Чтение онлайн

Она обняла меня за шею, от чего мой пульс участился.

— И почему же ты старался не думать об этом?

— Потому что если бы слишком много об этом думал, — я склоняюсь к ней, шепча, и ощущаю нежное, теплое дыхание на своих губах, когда ее дыхание участилось, — тогда я не смог бы уснуть. Пришлось бы позвонить тебе и попросить приехать и поцеловать снова. — Провожу пальцами по ее бедру. — И снова. — Член затвердел, когда я представил места, которые хотел бы поцеловать. — И снова.

Она прикусывает нижнюю губу.

— Кажется, для этого потребовалась бы вся ночь.

— Именно, — сообщаю я, прижимаясь к ее губам и желая этой ночи больше, чем следовало.

Мы должны притворяться, но стоило моему языку проникнуть в рот Шэйн и услышать стон наслаждения, я забыл, что она всего лишь наемный работник. Забыл, что ей платят за нахождение со мной, и мы никогда не встретились бы, если бы не Кери. Забыл, что нас окружает толпа представителей голубой крови, годящихся нам в бабушки и дедушки, которые не видели целующихся пар с тех самых пор, как мальчики вернулись со Второй мировой войны.

Я забываю обо всем, кроме того, как приятно ощущать ее в своих объятиях, как прекрасна она на вкус и как сильно мне хочется большего.

Мне хочется провести ладонью по платью, обхватить грудь, почувствовать, как сосок твердеет под моими пальцами, услышать стон удовольствия, перерастающий в мольбу, чтобы я прикоснулся к ней. Мне хотелось, чтобы длинная шелковая юбка поднялась до бедер и дала мне возможность просунуть ладонь между ее ног. Хотел ощутить, каким влажным и напряженным станет тело, когда она кончит, как вопьется ногтями в мои плечи, когда я опущусь между ее бедер, проведу языком по центру ее киски и впервые попробую на вкус.

Могу с уверенностью сказать, что на вкус она словно рай. Словно весенний дождь, смешанный с чистыми капельками пота, и мне не захочется останавливаться, пока она не оросит своей влагой мое лицо.

Я хотел оказаться на ней. Полностью. Мы переплетенные и страстно желающие друг друга…

— Шэйн! Как я рада тебя видеть! Особенно в такой ситуации!

Звонкий, кристально чистый голос раздался в паре сантиметров от нас, слишком близко к нашей зоне комфорта.

Мы с Шэйн отстранились друг от друга, удивленно вздрогнув.

— Бог мой, — со смехом произнесла Шэйн. — Ты меня напугала!

Я смотрю вниз на миниатюрную старушку в шляпе, с чучелом кардинала, окруженным маленькими тыковками и початками кукурузы.

Выражение ее лица говорило о том, что она знала о чем-то важном, сияющим взглядом рассматривая нас с Шэйн, словно сама стала причиной произошедшего.

Шэйн

— Привет, Швайцбурглар. Как ты, черт возьми? — я приветствую Хиллари с привычным энтузиазмом, но умираю внутри.

И паникую.

Я желала продолжить общение с Джейком вчера ночью, вместо того, чтобы притвориться уставшей. Я могла бы перестать флиртовать с ним до того, как выставить себя полной дурой.

Из всех людей, что застали нас целующимися до того, как мы смогли обсудить детали наших фиктивных отношений, Хиллари была худшей. Она очаровательная, шустрая, любопытная охотница за сплетнями, которая была лучше подругой моей тети. В детстве Хиллари каждую субботу приходила к нам на обед. Она довольно хорошо изучила меня и могла раскусить мою ложь прежде, чем у меня появилась бы возможность даже придумать, что рассказать ей.

Мы с Джейком облажались. Если только…

Кажется, он быстро соображает на ходу. Надеюсь, мужчина последует за мной, и мы сбежим до того, как нас раскроют.

Хиллари была моей семьей. Было время, когда я могла рассказать ей правду и поклясться, что она сохранит все в тайне, но теперь ее разум ей не подвластен. Хиллари перевалило за девяносто, и она запросто могла забыть, какие лакомые кусочки стоит сохранить в тайне, а какими можно поделиться.

И она до сих пор консультирует колонку сплетен, для которой писала пятьдесят лет назад. Если она расскажет ни тем людям о том, что я работаю подставной подружкой известного хоккеиста, мы с Джейком окажемся на «шестой странице». Наша миссия окажется провальной еще до начала, а Джейку будет еще хуже, чем прежде.

Значит, у нас нет выбора, кроме как нанести удар первыми.

— Почему именно сейчас? — с усмешкой наклоняюсь к Джейку. — Я сотню раз говорила тебе, Хиллз, что не позволю написать целую книгу о моей сексуальной жизни.

Джейк поперхнулся напитком, но вовремя прикрыл рот, прежде чем шампанское выплеснулось на голову Хиллари.

— Мы друзья, а ты по возрасту годишься мне в бабушки. Это слишком странно.

— Никогда не знаешь наверняка. Все меняется, дорогая, — сказала Хиллари, поправляя седые волосы, выбивающиеся из-под ее странной шляпы. — Когда мне будет сто сорок, а тебе девяносто разница в возрасте будет не столь значительна.

— Какая же ты извращенка, — я прищелкиваю языком в притворном неодобрении. — А Мария знает о твоих пристрастиях? Полагаю, что нет, иначе не пригласила бы тебя на собрание цивилизованных людей.

— Она понятия не имеет. Шляпа сбивает людей с толку, заставляя думать о том, что я милая старушка, — Хиллари улыбнулась Джейку, явно довольная собой. — А что насчет тебя, красавчик?

— А что насчет меня, мэм? — спросил Джейк с идеальной смесью уважения и веселья в голосе. Я посмотрела на него, с облегчением заметив, что он остался вместо того, чтобы бежать в ванную и скрыться от нашего с Хиллари сумасшествия.

— Ты безопасен? — Хиллари прищурилась. — Будешь хорошим парнем? Или втянешь нашу Шэйн в неприятности?

— Я бы не сказал, что безопасен, но знаю, когда нужно вести себя достойно, — сказал Джейк, добавив отрезвляющим тоном, — и обещаю, что доставлю Шэйн только хорошие неприятности.

— Те, что мне нравятся? — я склоняю голову на бок, заглядывая в его темные глаза.

— Те, что тебе нравятся, — отвечает он, и мне хочется, чтобы Джейк сдержал свое обещание.

Черт возьми, этот мужчина такой сексуальный. И с каждой минутой становится более привлекательным. Я никогда не представляла, что его большое, мускулистое тело обладает острым умом, проницательностью и острым языком, заставляя меня чувствовать себя так, словно он все еще целует меня.

Боже, этот поцелуй…

Я полностью растворилась в диком, безрассудном голоде, который он пробудил во мне. Если бы Хиллари не прервала нас, я бы трахнула ногу Джейка на крыше здания, окруженная толпой толстосумов, которых не могла лишиться. Фонд Уиллоуби зависел от таких людей, которых не интересовали все эти публичные хоккейные разборки.

Я должна была поблагодарить Хиллари, поэтому наклонилась и обняла ее.

— Спасибо, леди.

— За что, подруга?

Она нежно похлопала меня по спине своими костлявыми руками, посылая по моему позвоночнику волны тоски к груди. Хорошее чувство, когда тебя любит кто-то старше и мудрее, а Хиллари была одной из немногих таких людей, оставшихся у меня.