Чтение онлайн

Лаборатории и производственные мастерские научно-исследовательских институтов, вузов получали оборонные задания наравне с промышленными предприятиями. В мастерских Университета, Педагогического института им Л. И. Герцена, Текстильного института изготовлялись запалы для гранат, в Институте точной механики и оптики был налажен выпуск прицелов для зенитных установок.

Крупнейшие ученые Ленинграда до последнею момента продолжали работать в блокированном городе. В октябре 1941 г. в Ленинграде трудилось 12 академиков и 15 членов-корреспондентов Академии паук СССР. Академики С. А. Жебелев и А. А. Ухтомский, несмотря на неоднократные предложения, отказались покинуть осажденный город; только после правительственного распоряжения эвакуировались академики И. И. Мещанинов и Л. А. Орбели; лишь в декабре 1941 г., на седьмое по счету предложение, согласился выехать из Ленинграда академик А. А. Банков. В постановлении Совета по эвакуации от 28 октября 1941 г. предусматривалась немедленная эвакуация из Ленинграда самолетами 200 наиболее видных представителей науки{202}.

Суровые условия блокады не нарушили полностью нормальный ритм жизни в городе-фронте. В сентябре - октябре 1941 г. студенты 40 вузов начали занятия. Вся деятельность высшей школы Ленинграда была направлена на решение тех задач, которые выдвинула война и оборона города. Ученые пересматривали и составляли заново учебные планы и программы курсов в соответствии с только что введенными сокращенными сроками обучения. Особое внимание обращалось на повышение качества знаний, предусматривалось обучение всех студентов и профессорско-преподавательскою состава военному делу, противохимической и противопожарной защите. Первостепенная роль отводилась тем курсам и дисциплинам, которые в условиях военного времени имели практическое значение. Оборонная тематика нашла свое выражение в дипломных работах студентов. Большинство студентов учебные занятия совмещали с работой на заводах и фабриках, в производственных мастерских, на строительстве оборонительных укреплений, в рабочих отрядах, госпиталях, командах МПВО и т. д. Во всех институтах учебные занятия были построены так, что позволяли чередовать оборонную и академическую работу. Преподаватели оказывали всемерную помощь студентам в их самостоятельной работе, широко практикуя систему месячных заданий, контрольных работ, консультаций, сдачи зачетов и экзаменов в течение всею учебного года.

Вследствие ухода тысячей юношей и девушек на фронт и на производство контингент студентов ленинградской высшей школы значительно сократился. В крупнейших вузах города (Университете, Политехническом, Горном и др.) число учащихся уменьшилось более чем в 2 раза по сравнению с довоенным временем. Тем не менее осенью 1941 г. ленинградские институты дали городу дополнительно сотни инженеров, технологов, врачей, учителей. Электротехнический институт им. В. И. Ульянова (Ленина) провел досрочный выпуск специалистов радио и телефона. Первый медицинский институт им. акад. И. П. Павлова подготовил более 500 врачей, в которых так нуждались госпитали и больницы осажденного города{203}.

Несмотря на суровую обстановку фронтового города, Ленинградский городской комитет партии и Городской Совет депутатов трудящихся приняли решение продолжать обучение детей. В конце октября 1941 г. 60 тыс. школьников I - VI классов приступили к учебным занятиям в бомбоубежищах школ и домохозяйств, а с 3 ноября в 103 школах Ленинграда за парты сели еще более 30 тыс. учащихся VII - X классов{204}.

В условиях осажденного Ленинграда необходимо было связать обучение с обороной города, научить учащихся преодолевать трудности и лишения, которые возникали на каждом шагу и росли с каждым днем. И ленинградская школа с честью справилась с этой трудной задачей. Занятия проходили в необычной обстановке. Нередко во время урока раздавался вой сирены, возвещавшей об очередной бомбежке или артобстреле. Ученики быстро и организованно спускались в бомбоубежище, где занятия продолжались. Учителя имели два плана уроков на день: один - для работы в нормальных условиях, другой - на случай артобстрела или бомбежки. Обучение проходило по сокращенному учебному плану, в который были включены только основные предметы. Каждый учитель стремился проводить занятия с учащимися как можно доступнее, интереснее, содержательнее. "К урокам готовлюсь по-новому, - писала осенью 1941 г. в своем дневнике учительница истории 239-й школы К. В. Ползикова-Рубец.
– Ничего лишнего, скупой ясный рассказ. Детям трудно готовить уроки дома; значит, нужно помочь им в классе. Не ведем никаких записей в тетрадях: это тяжело. Но рассказывать надо интересно. Ох, как это надо! У детей столько тяжелого на душе, столько тревог, что слушать тусклую речь не будут. И показать им, как тебе трудно, тоже нельзя"{205}.

Каждый ленинградец, оставшийся в блокированном городе, чувствовал себя бойцом, отдавал делу защиты города Ленина все силы. Ярким проявлением неразрывного единства всех защитников города-фронта стала военно-шефская работа.

Каждая фабрика, завод, учреждение, институт, школа Ленинграда шефствовали над какой-либо частью. Они собирали для бойцов подарки, направляли в подшефные части свои делегации. Осенью 1941 г. ленинградский комсомол послал на фронт более 200 комсомольско-молодежных делегаций, которые вручили бойцам свыше 30 тыс. индивидуальных подарков. По возвращении участники делегаций выполняли поручения солдат и офицеров, развозили письма, посылки, навещали родных. Комсомольская организация города оказала большую помощь в создании фронтовых библиотек.

Особенно оживилась шефская работа в связи с празднованием 24-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции. 4 и 5 ноября 1941 г. для встречи с бойцами и вручения им подарков от всех районов Ленинграда в воинские части фронта были направлены 52 рабочие делегации общей численностью 597 человек{206}. Делегаты взяли с собой на фронт подарки теплые вещи, белье, папиросы, книги и т. д., большинство из которых было изготовлено и собрано заботливыми руками ленинградских женщин. Встречи воинов фронта и флота с трудящимися Ленинграда, проходившие в теплой, сердечной обстановке, показывали единство армии и народа, непоколебимую уверенность в победе над врагом. Бойцы заверяли делегатов, что они добьются разгрома врага под Ленинградом и прорвут кольцо блокады. Рабочие со своей стороны обещали еще больше помогать фронту, выполнять и перевыполнять оборонные заказы.

Частыми гостями фронтовиков были работники искусств Ленинграда. Бригады артистов города-фронта безотказно выезжали на передний край обороны. Пробираясь в маскировочных халатах под артиллерийским огнем, под дождем и снегом, они на своих плечах несли театральное имущество, выступали в течение суток с двумя-тремя концертами. Веселой шуткой, острым словом, патриотической песней артисты поднимали настроение личного состава фронтовых частей, вдохновляли солдат и офицеров на подвиги. Напряженный труд во имя победы, создание нового патриотического репертуара меняли и самый облик советского актера, закаляли его волевые качества, общей борьбой и целью скреплялась дружба работников сцены с фронтовиками. В практике работы фронтовых артистических бригад нередки были случаи, когда артисты должны были прерывать выступления и оказывать помощь раненым бойцам.

Осенью 1941 г. в Ленинграде, как и во всей стране, началось замечательное патриотическое движение, в котором наиболее ярко проявилась преданность советских людей партии и правительству, - движение за создание народного фонда обороны. Трудящиеся Ленинграда отдавали в фонд обороны свои сбережения, отчисляли средства из заработной платы, жертвовали драгоценности, золотые и серебряные вещи и т. и. Только на воскресниках было заработано и передано в фонд обороны 2 512 258 руб.{207} Всего на 20 сентября 1941 г. ленинградцы внесли свыше 22 млн. руб. наличными деньгами и отчислениями от зарплаты{208}.

Огромная организационная, агитационно-массовая и пропагандистская работа, проводимая среди населения силами партийной и комсомольской организаций Ленинграда, была направлена на развертывание трудовой инициативы и патриотического движения.

Вопросы оказания всемерной помощи фронту и ход выполнения оборонных заказов обсуждались на бюро Областного и Городского комитетов партии, на пленумах райкомов партии, на партийных собраниях предприятий и учреждений. В сентябре 1941 г. в Смольном собрался партийный актив, определивший задачи партийной работы по организации обороны Ленинграда.

В это время лучшие представители ленинградских рабочих, инженеров, ученых, писателей, художников, артистов, врачей вступали в ряды Коммунистической партии. В октябре 1941 г. городская партийная организация пополнилась 811 новыми членами, и на 1 ноября 1941 г. она насчитывала 75 682 члена и кандидата в члены партии, из которых более 60% составляли рабочие{209}.

Содержание пропагандистской работы оставалось прежним - мобилизация всех сил на помощь фронту, на разгром ненавистного врага, но формы и методы пропаганды менялись в зависимости от обстановки как внутри города, так и за его пределами. В сентябре 1941 г., когда назревали уличные бои, проводились многочисленные массовые митинги. Так, 14 сентября 1941 г. Городской комитет комсомола провел общегородской митинг молодежи. В Таврическом дворце собралось свыше 2500 комсомольцев и комсомолок, которые от имени всей молодежи Ленинграда принесли священную клятву умереть, но не пропустить врага в город. Во время митинга начался артиллерийский обстрел, и на некоторое время митинг пришлось прервать, но затем он был снова продолжен. Речь писателя Вс. Вишневского, выступавшего на этом митинге, была размножена на граммофонных пластинках и разослана в воинские части.

Исключительно важным средством мобилизации политической и трудовой активности населения блокированного города стало радио. Оно связывало ленинградцев со всей страной, держало их в курсе основных событий, происходивших за кольцом блокады, служило одним из источников их выдержки, стойкости и энергии. Организованные из осажденного Ленинграда еженедельные радиопередачи Москва принимала и транслировала по всей стране. "Говорит Ленинград! Говорит город Ленина! Слушай нас, родная страна!" - эти слова раздавались в различных концах нашей Родины. Горе, страдание и ненависть к фашизму звучали в выступлениях матерей, потерявших своих сыновей; бойцов, лишившихся родных и близких; детей, оставшихся без родителей. Осенью 1941 г. состоялась радиоперекличка двух городов-героев - Ленинграда и Севастополя. Затаив дыхание, ленинградцы слушали по радио гневный голос О. Берггольц, Вс. Вишневского, В. Инбер, Н. Тихонова, А. Прокофьева, Д. Шостаковича и др. Выступая 16 сентября по радио, Д. Д. Шостакович рассказывал о своей работе над новой (Седьмой) симфонией. "Я сообщаю об этом, - говорил он, - для того, чтобы радиослушатели, которые слушают меня сейчас, знали, что жизнь нашего города идет нормально. Все мы несем сейчас свою боевую вахту"{210}.