Чтение онлайн

Джуди опустила голову и ничего не сказала. Она поняла, что это была та черта, которую не следовало переступать.

Ей было грустно оттого, что его рука, такая теплая и ласковая, не лежит больше у нее на плече и не касается ее талии. Она сама была виновата в том, что он убрал руку, но от этого Джуди было еще хуже. Немного погодя она спросила, далеко ли идти до мечети.

— Мы возьмем такси, — коротко ответил Крис.

Они сели в такси и проехали немного. Наконец Джуди робко сказала:

— Прости меня, Крис.

Она совсем не собиралась демонстрировать свою покорность и говорить извиняющимся тоном, ибо это означало бы шаг назад в ее борьбе за равенство. Но ее охватила ужасная тоска, и Джуди была готова на все, чтобы разрушить ту стену, которая выросла между ними. Крис кинул быстрый взгляд на жену — она сидела опустив голову и не отрываясь смотрела на свои руки, лежащие на коленях. Вся ее фигура выражала сожаление, и сердце Криса смягчилось. На его смуглом красивом лице заиграла улыбка. Он похлопал Джуди по руке, и она почувствовала, как сразу поднялось ее настроение.

— Пожалуйста, не думай, что я капризная девчонка, — сказала Джуди. Она посмотрела на руку мужа, лежавшую на ее руке, и у нее появилось непреодолимое желание прижать ее к своей щеке.

— А я и так знаю, что ты совсем не капризная, — ответил он, и Джуди не поверила своим ушам. Впрочем, он произнес эти слова довольно холодно, и Джуди поняла, что он прекрасно знал, чего она добивалась, — ей хотелось настоять на своем.

«Да, — сказала она себе, — Крис прекрасно знает, чего я добиваюсь, и знал это с самого начала. Почему же тогда он подчинялся мне?» Его поведение было совершенно необъяснимым, и Джуди решила выбросить из головы эти мысли и переключиться на мечты о том, что она купит в магазинах Каира.

Огромная площадь, над которой в торжественной тишине возвышалась мечеть Ахмеда ибн-Тулуна, чем-то похожая на фонтан для омовения, внушала благоговейный трепет. Она была оазисом благопристойности и тишины среди городской суеты и безобразия. Но суета и безобразие не простирались дальше ворот, ведущих на эту площадь. Когда Джуди и Крис вошли туда и ворота за ними закрылись, Джуди показалось, что она перенеслась на много веков назад. Она очутилась в самом сердце мусульманского Каира, ее ноги ступали по земле, где когда-то, в древнейшие времена, кочевники разбивали свои палатки. Здесь они жили и умирали, свободные от оков цивилизации, которая пришла им на смену.

— Как здесь… спокойно, — прошептала Джуди, поскольку ей показалось кощунством говорить громко в этом священном месте.

Крис кивнул, не отрывая взгляда от минарета необычной формы.

— Что это за странные сооружения? — произнес он наконец. Он привык к стройным, элегантным минаретам турецких мечетей на Кипре, и приземистая башня, открывшаяся его взору, показалась ему уродливой.

Джуди посмотрела на минарет и в изумлении открыла рот.

— Неужели это минарет?

— Да, но почему-то он такой неуклюжий… Этот ибн-Тулун был, наверное, большим оригиналом.

— В этот момент в ворота въехал автобус, полный туристов, и Крис с Джуди обменялись возмущенными взглядами.

— Не обращай внимания, — успокоила Криса Джуди, — зато будет интересно послушать гида.

— Но мы же не заплатили за экскурсию, — начал было Крис, но Джуди перебила его:

— Ну и что? Мы будем держаться в стороне и делать вид, что ходим сами по себе.

— Я чувствую себя таким старым рядом с тобой, — сказал Крис, беря ее за руку и направляясь к толпе, окружившей гида.

— Старым? Почему это ты чувствуешь себя старым рядом со мной?

— Потому что ты такая юная и непосредственная… — Крис замолчал и рассмеялся, — очень непосредственная кое в чем, — добавил он, и румянец, заливший щеки Джуди, показал ему, что его намек достиг цели.

— Я сказала только, что мы должны узнать друг друга получше. — Выпалив эти слова, Джуди поняла, что лучше ей было помолчать. При взгляде, который кинул на нее муж, она покраснела до корней волос.

— Милая моя, — засмеялся Крис, — нашла время для того, чтобы обсуждать это! Пойдем, а то пропустим что-нибудь интересное.

Он назвал ее милой… Но это конечно же ничего не значит, мужчины часто называют так совершенно посторонних женщин. Крис не вкладывал в это слово никакого особенного смысла, да и с чего бы?

Гид, круглый человечек со смуглой кожей, был одет в белую национальную одежду без единого пятнышка, а на голове его красовался тюрбан. Когда они входили в мечеть, Джуди оказалась рядом с гидом и почувствовала, что от его одежды исходит запах свежести, как от выстиранного белья. Она подумала, что всякий раз, когда она услышит этот запах, она будет вспоминать Али-Бабу. Ибо гид сам попросил, чтобы его называли этим именем, хотя его подопечные рассмеялись, не веря, что его так зовут. Однако он уверил их, что его имя действительно Али-Баба, причем лицо его сохраняло серьезное выражение, а глаза смотрели прямо и не бегали. Так никто и не понял, вправду ли он был Али-Бабой или просто решил пошутить. Впрочем, очень скоро Али-Баба, как все гиды в этом мире, своим дружелюбием и общительностью сумел создать веселое и беспечное настроение у своих слушателей, и все стали дружно смеяться его шуткам и веселым рассказам о случаях из его богатой практики.

Али-Баба рассказал, что минарет такой странной формы был построен благодаря тому, что придворные однажды застали ибн-Тулуна за необычным занятием — он складывал из листа бумаги разные фигуры. А ибн-Тулун был знаменит тем, что терпеть не мог бездельников. Устыдившись, что его самого застали за таким неподобающим занятием, ибн-Тулун, однако, быстро нашелся и сказал, что нашел форму для нового минарета. В это время мечеть только сооружалась, и минарет при ней был построен согласно повелению великого государя. Это сооружение из известняковых плит действительно получилось очень необычным на вид, ибо основание его было квадратным, а верхняя часть — круглой. Впрочем, вряд ли вся эта история была правдой, поскольку минарет был возведен не в IX веке, когда была сооружена мечеть, а гораздо раньше.

Внутри мечети, как и во всех мусульманских храмах, было прохладно и царила та атмосфера покоя, которая способствует возвышенным размышлениям. Али-Баба уселся на один из красивых ковров, устилавших пол, а слушатели устроились вокруг него. Все сели, как и Али-Баба, на ковры, скрестив ноги по-турецки, и принялись с жадностью слушать рассказы гида.

Али-Баба рассказал историю мечети, и его слушатели узнали о том, как ибн-Тулун прибыл в Египет из великого города Самарра, что в Ираке, и построил новый город с огромной мечетью и дворцом для себя и конечно же с ипподромом для скачек, поскольку все тюрки и арабы обожают лошадей.

Выйдя из прохладного полумрака храма, все надели свою обувь и разбрелись по площади, фотографируя мечеть. Наконец Али-Баба вежливо напомнил, что пора идти. До этого Крис отвел его в сторону и предложил деньги, сказав, что он и его жена присоединились к его экскурсии уже здесь, но Али-Баба и слышать не хотел о плате.

— Я ведь знаю, что вы живете в «Семирамиде», — сказал он, как будто этого было достаточно, чтобы он согласился работать на них бесплатно.

— Да, но какое это имеет значение? — спросил Крис, глядя на Али-Бабу с удивлением. — И как вы узнали, что мы живем там?