Непоседливая ученица "Ледяной Императрицы" Часть 2
Шрифт:
Мамору сверлил влюбленных взглядом, опираясь на эмоции дочери. Но стала бы она приводить этого мужчину в дом, если бы не любила? Ему было сложно смириться с тем, что он буквально передавал своё чадо в другие, крепкие, и он очень надеялся, что надежные руки.
Но… Этот мужчина не казался ему плохим человеком. По крайней мере, выпили они тогда хорошо.
Встав из-за стола, он направился в сторону Рэя и грубым голосом сказал:
– Встань.
Рэй выполнил требование и упрямым взглядом уставился в лицо мужчины напротив. Тот ухмыльнулся, оценив настойчивость в чужих глазах.
– Я же уже говорил. Ты нам теперь родной. Так что мой ответ очевиден.
Он по-отцовски положил руку ему на плечо и слегка сжал.
В реальности Рэй лишь лениво кивнул, но на деле внутри он, ликуя, поднял победоносный кулак.
***
Как Рэй и обещал, он не стал грузить родителей Асами и уж тем более её саму своим присутствием. Сначала он даже хотел ночевать под звездным небом, вспоминая прошлые деньки и тот самым момент близости с Асами, но ему не позволили уйти, сдерживая чуть ли не в три пары руки. Правда, нахлебничал он в самом деле недолго. Уже на следующий день Рэй являлся официально рабочим человеком. Он, конечно, не ожидал, что ему будут отказывать в работе, но, видя его богоподобный лик, люди готовы были взять Рэя кем угодно. Так что он брал на свои плечи ещё и небольшие подработки.
Как только вопрос с финансами был закрыт, мужчина стал осваивать строительство и возводить дом по соседству с родителями Асами. Раз он обещал сделать всё для её счастья и благополучия, значит, Рэй возложит себя на могилу, но сделает это. Асами, в свою очередь, всячески подбадривала Рэя, помогала отцу и занималась хозяйством. Работы и забот у неё было не меньше. Но каждый день они ложась в одну постель предавались мечтам о дальнейшей жизни. Правда, каждый из них все равно осознавал, что их мечта, их заветное желание просто быть вместе, просто быть рядом друг с другом уже сбылось. И кроме двух тел, сплетенных вместе и бьющихся в унисон сердец, им больше не требовалось ничего.