Чтение онлайн

– Брешешь, - сказал я с недоверием.
– Как-то уж слишком смахивает на легенду.

– Когда у тебя эта легенда на бреющем над головой пролетит, тогда и поговорим!
– рассердился гном.
– Нашёлся скептик. Не ты ли недавно из мёртвых воскрес?

– Уел, - согласился я.
– Я так понимаю, копатели охотятся за его пеплом?

– Есть отчаянные, которые охотятся, да.

– А зачем он нужен?
– вклинилась Лина.

– Ходят байки, что пепел феникса даёт бессмертие, - пояснил я.
– Знающие люди платят за горстку баснословные суммы. Почти уверен, что на поверку их покупки оказываются обычной золой, набранной из ближайшего кострища. Во всяком случае, я не слыхал про случаи обретения бессмертия.

– И я не слыхал, - кивнул Кир.
– Всё, хватит болтать! Теряем время и припасы.

Мы миновали коридор и остановились перед входом в зал. На первый взгляд кроме цвета стен - ярко-оранжевого - он ничем не отличался от десятков других. Но мне он сразу не понравился. Просторная комната, пустая, как кошель нищего. На стенах крепились солнечные кристаллы, но их свет был какой-то тусклый и даже мертвенный. Настораживало так же то, что я не чувствовал никакой особой магии, хотя Кир утверждал, что она там есть. И ни одного следа глубинных тварей.

– Отчаяние, - прочитал я надпись над дверью.

– Что? Ты о чём?
– обернулся Кир.

– Здесь написано - отчаяние, - я ткнул пальцем в табличку.

И только после того, как сказал это, понял.

Эти символы я уже видел. С внутренней стороны Врат, разумеется. А ещё - в древнем храме, который облюбовал треклятый некрот.

Они немного отличались: у символов в храме были ярче выражены хвостики и округлости, а здешние знаки, напротив, имели больше прямых линий и углов. Но расположение этих самых линий повторялось точь-в-точь. Как два разных почерка, а язык один и тот же.

Вопрос заключался в том, как такое вообще могло получиться. Те, кто жил на поверхности, просто не могли жить и на Глубинах тоже. Хотя бы потому, что Врата, как и весь Базальт, до определённого времени скрывались под толщей камня. Да и архитектура на Глубинах совсем не напоминала то, что я видел в храме. Так как же так вышло? Неужели существовал ещё какой-то способ попасть с Глубин на поверхность?

Я был настолько ошеломлён своим открытием, что услышал фразу Кира только с середины:

– ... здесь ничего не могу посоветовать. Справитесь вы или нет - дело вашего жизнелюбия, я никак не смогу помочь. Эн! Доставай верёвку, чего стоишь-то?

– Зачем?
– спросил я, не подумав.

Надо было просто подчиниться.

– Что, слишком длинный?
– бросил Кир раздражённо.
– Слова на такую высоту не долетают, да?

Он подошёл ко мне вплотную и гаркнул во весь голос, словно пытался докричаться до глухого:

– Нам надо обвязаться верёвкой! Чтобы если кто-то один пройдёт, то вытащит остальных! Понимаешь меня?!

– Не мог не повыпендриваться, - буркнул я, доставая моток из мешка.
– Подумаешь, прослушал.

– Не время сейчас в облаках летать, - отрезал гном.
– Если кто забыл, напоминаю, что через эти чёртовы Залы никто не проходил. На удачу полагаться не стоит. Соберитесь!

Копатель обмотался серединой верёвки, а нам с Линой достались её концы.

– Магия здесь действует?
– спросил я, затягивая узел у себя на поясе.

– Понятия не имею. Но от наших амулетов никакого толку. Второй и третий раз я ими обвешивался с ног до головы, но не помогло.

– А сколько всего раз ты через него проходил?

– Четыре. Из четырёх.

– Но раз мы привязываемся друг к другу, кто-то, видимо, не прошёл. Так?

Гном посмотрел на меня с неприязнью и вздохнул.

– Да. Один копатель просто умер. Он упал, едва переступив порог, так что мы не стали его вытаскивать, а на обратном пути тело исчезло. С тех пор я всегда велю обвязываться верёвкой.

– Погоди, что значит «просто умер»?
– насторожилась Лина.

– Да не бойтесь вы, - махнул рукой Кир.
– Это случилось только один раз. По сравнению с другими Залами этот вполне безопасный.

«Вполне безопасный» - удивительно, насколько это растяжимое понятие. Я бы скорее сказал, что вполне безопасно сунуть руку в пасть голодной химеры, чем войти в зал, в котором запросто можно умереть. Без малейшей причины.

– Главное - без паники, - сказал Кир.
– Держитесь рядом или просто ждите, пока я вас не вытяну. Готовы? Ну, пошли.

Мы дружно шагнули в зал и остановились. Кир словно к чему-то прислушивался. Мы за ним повторяли. Ничего не происходило.

Пожав плечами, гном пошагал вперёд, и тогда началось.

Стены с потолком поплыли, размазались и растворились в темноте. Свет погас, за исключением слабого свечения щелей между плит на полу. Мы оказались на плоской равнине, бесконечно простирающейся во все стороны. Исчезли направления, пространство схлопнулось до двух плоскостей - чёрного верха и бледно-оранжевого низа. В ушах зазвенела тишина.

– Что-то новенькое, - просипел Кир и вдруг захрипел.

Я рванулся к нему, но не успел: гном повалился на пол, точно подкошенный. Мы, не зная, что делать, склонились над ним; из горла копателя вырывались жуткие, неестественные звуки, а руками он всё время хватался за шею, словно пытаясь скинуть с себя невидимую удавку.

– Эй, что? Что происходит?
– мой голос звучал почти жалобно.

Гном не мог выдавить из себя ни слова. Его ноги сучили по полу, а выкаченные от ужаса глаза постепенно наливались кровью. Я решил, что его душит чья-то магия и попытался прощупать Эфир, но тут же отпрянул - его не было! Энергетическое пространство свернулось точно так же, как и обычное, и это само по себе выглядело невероятно. Уж скорее солнце исчезло бы с неба, чем пропал Эфир!

– Что мне сделать?!
– крикнул я срывающимся голосом.

Глаза Кира закатились. Он уже не хрипел, а движения становились всё слабее и слабее.

Залепив ему звонкую пощёчину, я заорал:

– Что сделать, говори!

Гном ещё какое-то время подёргался и замер. Я искал на его шее бьющуюся жилку, но не находил. Лина трясла обмякшую руку копателя, как помешанная. Поняв, что Кир не дышит, я несколько раз ударил по его груди, надеясь разбудить остановившееся сердце.

Безрезультатно. Гном умер точно так, как говорил, что не умрёт. Быстро и без причины.

Я в бессилии схватился за голову. Где мы оказались? Что это за место такое, где нет даже Эфира? Как теперь выбираться отсюда? Нас выдернуло из Глубин и переместило в место, где нет ни неба, ни звёзд, одна лишь бесконечная пустыня. Единственный, кто мог хоть что-то обо всём этом знать, погиб, прихватив с собой надежду на спасение.

– Что нам теперь делать, Эн?
– голос Лины был спокоен, как штиль перед бурей.
– Куда идти?

Я не знал. Всё, о чём я мог думать - что это конец. Путь окончен. Кир лежал и потрясённо смотрел в пустоту - словно не ожидал такого исхода, а я... я ожидал. Где-то глубоко внутри меня всегда жило предчувствие, что рано или поздно так всё и кончится. Глупо и по большому счёту бессмысленно. И всё, что я делал в своей жизни - это бежал к её концу сломя голову.