не услышал их разговор.
– Здесь не о чем разговаривать. Мы оба выпили. Это была ошибка.
– Не ошибка, - сказал он, стараясь заглянуть ей в глаза.
– Я точно знал, что делал. Не оправдывай меня.
– Хорошо, - она отвернулась от него, чтобы выглянуть в окно.
– Тогда ты осел. И должен извиниться.
– Вероятно. Но я не собираюсь этого делать. Я не сожалею.
Она повернулась к нему в бешенстве.
– Это так похоже на тебя.
Он только пожал плечами.
– И что с того?
– Почему ты никогда не можешь просто признать, что не прав?
– она понизила голос.
– Ты стал инициатором произошедшего вчера вечером, придя ко мне. Поцеловав меня. Когда я успела дать тебе повод думать, что хотела этого?
Он расплылся в улыбке, ее ладонь зачесалась от желания залепить ему пощечину.
– Милая, думаю, мы оба знаем, что ты хотела этого.
– Нет, не хотела. Ты просто предположил это, потому что когда-то меня влекло к тебе. Но знаешь что? Все прошло. Ты изменился, и мне не нравится этот новый Джейми.
– Точно. Продолжай убеждать себя в этом.
– Ты не мог бы стать еще высокомернее? Я не вру.
– Ты всегда лжешь. И в первую очередь себе.
– Это неправда, - его слова жалили.
– Я честна с тобой, но ты не воспринимаешь меня всерьез. И я, честно говоря, совершенно не заинтересована в физических отношениях с тобой, так что выбрось эту идею из своей головы, хорошо?
– Ты говоришь о сексе?
– Говори потише.
– Вот как ты заговорила? Ты не заинтересована в сексе со мной?
Она почувствовала, что ее щеки горят.
– Я говорила тебе это прошлой ночью. Ты единственный, кто настаивал.
Джейми ничего не ответил, и она понимала, что он в курсе о ее лжи.
– Послушай, эти выходные были огромной ошибкой, - сказала она.
– Я не должна была ехать с тобой в Нью-Йорк. И не хочу больше это обсуждать. Я хочу забыть то, что случилось.
Он сузил глаза, как будто был готов к борьбе, но она испытала облегчение, когда этого не произошло.
– Хорошо, если это действительно то, чего ты хочешь.
– Хочу.
Оставшееся время в полете они не произнесли друг другу ни слова.
* * *
В кармане Джейми зазвонил телефон.
«Мы с Ники скучаем по тебе, и нам интересно, как идут дела?!»
Он прочитал сообщение от Лэйси, раздумывая ответить или нет, и решил не делать этого. Кинул телефон на другой конец огромного дивана в номере отеля и закрыл лицо одной из декоративных подушек, пытаясь заблокировать болезненные воспоминания о Грейс в своей голове.
Все было так хорошо, пока он не позволил некоторым событиям зайти слишком далеко. Ему следовало дать Грейс больше времени, чтобы она привыкла к идее позволить ему вернуться в свою жизнь, прежде чем он начнет действовать настолько серьезно. Он запаниковал. Мысли о самолете из Нью-Йорка уже на следующий же день и о Грейс, возвращающейся к своей привычной жизни и бойфренду, словно ничего и не было, сделали его слабым.
Он рискнул и поставил на карту все. Он ставил на их влечение друг к другу, уверенный, что она не сможет противостоять ему, как и раньше. Но она сопротивлялась, и теперь он слишком сильно оттолкнул ее.
Он думал о ее поцелуе, о ее теплом и податливом теле, желающим его. В тот момент он был так счастлив. Он реально надеялся, что когда поцелуй закончится, она откроет ему свое сердце и вспомнит, что они были вместе.
Почему это не сработало? Казалось, ее боль и обида на него гораздо глубже, чем он ожидал.
Он не мог потерять ее снова. Конечно, есть еще способ, как можно вернуть ее обратно, - заставить ее увидеть, что он по-прежнему тот же человек, в которого она влюбилась и которому отдала свое сердце в девятнадцать лет. Он знал без тени сомнений, что Грейс - одна-единственная в его жизни.
Возможно ли, что она действительно больше ничего не испытывает к нему?
Но он увидел это в ее глазах на приеме, когда она смотрела на него за обеденным столом с грустной улыбкой на лице. Он видел чувства, которые она сдерживала, и которые хотели вырваться наружу.
Она солгала, когда сказала, что больше не хочет его. Ее поцелуи говорили об обратном.
Для них все еще был шанс.
Он должен взять себя в руки. Он встал и направился в душ, чтобы смыть с себя весь пессимизм и страх и вернуться в игру.
Ему нужен новый план. Он не готов отказаться от своей девушки, но шансов на успех крайне мало.
* * *
– Мне нужно кое-что тебе рассказать.
Грейс сидела на кровати Кэролайн, наблюдая, как ее старшая сестра расчесывает свои светлые волосы. Грейс только что уложила сына, проведя с ним весь вечер, зная, что только она в ответе за то, что оставила его, и за то, что делала с Джейми.
Но, проведя время с Джейком, она также ощутила еще большую вину. Она ненавидела себя за то, что подвергла его риску, позволив Джейми подобраться к ней так близко. Что она за мать, если не в состоянии поставить своего ребенка на первое место? Если время, проведенное в Нью-Йорке, научило ее хоть чему-нибудь, так тому, что у Джейми намного больше денег, чем у нее. Если он узнает о Джейке, и дело дойдет до юридического противостояния, для нее, несомненно, настанут трудное времена в борьбе за опеку.