Непристойно богатые вампиры. Второй обряд
Шрифт:
– Мне хорошо, когда я играю.
– Он выгнул бровь, словно знал, что это лишь небольшая часть правды. Это не было ложью. Мне действительно нравилось. Но Джулиан знал, что это не все. Я видела это по его лицу.
– Ладно. Я никогда не слышу твоих мыслей, когда играю. Музыка заглушает их. Ты уверен, что я единственная, кто читает мысли?
– Ты ужасная лгунья, котёнок, - сказал он с мрачной ухмылкой.
– Это точно.
Ты меня слышишь? Его голос доносился до моего сознания.
– Да, - вздохнула я, убирая виолончель. Я опустила ее в футляр, я смахнула волосы, прилипшие к влажному лбу.
Мне нравится, когда ты потная. Это напоминает мне о том, какой горячей и возбужденной ты становишься, когда я ласкаю тебя своим ртом.
Я сглотнула, притворяясь, что не слышу его. Если бы не это, он бы продолжил грязные разговоры.
Игнорируешь меня? Это грубо, а я собирался вознаградить тебя за все твои старания.
Я подняла голову и усмехнулась.
– Серьезно?
Да. Он придвинулся ближе и протянул руку.
– Но для начала у меня есть новости.
– О Париже?
– Я нахмурилась. Казалось, каждый день в нашу жизнь просачивались какие-то плохие новости. Я подозревала, что есть и другие, которыми он со мной не делится. Когда я спросила его об этом, он просто ответил, что мне и так есть о чем беспокоиться.
– Ничего не слышно. У властей нет никаких зацепок. Записи с камер наблюдения были удалены.
– Он почти не выглядел расстроенным из-за этого. Единственное, что его печалило, - это убийство Хьюза. Это была единственная причина, по которой он вообще занялся этим делом.
– Это просто дом.
– Тебе легко говорить, - ответила я ему.
– В этом доме остались мои любимые джинсы.
– Шутка помогла мне ослабить узел, который образовался, как только я подумала об этом. Я не могла избавиться от ощущения, что пожар был посланием, предназначенным для нас обоих.
– Я наделаю дырок в этих позже, - пообещал он, разглядывая мою одежду.
– Селия скоро зайдет. Она пошла за покупками.
– Я сама могла бы это сделать.
– В отличие от него, я не выросла в окружении слуг, которые должны были удовлетворять все мои прихоти и потребности. Но все равно было странно, что кто-то выполняет поручения для меня.
– Но тебе не следует, - сказал он.
Я бросила на него взгляд. Он уже слишком хорошо меня знал.
– И Селия не возражала. Она поговорила с Жаклин, так что все должно подойти.
Это было похоже на то, что две вампирские крестные феи постоянно используют свою магию, чтобы превратить меня из обычного человека в смертную супругу бога. Мне было интересно, станет ли все это когда-нибудь менее странным.
Не станет.
Я удивленно подняла на него глаза.
– Ты меня слышишь?
– Нет, - извинился он.
– Просто твои мысли написаны на твоем лице, любовь моя.
– Конечно, так и есть, - проворчала я. Я обошла его и подошла к холодильнику. Он был забит всеми видами еды, которые только можно себе представить.
– Что это такое?
– Я не хотел, чтобы ты проголодалась, - сказал он, двигаясь за мной. Он обнял меня за талию.
– Я ничего не забыл?
– Кухонный склад?
– Я рассмеялась, рассматривая набитые полки.
– Здесь хватит еды на целую армию, Джулиан.
– Тебе нужны силы, - твердо сказал он.
Мне не нужно было слышать его мысли, чтобы понять, о чем он промолчал. Я повернулась и обняла его за шею.
– Спасибо.
– Я приподнялась на цыпочки и едва смогла поцеловать его.
– Но я скажу тебе, если почувствую слабость.
– И все же нам стоит сбавить темп.
По его словам, ему не нужно было питаться так часто, как он это делал с тех пор, как мы договорились, что я буду служить ему основным источником крови. Но это не останавливало ни одного из нас. Я хотела, чтобы его клыки были внутри меня. Я умоляла о них, и он с радостью подчинялся в пылу момента. А после? Это была уже другая история.
– Я попрошу тебя остановиться, - тихо напомнила я ему. Я постоянно напоминала ему, что это часть нашего договора.
Но на этот раз это не успокоило его.
– Мне становится все труднее, - признался он, - остановиться…
Я сдержалась и не ответила, зная, что это ни к чему хорошему не приведет. Каковы бы ни были причины Джулиана, по которым он отказывался скрепить нашу связь, он держал их под замком, чтобы я не могла услышать их даже в его голове. Неважно, что я была согласна подчиниться ему. Он не желал сдаваться, и я устала давить на него. Через три месяца я потребую, чтобы он сдержал свое слово. Хотелось бы только знать, почему он так упорно хочет продержаться до этого времени.
– Есть новости от Ласситера, - сказал он, и во мне поднялась новая волна паники.
– Да?
– Я обернулась, внезапно почувствовав благодарность за то, что он заполнил мороженым всю морозилку. Я схватила пинту шоколадного с арахисовым маслом и открутила крышку. Ложка мгновенно оказалась у него на ладони.
– Они могут втиснуть тебя в среду.
Я чуть не выронила ложку.
– Это же через два дня.
– Это лучшее, что я мог сделать. Мне следовало предложить еще один миллион.
– Миллион?
– вскричала я.
– Пожалуйста, скажи мне, что ты не подкупил их, чтобы они позволили мне закончить школу.
– Я подкупил их, чтобы они позволили тебе сдать экзамены. Ты должна их сдать, котёнок.
– Он отмахнулся от моего беспокойства бледной рукой.
– Им нужны были деньги на новый студенческий театр. Они так благодарны, что хотят, чтобы я дал ему имя.
– Театр Руссо?
– сухо сказала я, наконец-то засунув ложку мороженого в рот.
Попробуй еще раз.
Я чуть не подавилась.
– Ты этого не сделал.
Он пожал плечами.
– Ты выходишь замуж за деньги. Привыкай к этому.
– Выхожу замуж, да?
– Я изо всех сил старалась скрыть головокружение, которое чувствовала.
– Я не помню, чтобы мне делали предложение.
– Я сделал предложение. Ты потребовала романтики, - напомнил он мне.
– Я потребовала усилий, - фыркнула я.
– Так что я ни за кого не выхожу замуж.
Это мы еще посмотрим.