Чтение онлайн

Пользуясь тем, что у меня появляется пара секунд, кидаю быстрый взгляд по сторонам и чувствую как сердце в который раз испуганно замирает.

Мои телохранители лежат в отдалении. Судя по их прерывистому дыханию, они еще живы, но сильно ранены. А вот из охраны Адриана на ногах остается один боец.

И сейчас он, опасно скалясь, медленно бредет ко мне.

Заметив поддержку, Барбара заходится злобным смехом.

— Все, чего ты добилась, лишь продлила себе страдания. Ну ничего, если тебе так нравится страдать, я подарю тебе еще больше боли и мучений!

Я нервно сглатываю и отступаю еще на несколько шагов назад. Одно дело Барбара, силы у нас с ней более-менее равны. Но совсем другое — обученный воин. Шансов, что я с ним справлюсь нет никаких.

Паника превращается в захлестывающий меня страх.

Не хочу, чтобы все так закончилось! Это несправедливо в первую очередь ко всем тем, кто помогал мне все это время благоустраивать и защищать эти земли! Это несправедливо по отношению к наемникам, которые в любой момент могли уйти, как это сделали те, кто защищал Топи до Змея. Но вместо этого, они так же решили сражаться до последнего. Отстаивать наше право на лучшее будущее.

Я снова кидаю полный боли взгляд на наемников. В этот момент в моей груди острее всего живет сожаление, что я не могу им ничем помочь.

Будь у меня сила исцелять, я бы мигом спасла их, но сейчас я не способна залечить даже собственный порез.

Сделав еще один шаг назад, мне в спину упирается бортик источника и я отрешенно понимаю, что это конец. Больше мне отступать некуда.

Я лихорадочно вцепляюсь в края чаши, не отводя твердого взгляда от охранника Адриана и от Барбары, которая пристраивается у него за спиной. Если она рассчитывает, что испугавшись, я упаду на колени, чтобы вымолить снисхождение... то пусть подавится.

Подобного она от меня точно не дождется!

Я гордо вскидываю голову, хоть меня трясет от ужаса. Все еще пытаюсь найти хоть какой-то выход, но все тщетно.

Вот только...

Когда охранник Адриана подходит ко мне вплотную, когда вскидывает руку, чтобы схватить меня, происходит нечто невероятное!

Источник вдруг вспыхивает ярким, ослепительным светом, будто в него вылили само солнце. Я рефлекторно зажмуриваюсь и закрываю лицо рукой, пытаясь защититься от этого сияния.

Вокруг раздается пронзительный гул, который буквально оглушает меня. Сквозь полуоткрытые веки я замечаю, как свет разливается волнами, окутывая все вокруг. Барбара кричит что-то нечленораздельное, а охранник, занеся руку, вдруг отступает на шаг, ослепленный этим невероятным сиянием.

Я судорожно цепляюсь за бортик источника, не понимая что происходит. Свет становится настолько ярким, что кажется, он разрезает пространство на части, выжигая тьму и прячась в каждом уголке моего сознания.

И вдруг — внезапная давящая тишина.

Словно все звуки разом перестали существовать.

Открыв глаза, чувствую себя в еще большем шоке, чем пару мгновений до этого. Вокруг меня возвышаются смутно знакомые стены, которые я видела будто совсем недавно. Они окутаны мягким светом, словно смазаны неряшливым росчерком кисти художника.

Меня окутывает пьянящая свежесть и запах лаванды, а воздух кажется тяжелым от незримого напряжения. Я медленно осматриваюсь, и то, что я вижу, заставляет меня затаить дыхание.

Я стою в величественном и древнем храме. Теперь я понимаю, что сены, которые показались мне знакомыми, я видела возле источника в разрушенном виде. Но здесь они как ни в чем не бывало возвышаются передо мной. Такие непреклонные, украшенные древними резными узорами.

Вдоль мраморных плит стоят ряды статуй, и все они женщины. Их лица, будто застывшие в вечности, смотрят на меня. Все женщины совершенно разного возраста — есть те, кому на вид всего лет десять-двенадцать, а есть и почтенного возраста бабушки.

Я задерживаю взгляд на одной из фигур — и меня пронзает замешательство.

Одна из статуй принадлежит… Селесте.

Я подхожу ближе к статуе Селесты и чувствую, как глаза наполняются слезами. Вскидываю в эмоциональном порыве руку и прикасаюсь к статуе. Мои пальцы скользят по гладкому мрамору, и я ощущаю странное тепло, которое будто бы переливается от статуи ко мне.

— Но как… откуда… — спрашиваю я, больше у себя, чем у кого-то, — А, самое главное, что это за место?

— Это храм хранительниц источника, — неожиданно раздается рядом знакомый голос.

Я резко разворачиваюсь и встречаюсь взглядом с Селестой.

Старушка улыбается и, слегка наклонив голову на бок, смотрит на меня печальными глазами.

— Ты видишь перед собой тех, кто веками защищал этот источник. Все они прошли через боль и испытания, чтобы сохранить его от тех, кто жаждет великой силы, но не понимает ее истинной цены.

— Селеста! — обрадованно восклицаю я, кидаясь к ней, — Я думала ты…

И только спустя долгое мгновение, понимаю, что ее фигура выглядит странно. Полупрозрачная, будто подсвеченная изнутри, искрящаяся золотом.

— Ты… — голос дрожит настолько, что я не могу сказать таких тяжелых для меня слов, — Ты ведь...

Селеста слабо улыбается, ее черты мягко расплываются в мерцающем сиянии.

— Это всего лишь дух, моя дорогая, — тихо отвечает она.

Голос Селесты отдается в ушах легким эхом, будто бы сама она где-то далеко.

Мое сердце сжимается от боли, и слезы невольно выступают на глазах. Передо мной та, кого я обещала защитить, и кого не смогла спасти. Чувство вины тяжело оседает в груди, наполняя ее невыносимой тяжестью.

— Я подвела тебя... — выдыхаю я, не в силах сдерживать слезы. — Прости меня, пожалуйста! Я пыталась... Я так старалась...

Селеста приближается, и ее светлый силуэт кажется еще более призрачным, но взгляд остается полным теплоты. Она протягивает ко мне руку, и я, почти инстинктивно, тянусь в ответ. Но ее ладонь проходит сквозь мою, оставляя лишь ощущение легкого, едва уловимого холода.

— Рано или поздно это должно было случиться, Диана, — мягко говорит она, и в ее голосе нет укора, только безмерное спокойствие. — Не кори себя за то, что произошло. Я прожила свою жизнь достойно и я очень благодарна судьбе за то, что встретилась с тобой. За то, что ты подарила мне свою искреннюю заботу и поддержку. Только благодаря тебе я, спустя столько лет, вспомнила какого это по-настоящему кем-то дорожить.