Чтение онлайн

Близость с ней подействовала на него невероятным образом. Кроме того, первого, раза с Анни, он ни разу не испытывал таких ощущений. Многие из пережитых этой ночью ощущений были доселе неведомы ему. Словно в него вставили важную недостающую деталь, об отсутствии которой он и не подозревал. И для Харпера не было сомнений, что в тот момент они с Анни действительно были одним существом.

Но что будет завтра? Удастся ли ему навсегда избегнуть горечи и тяжелого гнета прошлого? Хочет ли он будущего с ней? Хочет ли она быть с ним?

Харпер с трудом сглотнул и уставился в потолок, запустив пальцы в ее мягкие густые волосы. По правде говоря, он и не знал, чего ему хочется, чего он ждет. Кроме того, он не знал, будут ли у них еще ночи впереди.

Была уже глубокая ночь, когда он подумал, что надо бы перенести Анни в ее кровать. Ему не хотелось отрываться от нее. Так здорово было чувствовать ее в своих объятиях – а ведь он и мечтать не смел об этом. Но ей вряд ли понравится, если Джейсон обнаружит утром, что она выходит из комнаты Харпера, – Джейсон совсем не готов к этому и может все неправильно понять.

Харпер осторожно вытащил руку из-под Анни. Во сне она крепче обняла его и пробормотала его имя.

У него болезненно сжалось горло. Анни ведь целых десять лет прожила с Майком, не смея даже упоминать о нем, Харпере, и все же во сне она позвала его по имени. Это растрогало его больше любых клятв в любви и верности.

Наконец Харпер вылез из постели и натянул джинсы. Если Джейсон случайно проснется, не хотелось бы, чтобы мальчик застал его раздетым.

Осторожно, стараясь не разбудить Анни, он откинул простыню и поднял ее на руки. Во сне Анни склонила голову к нему на плечо, словно доверчивый ребенок.

«О Господи, Анни, что мы натворили, я и ты? Будет ли нам от этого лучше или мы снова лишь сделали больно друг другу?»

Он отнес Анни по коридору в ее комнату, тихо притворив за собой дверь, и осторожно уложил в постель. Только он высвободил руки, как она обвила своими руками его шею, сонно застонав, и ему невероятно захотелось лечь рядом с ней и больше не выпускать из своих объятий.

– Ты снишься мне? – прошептала она.

– Если и так, – ответил он, улыбаясь про себя, – то нам снится один и тот же сон, детка.

Она придвинулась ближе к нему. Когда она снова заговорила, голос ее был тихим, хрипловатым и сонным.

– Как ты думаешь, может этот сон повториться?

Это был не вопрос, заданный земной женщиной, а зов сирены, и он не в силах был ему противостоять. Его сердце так и забилось при ощущении, что могучее первобытное желание обладать ею поднимается в нем при одном ее прикосновении.

– Ты уверена, что спишь?

– Конечно. – Она нежно перебирала волосы, одарив его обжигающим поцелуем.

Харпер немедленно подвинулся ближе к ней. И моментально воспламенился. То был не просто поцелуй женщины, которая всего несколько часов назад призналась в собственных чувствах. То был поцелуй женщины, которая прекрасно знала, что ей нужно.

– И не думала спать.

Харпер дрожащими руками стащил джинсы и скользнул в ее постель.

– Сон продолжается, детка.

Нагая плоть к нагой плоти – и ночь вспыхнула, разгоняя своим жаром зимний холод, сжигая все обиды прошлого, освещая путь к единству, полному невероятно сильных ощущений. В эту ночь Харпер и Анни заново узнавали друг друга.

Анни проснулась с рассветом и потянулась в поисках тепла и силы человека, который сделал ее счастливой ночью. Воспоминания, жаркие и чувственные, пробежали по телу. Она и не подозревала, что может так отвечать на страсть мужчины, как это происходило у них с Харпером в ту ночь, раз за разом. Она хотела коснуться его, поверить, что все это было наяву.

Ее пальцы еще не дотронулись до холодной простыни, а Анни уже поняла, что его здесь нет.

Пустота, холод и тяжесть сдавили ей сердце. Он ушел, пока она спала.

Потом пришел стыд. Что она ему позволила – что она позволила себе! Она покраснела до корней волос.

Злясь на себя за прошлую ночь, она содрогнулась – что теперь будет думать о ней Харпер! Одинокая, изголодавшаяся по любви вдова, которой никогда не было хорошо с мужем, и зачем только она сказала ему об этом? Как теперь она вообще сможет смотреть ему в лицо? Никогда в жизни она не была такой страстной. Это было великолепно, это было потрясающе – такое и во сне не приснится. Но как же ей, женщине, смотреть после этого в глаза мужчине, с которым она провела эту бурную незабываемую ночь?

Харпер слышал, как Анни ворочается у себя в комнате, и гадал, что у нее на уме. Он ждал, пока Анни и Джейсон умоются и спустятся вниз, – только после этого он выйдет из спальни. О чем она думает в эти секунды? О том, что было между ними?

Харпер не знал, что последует за этой ночью, – но он знал, что ему хотелось бы выяснить это.

Войдя в кухню, он понял, что если предоставить свободу решать Анни, сегодняшняя ночь не приведет ни к чему. Анни стояла у стола с тостером, поджидая, когда поджарится хлеб. Плечи ее были понуро опущены, движения скованы, она избегала его взгляда.

– Доброе утро, – приветствовал он ее. При этих простых будничных словах Анни залилась краской, глядя не то на пуговицу своей блузки, не то на тостер.

– Привет, – промямлила она. – Завтрак вот-вот будет готов.

Он постоял немного, думая, что она соизволит повернуться к нему, поглядеть на него, признает то, что было между ними. Но она этого не сделала.

– Анни!

Ее руки дрогнули, но она не подняла на него глаз.

Тут вбежал Джейсон, и Анни, как показалось Харперу, с облегчением расправила плечи.

– Привет, милый, – сказала она Джейсону.

– Привет, мам. Ты не забыла, что я сегодня после уроков иду к Заку смотреть щеночков?

– Не забыла, – улыбнулась Анни.

– А ты не забыла, что они уже большие и их можно забирать у мамы?

– Конечно, забыла, – Анни положила на тарелку четыре тоста с маслом. – Совсем такого не помню.

– В общем, они уже выросли. Папа Зака говорит, что если их не пристроить, то он не знает, что с ними делать. Я тебе говорил, что они просто прелесть?