Непримиримая одержимость
Шрифт:
Почему только Амели попросили остаться?
Все стояли спиной ко мне, лицом к столу профессора Максвелла. Его самого я не видела, но слышала его холодный голос.
— Я был в твоём общежитии. Никто не знает, куда она делась. Когда ты видела её в последний раз?
— На вечеринке, — ответила Амели.
— Почему ты не проверила, где она, когда она не вернулась домой? Ты же её соседка по комнате.
— Но, профессор Максвелл, мы не должны были видеться в эти выходные. Я уезжала к парню и вернулась только сегодня утром.
— Позвони ей.
— Её телефон выключен.
— Все равно попробуй.
Они ищут меня.
Забота профессора Максвелла тронула меня. Я должна была объявить о себе, но среди всей этой напряженной обстановки мне трудно было найти голос.
Глубоко вдохнув, я сделала упражнение на счет, которому меня научила терапевт, и толкнула дверь. Та тихо скрипнула, и все обернулись.
Глаза Майлза расширились от изумления.
— Роза! Где ты была? Мы звонили тебе все выходные.
Так вот что означали все эти звонки с неизвестных номеров. Я никогда не обменивалась контактами ни с одним из ассистентов.
Профессор Максвелл вскочил с места, услышав моё имя. Его кресло с грохотом отъехало, и все отступили в сторону, чтобы он мог меня видеть. Выражение его лица сменилось с облегчения при виде меня на гнев.
— Какого черта, Роза?
Я стояла в дверях и смотрела на него, пока сердце так громко стучало, что отдавалось в ушах. Я хотела спросить: Что происходит? или Почему Вы заставили всех меня искать? — но паника сдавила горло. Несмотря на снисхождение, которое он мне оказывал, я всё равно теряла голос, когда он был таким напряженным.
— Почему ты не отвечала на мои звонки? — заорал профессор. Тот огромный контроль, который он обычно проявлял, чтобы не кричать при мне, исчез.
Ладони вспотели от беспокойства. Я понятия не имела, в чем провинилась, но у меня было чувство, что сейчас узнаю. Я заблокировала его номер только потому, что не узнала его, как поступила со всеми остальными звонками. Мы никогда не общались вне занятий или в выходные. Откуда у него вообще мой номер – из регистрационных записей университета?
Шелби изо всех сил старалась сохранять невозмутимость, но я видела, что она получает огромное удовольствие от моей публичной взбучки. Она была недовольна тем, что профессор Максвелл интересовался моими успехами, и давно искала повод меня принизить. Наконец-то я влипла, и девушка была на седьмом небе. Она пыталась не улыбаться, но безуспешно.
Профессор Максвелл бросил быстрый взгляд на Майлза, и тот в ответ едва заметно кивнул. Эта немая договоренность побудила Майлза заговорить:
— Ладно, народ, возвращаемся к работе.
Все на секунду застыли от резкой смены тона. Когда никто не двинулся, он постучал по столу, чтобы привлечь внимание:
— Живее. Все – из кабинета профессора Максвелла. Сейчас же.
Что вообще происходит?
По комнате прокатился недоуменное ворчание, пока всех без церемоний выталкивали наружу.
Я тоже отступила, но профессор Максвелл смерил меня тяжелым взглядом.
— Не ты, Роза.
Я застыла. Похоже, Майлз знал, что профессор хочет поговорить со мной наедине, и просто выполнял приказ, выпроваживая остальных. Но что я такого сделала?
У меня редко возникали проблемы с преподавателями, а теперь оказалась в немилости у самого любимого. Он взял меня под своё крыло, предоставил возможности, о которых я не могла и мечтать, и именно благодаря ему у меня было будущее в этой сфере. С его появлением всё в моей жизни стало лучше, и я невероятно им восхищалась. Что же я могла сделать, чтобы вызвать такой гнев? Я трижды перепроверяла свою работу и не оставляла ничего на волю случая, чтобы не разочаровать человека, которого хотела впечатлить больше всего.
Может, я неправильно подписала что-то?
Не в той последовательности расставила пробирки?
Сделала неверный заказ?
Никто даже не посмотрел в мою сторону – только Шелби бросила самодовольный взгляд, – пока все выходили из кабинета.
Амели подошла ко мне сбоку, пропустив остальных вперед.
— Эй, где ты пропадала? — прошептала она мне на ухо.
— Я была у Поппи все выходные. Что вообще происходит?
— Я правда без понятия. Он взбесился сегодня утром, когда зашел в класс и не увидел тебя. Сказал всем, что занятие отменяется, но попросил меня остаться. Оказывается, он все выходные пытался с тобой связаться и даже заставлял ассистентов звонить тебе.
— Что настолько срочного?
— Не знаю. Ты кого-то убила?
Я сделала вид, что задумалась.
— Вроде нет, — ответила ей, пытаясь разрядить обстановку и избавиться от нарастающей тревоги.
Она пожала плечами и выскользнула вместе с другими.
Я оглядела пустую комнату, и паника вспыхнула во мне.
Профессор Максвелл скрестил руки на груди, испепеляя меня взглядом.
— Закрой дверь, — приказал он.
Мне хотелось спросить: «Я что-то сделала не так?» – но я не смогла. Его гнев парализовал меня. Потребовалось несколько долгих секунд, чтобы я наконец дошла до двери. Руки дрожали, когда я повернула ручку.
Не успела дверь закрыться, как моё лицо оказалось прижатым к ней. Я даже не заметила, когда он отошёл от стола и навалился на меня всем телом.
Я вскрикнула.
— Не хочу, блядь, ничего слышать, — рявкнул профессор Максвелл. — Я еле сдерживаюсь. Не испытывай меня прямо сейчас.
Что за…
— Думала, если сбежишь, то не придется снова сталкиваться со мной?
Он говорил о вечеринке для студентов и преподавателей? Там были сотни людей, и совершенно нормально, что мы могли не пересечься.
Он развернул меня и схватил за предплечье. На лице профессора Максвелла застыло зловещее выражение, кожа покраснела от ярости.
— Я рискую своей карьерой ради тебя, а ты относишься к этому как к игре.
Он стоял так близко, что я могла уловить амбровый аромат его кожи. Я попыталась создать некоторое пространство между нами и толкнула его в грудь. Сердце заколотилось, когда он схватил мои пальцы и прожег меня взглядом из-под нахмуренных бровей.
Я не знала, что делать. В панике я попыталась сделать осторожный шаг от него. Снова он остановил меня. Когда я в третий раз попыталась вырваться, профессор Максвелл окончательно взорвался. Он прижал меня к двери и накрыл мои губы жестким поцелуем.