Чтение онлайн

Отсюда огонь быстро распространился повсюду, пока весь дом не оказался в его объятиях. Новая краска не могла спасти старые французские кости. Я не торопилась, когда покидала дом, наслаждаясь нарастающим жаром. Но я не останавливалась, чтобы полюбоваться своей работой, пока не перешагнула через тело Хьюза. Я знала, как уничтожить вампира: поразить в сердце и сжечь тело. Признаться, я действовала несколько отстраненно. Но теперь, когда я знала, где находится его драгоценная смертная, я вычеркну ее из его жизни - после того как узнаю, какие тайны скрываются в ее крови. Может быть, тогда он наконец откроет глаза. Пока же я оставила горящий дом, все и всех в нем - как послание брату и нашей непристойно богатой семье.

Но я забрала Ренуара.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Тея

Врачи не могли этого объяснить. Минуту назад моя мать была в коме, а в следующую очнулась. Я вошла после неудачного гадания по ладони и увидела, что она сидит как ни в чем не бывало. Я не знала, смеяться мне или плакать, поэтому повторяла и то, и другое, пока они проводили десятки тестов.

– Не могу поверить, что меня здесь не было, - пробормотала я, обнимая ее на кровати.

Мама улыбнулась, несмотря на то что была похожа на подушечку для булавок в образе человека.

– Теперь ты здесь. Это все, что имеет значение.
– Она сделала паузу и глубоко вздохнула.
– Полагаю, тебе все же придется уйти.

От ее слов у меня защемило сердце, и я заставила себя покачать головой.

– Нет. Здесь мое место, и здесь я останусь.

– Значит, ничего не вышло?
– спросила она.
– Таинственная работа, на которую ты устроилась?

Я избегала этого разговора с тех пор, как она очнулась, но понимала, что не смогу долго откладывать его. Мы почти не разговаривали, пока меня не было. Она была в ярости от моего решения взять академический отпуск. В основном потому, что я была так близка к окончанию учебы. В то время я делала все возможное, чтобы она не узнала, почему я бросаю все и уезжаю в Париж. Мы всегда были близки, но она все еще была моей мамой. Что я должна была ей сказать? Что я влюбилась в вампира?

– Думаю, я просто хотела сделать что-то безрассудное, - призналась я ей, повесив голову.
– Это было глупо.

– Может быть, - мягко сказала она, - но, дорогая девочка, ты никогда не делала ничего безрассудного. Возможно, пришло время.

Я подняла на нее глаза. Это был не тот ответ, которого я ожидала.

– Подожди. Теперь ты смирилась с этим?

– Осознание своей смертности заставляет взглянуть на вещи в перспективе.
– Она притянула меня ближе к себе, обняв свободной рукой. Другая была прикреплена к слишком большому количеству проводов и трубок, чтобы ей можно было двигать.
– Я не хочу, чтобы ты всю жизнь провела, обслуживая столики и пытаясь выжить. Я рада, что ты попробовала. Она посмотрела на меня.
– А ты?

У меня в горле образовался комок. Весь последний месяц я корила себя за решение уехать. Это было легче, чем принять правду.

Джулиан причинил мне боль. Он разбил мне сердце. Я бросила все, чтобы последовать за ним в какое-то безумное кругосветное путешествие, которое закончилось, так и не начавшись. Я должна ненавидеть его. Я должна чувствовать себя идиоткой. Отчасти так и было. Но если бы кто-то предложил мне ключи от машины времени прямо сейчас, я бы не изменила ни одной минуты.

Воспоминания вызывали мурашки, когда я просто думала о нем. Иногда я готова была поклясться, что до сих пор чувствую его руку, прижатую к моей. Я сжимала ладонь в кулак, проводила кончиками пальцев по обнаженной коже, и вспоминала нежную боль, которая охватила меня в тот момент, когда он взял мою руку. В ту ночь он оставил мне девственность, а вместо нее похитил мое сердце.

– Понятно, - тихо сказала мама, когда я промолчала.
– Значит, эта работа была…

– Сложной.
– Мой голос надломился на этом слове, выдавая мою боль.
– Она была очень сложной.

– Тея, ты…

Прежде чем она успела закончить свой вопрос, в комнату вошел доктор Ривз.

– Как поживает мое любимое чудо сегодня утром?

Мама покраснела и села чуть прямее, задвинув подушку за спину. Видимо, не только Оливия положила глаз на красавчика-доктора. Я не понимала, что в нем так возбуждает их обеих. Впрочем, в моем текущем эмоциональном состоянии по мне нельзя было судить.

– Замечательно, - промурлыкала мама, - но когда я смогу вернуться домой?

– Уже готова покинуть меня?
– Доктор Ривз вошел внутрь и прислонился к дверному косяку. Он засунул ручку в карман своего халата и улыбнулся.

– Конечно, нет, - сказала она, - но я бы хотела сменить эту одежду.

– Мы ждем результатов компьютерной томографии. Как только мы их получим, ты станешь свободной женщиной.
– Ривз взглянул на меня.
– Больше никаких цветов по воскресеньям, я полагаю.

Я закатила глаза. Я уже несколько недель была свидетелем непрекращающегося флирта между ним и моей соседкой.

– Я дам тебе ее номер.

– О, это не… - сказал он, слегка запаниковав.

– Доверьтесь мне. Это нормально. Но сначала я спрошу.

Я достала свой телефон, чтобы написать Оливии, и мое сердце оборвалось. У меня был пропущенный звонок с французского номера. Прежде чем я успела извиниться, чтобы прослушать голосовую почту, в дверь постучала статная женщина с планшетом в руках.

– Могу я поговорить с пациентом?
– спросила она, уже наполовину войдя в комнату.

– Я из департамента расчетов.
– Она указала на свой бейдж с именем - Мардж. Под ним жирными синими буквами было написано слово «Расчеты». Меня чуть не стошнило от одного взгляда на него.
– Мне нужно, чтобы вы подписали несколько документов, миссис Мельбурн.

– Мисс, - гордо поправила ее мама.
– Я не замужем.

– О, мои извинения.
– Но она уже перебирала листы бумаги, пока шла к нам.
– Это займет всего минуту.

– Я загляну позже, - сказал доктор Ривз, выходя, чтобы оставить нас наедине.

Я тоже хотела бы исчезнуть. Это была та часть, которую я всегда ненавидела. В конце концов, всегда появлялся представитель отдела расчетов, чтобы рассмотреть варианты погашения задолженности. Я не винила Ривза за то, что он ушел. Я не могла представить, каково это для врача. Он так старался, чтобы спасти жизнь моей мамы, но должен был знать, что долг нас утопит. Я знала это с того момента, как мне позвонили. По крайней мере, они дождались, пока мама придет в себя. До сих пор никто не беспокоил меня по поводу оплаты счетов.

– Позвольте мне, - сказала я, протягивая руку, чтобы взять клипборд.
– Я могу подписать все, что угодно. У меня есть доверенность.

– Тея, ты не обязана, - мягко сказала мама.
– Это не твое бремя.

– Черта с два, - пробормотала я. Моя мама была единственным человеком, на которого я всегда могла положиться. Она была всем для меня, а я для нее. Меньше всего мне хотелось, чтобы она думала сейчас о счетах, когда я чудом вернула ее.

Я просматривала бумаги. Мы уже задолжали больнице небольшое состояние. Они были достаточно любезны, чтобы напомнить мне о нашей предыдущей задолженности. Долги за месяц пребывания в отделении интенсивной терапии добавились к общей сумме. Я наблюдала, как растут цифры, а потом добралась до последней страницы.