Чтение онлайн

Она-то знала его истинную, порочную натуру. Она знала, какой он наглый, самонадеянный, бессовестный… неджентльмен! Как бы она хотела вышвырнуть его из дома! Выгнать прочь! Этот наглец даже попытался пару раз заговорить с ней, но встречал равнодушный, холодный отпор.

Кейт сделала глубокий вдох и перевела взгляд на Алекс. Весть о том, что Амелия, младшая дочь графини, уехала к тете и не сможет присутствовать на ужине, ужасно огорчила Алекс. Она ждала встречи с подругой, с которой могла бы поделиться хорошей новостью: ее цикламен наконец-то зацвел розовыми лепестками. Но так как подобные вечера никогда ей не нравились, Алекс забилась в углу дивана и кивала только тогда, когда кто-нибудь обращался к ней, оставаясь такой же замкнутой и нелюдимой, какой стала после смерти родителей. Сердце Кейт болезненно сжалось, потому что она знала: не существовало никакого способа вырвать сестру из этой твердой скорлупы, в которой она укрывалась от всего мира.

Недалеко от нее сидела Виктория и тихо разговаривала с Сесилией, невесткой графини Ромней, с которой они были так же лучшими подругами. Они были примерно одного возраста, имели общие интересы и дружили почти с тех пор, как Сесилия вышла замуж за старшего сына графа Ромней. Вот только даже беседуя с ней, Тори не могла скрыть своего напряжения и еле заметной грусти, которая вновь встревожила Кейт. С Тори определенно что-то происходило. Но если в случае с Алекс Кейт понимала, что ничего не сможет поделать, она должна была найти способ, чтобы помочь хоть бы Тори.

Наконец, вошел дворецкий и сообщил, что ужин подан. Они двинулись в большую просторную столовую, отделанную в темно-золотистых теплых тонах. Кейт хотела было вздохнуть с облегчением, усаживаясь за одним из концов длинного стола, как старшая в семье, но к ее изумлению их “милого” гостя посадили слева от нее из-за изменения рассадки по причине отсутствия других приглашённых.

У нее упало сердце. За время долгого ужина ей придется выносить присутствие этого ужасного человека, который постоянно бросал на нее то задумчиво-мечтательный, то непристойно-насмешливый взгляды, от которых ее пробирала жаркая дрожь. Она догадывалась, что он вспоминает их “содержательную” встречу и пытается сделать все возможное, чтобы и она не забыла об этом. Будь он проклят!

Справа от нее сидела застенчивая и немногословная жена викария, с которой Кейт не могла завести даже самый безобидный разговор. Не было никакой возможности проигнорировать его присутствие, его глубокий голос, когда он с кем-то разговаривал.

– Мне нравится ваше поместье, - с улыбкой заметил Стоунхоп, обращаясь к ее дяде.

– Это поместье принадлежит нашему Габби, который заканчивает сейчас обучение в Итоне, - ответил дядя.
– Он виконт Клифтон и наследник всех этих земель.

– Однако насколько я успел заметить, поместье процветает.

– В этом нет мой заслуги, милорд, - совершенно искренне ответил дядя Кейт.
– Покойный виконт умел вести дела. Он положил хороший фундамент, и теперь все идет по проторенной дороге.

– Здесь очень красиво. Природа этих мест просто очаровывает.

– Вы приехали в самый благоприятный период, - вступила в разговор тетя Джулия.
– Летом здесь все расцветает и оживает.

– Вы никогда не бывали здесь?
– удивился граф Ромней.

– Я часто приглашала его погостить у нас, - ответила за него леди Кэвизел, с любовью глядя на племянника, - но он всегда говорил, что занят.

– Так занят, что не мог навестить дядю и тетю?

Вопрос задала Кейт, и никто кроме Стоунхопа не расслышал в ее голосе осуждающих ноток. Он понял, насколько святы для нее родственные узы. Виконт медленно повернулся к ней. Его глаза задумчиво сузились, от чего Кейт тут же вся напряглась.

– У меня много обязательств, мисс Кэтрин, - ответил он мягко, с особой интонацией произнося ее имя.
– И едва ли мои желания могут совпадать с моими возможностями.

– Как похвально, что вы сумели найти время в своем занятом графике и присутствовать на нашем ужине. Как говориться, лучше поздно, чем никогда.

И снова никто не расслышал в ее голосе едких нот. Кроме него. Его глаза вспыхнули вызовом.

– А я слышал, - в тон с ней заговорил Стоунхоп, - что случай определяет жизнь.

– А я слышала, что случай до добра не доводит!
– парировала Кейт и вдруг с ужасом замолчала, понимая, что теряет голову. Что она делает! На глазах у всех.

Но слава Богу никто не заметил напряжения, сквозившее между ними.

– Как обстоит дела на фронте?
– спросил дядя у графа Ромней.
– Есть новости от герцога Веллингтона?

Граф помрачнел. Улыбка сбежала с его строгого чеканного лица.

– Скоро он встретиться с Наполеоном. Думаю, дни императора сочтены. Движимый своими амбициями, он сбежал с Эльбы в надежде вернуть утраченное, но у него ничего не выйдет. Наши союзники во главе с фельдмаршалом Блюхером урезонят корсиканского выскочку. Они с Веллингтоном уже готовят план наступления.

– Обо всем этом писал ваш сын Себастьян?

За столом повисла такая тишина, что тиканье часов показалось колокольным звоном. Взгляд Кейт остановился на Виктории, и она изумилась, увидев, как побледнела сестра. Она сидела так прямо, будто проглотила палку. Дрожащие пальцы нервно сжимали бокал с вином. Не было больше сомнений в том, что Тори страдает. Снова. Кейт думала, что Тори удалось справиться со своими давними переживаниями, но ужасно заблуждалась! И встреча с Ромней еще больше усугубило ее страдания.

Второй и младший сын графа Себастьян и Тори подружились с первого дня, как семья Хадсонов переехала жить в Клифтон-холл. Себастьян всегда ходил за маленькой тогда Тори по пятам так же, как и она, прилипнув к нему как тень. Он всегда защищал ее от насмешек соседских мальчишек и всегда приносил ей самые красивые ракушки с пляжа. Однако когда они подросли, их теплой дружбе пришёл конец. Тори стала избегать его, нарочно не замечала его присутствия, даже бросала грубые шутки в его адрес, называя скучным за то, что тот хотел стать викарием и обзавестись собственным приходом.

Кейт ничем не могла объяснить поведение сестры. Какая муха ее укусила? Почему она стала относиться к бедному Себастьяну с такой нескрываемой враждебностью? Он все это мужественно терпел и продолжал навещать Тори, но вскоре уехал в Кембридж, а Тори отправилась в Лондон на свой первый сезон.

Всем стало казаться, что установился негласный мир, но какого же было их удивление, когда спустя два года после этого Себастьян купил офицерский патент и ушел в армию. Все были потрясены его поступком, ведь он собирался стать духовным служителем, викарием, а теперь он станет убивать на войне? Все боялись за его судьбу, но никто не смог остановить его, даже Тори, которая умоляла его остаться. И теперь пять лет он воевал на континенте, оборвав все связи.

Кейт не могла не понять, что эти двое любят друг друга, но они всегда делали то, что вызывало сомнение на этот счет. Они постоянно спорили, а иногда и причиняли друг другу невероятные страдания. Их взаимоотношения были не только странными, но и мучительными. Кейт так и не смогла узнать, что произошло между ними пять лет назад, однако то, что это до сих пор причиняло боль сестре, не вызывало сомнений. Поэтому намерение поговорить с ней усилилось во много раз.

– Себастьян не пишет нам вот уже два года, - тяжело дыша, проговорил граф.