Чтение онлайн

– Уважаемый Густав фон Хетцен, не забывайте: на финишной прямой самое главное - не споткнуться, ибо потом уже не догонишь!
– резко произнесла Злата.
– А упавшего и вовсе могут затоптать!

– И вы хотите сказать, что я... то есть, мы...

– Да! Начинаете нестись, как угорелые, не глядя под ноги! А впереди, похоже, вырастает неожиданная полоса препятствий, которую одним прыжком с удалым "гоп!" не перемахнуть. Лично я и пытаться не буду! Не желаю все потерять из-за суетливого нетерпения и глупой неосторожности! Итак, либо вы для начала обеспечиваете мою безопасность, либо я выхожу из вашей игры. Как надолго - покажет будущее.

– А как насчет длительного домашнего ареста? Например, в одном из вездеходов? Пока женское волнение не уляжется...

– Если это в целях моей сохранности, то на кой ляд я вам нужна в законсервированном состоянии? А если как наказание за строптивость, то мы поссоримся раз и навсегда! Неужели очень хочется?

– Нисколечко. Поэтому к вам, арестованной, будут относиться со всевозможной заботой и лаской...

– А я все равно сбегу.

– Послушайте, беседа начинает приобретать какой-то дурацкий характер!
– деловито заговорила Эльза, почувствовав приближение подходящего момента для задуманного благодеяния.
– Я никак не пойму, чего ты, Голда, добиваешься? Персональной охраны из трех десантников? Из четырех? Получишь!

– Только из одного - Кирилла Инфантьева.

– Ну вот опять снова-здорово! Впрочем, минуточку-секундочку!

Произнеся свою любимую присказку, Эльза постаралась принять такой вид, словно ее только что осенило, для чего хлопнула себя ладонью по лбу и восторженно прищелкнула пальцами. Заметив у встрепенувшихся собеседников надежду на оригинальное решение проблемы, она именно его и преподнесла:

– А что скажет наша воинственная привередница, если ее защитой займусь лично я? Соответствующая подготовка у меня имеется: два спецкурса, и оба, сданные на "отлично"! А кроме того, мое пси-воздействие быстрее любого оружия!

– Скажу, что не в восторге, - отозвалась Йоркова, смерив взглядом свою будущую телохранительницу от пят и до макушки.
– И даже не потому, что опыта маловато для такой специфической работы, где нельзя ошибаться; дело в твоей психологической неспособности сначала бить, а уж потом разбираться, надо ли. Мисс Эльза будет делать все наоборот, а это может стоить мне жизни.

– Значит, серьезно предполагаешь, что она в опасности?

– И в гораздо большей, чем жизни Младшей Королевны и мадемуазели Ласкэ, - докончила Злата.

– А мне предложение понравилось!
– почувствовав шанс наконец-то избавиться от малопонятного спора и вернуться к остывающему ужину, Командор горячо поддержал идею дочери.
– Получится отличная связка! Ваши достоинства гармонично дополнят друг друга, а сударь Инфантьев постарается нивелировать недостатки! Оптимальное решение! Дочурка, ты умница!

– Конечно, конечно, я это давно знала и лишь добивалась официального семейного признания!
– Эльза важно раскланялась.
– Теперь твои слова необходимо довести до сведения Романа, а когда вернемся - и Роксаны... Итак, прекращаем кряхтеть и почесывать в затылках - ничего лучшего все равно не придумаем. Однако я обязана предупредить, что в случае согласия ко мне нужно будет относиться с полным уважением!

– Создается впечатление, что мое "добро" - просто формальная процедура, - вздохнула Злата, - и тогда я предстану в ваших глазах трусливой интриганкой, трясущейся за свою шкуру. Что ж, ладно - можно пойти и на некоторое унижение ради конечного успеха. Еще спасибо мне скажете! Потом...

– Полноте! Если бы знал о вашем столь болезненном самолюбии...

– Не нужно ставить на одну доску недостаток с достоинством, герр Густав - это может послужить отправной точкой для череды опасных ошибок! Кстати, я хотела бы посекретничать с вами поздним вечерком - появились новые реалии, которые стоит обсудить наедине. Эльза, не смотри на меня так! Речь пойдет не о забавах прошлой ночи, сейчас не до этого!

– О каких развлечениях вы упомянули?
– сразу заинтересовался Командор и перевел взгляд на высоко открытые ноги Йорковой.
– Неужели, страдая от бессонницы, девочки не выдержали и пригласили для компании кого-то из моих парней?

– Ой, ну как ты мог подумать!
– шумно возмутилась Эльза, моментально подметив ту самую, все обещающую улыбочку Златы, о которой упоминал Инфантьев.
– Мы выпили по рюмочке, а потом немного подурачились - возились и швырялись подушками...

– Придумала бы чего пооригинальнее...
– начал было Густав фон Хетцен, но продолжить ему не позволили - развернули и, аккуратно толкая в спину, выпроводили со словами: "Иди и приготовь нам места за столом, и чтобы мужчины сидели отдельно!" Избавившись от новоявленного ухажера, Эльза набросилась на "Госпожу Метелицу", высоко вздымая рукава пышного халата:

– Послушай, легкомысленная моя, у тебя что - сдвиг по фазе? Отец уже больше месяца не знает женщины и простым заигрыванием с твоей стороны не удовлетворится! Или ты - свят, свят, свят!
– планируешь стать моей мачехой?

– А чем я могу его захомутать?
– резонно возразила Злата и кокетливо одернула юбочку.
– Как ловить прикажешь? У меня ни родовитости, ни положения, ни состояния, ни полезных знакомств! Сплошные минусы! О младшем сыне он вряд ли думает, скорее, о внуке... И в перспективе возможна всего лишь кратковременная связь без каких бы то ни было взаимных обязательств! Так с чего метать грома и молнии? Или я уже и переспать не могу с понравившимся пареньком?

– Ух, ты и зараза! Тоже мне - нашла юношу!
– (Эльза и сама толком не понимала, отчего ее так озаботил нравственный облик отца, давно разошедшегося с матерью).
– Ведь чувствую: врешь напропалую! Наверняка что-то задумала? Признавайся!

– Ага, сейчас - оттопыривай ухо! Пойдем-ка лучше чего-нибудь пожуем. Не знаю точно, какие звуки издает нутро твоего Командора, а в моем животе квакает целое лягушачье семейство...

При выходе из станции выяснилось, что Густав фон Хетцен отнесся к шутливому замечанию дочери буквально и вызывающе отгородил для нее с помощью бутылок дальний край стола. Теперь случайно потереться коленками с Кириллом не представлялось возможным и пришлось с тайным вздохом опуститься на отведенное место. Зато Злата неожиданно продемонстрировала знание древнейшей истории планеты и объявила, что к ней проявлено неуважение.

– В эпоху так называемой "Кийской Роси" (а она располагалась где-то в этих краях) от близости к правителю пирующего гостя зависело и отношение к нему окружающих, - сказала она.
– Судя по нынешней расстановке кресел господин Командор больше всего благоволит к воину Мстиславу - это стоит запомнить!

– Какое уж тут пиршество! Тоже придумала!
– угрюмо бросил витязь. Скорее, самые настоящие поминки...

– Не вижу на твоем высоком челе ни скорби, ни настоящего огорчения!

– Где-где? Ну, у вас с архаичной лексикой явные проблемы! Это как же можно выразить печаль при помощи лба? А в остальном я уже тайком вытирал глаза и мужественно скрипел зубами... может быть, ночью еще сдавленно порыдаю скупыми мужскими слезами, уткнувшись этим самым "челом" в подушку... Хочу, однако, заметить, что Адриан наказан за свое самовольство. Конечно, любому витязю не возбраняется вздыхать о Младшей Королевне, но, собираясь выполнять ее распоряжения, не мешало бы поставить в известность и своего непосредственного начальника!