Чтение онлайн

Вздохнув, поворачиваюсь в сторону выхода. Забавно, но все посетители VIP-ложи выстроились, чуть ли не в шеренгу и ждут меня. Точно кто-то настучит в Тайную экспедицию.

Октябрь 1776 года. Орская крепость. Российская империя

– Очень любопытные состязания, – произнёс собеседник, сделав глоток глинтвейна. – Они напоминают игры моего народа. Отличаются только дисциплины. У нас принято рубить деревья, таскать камни, поднимать на канате снопы сена, бегать с тяжёлым мешком или косить траву на время. Вроде деревенские забавы, которые собирают всех, от дворян до пахарей. Канат у нас тоже перетягивают.

Я сначала удивился подобным забавам среди испанцев. Этот народ вроде предпочитает бегать от быков по узким улицам или непосредственно корриду. Однако я сразу себя поправил. Ведь очередной необычный гость, посетивший наши Палестины, оказался баском. Не скрою, его приезд меня несказанно удивил.

Мы как раз закончили второй день соревнований. Успешно надо заметить. Народ доволен. Сегодня определился победитель в метании ножей. Участников было не так много, в основном казаки, поэтому всё прошло быстро. Завтра на стрельбище будет гораздо больше людей. Особенно на полигоне, где будут соревноваться лучники. Там просто море кочевников, желающих показать свою меткость. Стрельба из ружья больше популярна у оседлых жителей края. Кстати, молодой казак из Гурьева выиграл состязание в метании. Неслабо его так занесло – более тысячи вёрст вдоль Яика. Прямой дороги через степь здесь нет.

Ещё больший путь проделал мой сегодняшний собеседник. От Петербурга до Орской около двух с половиной тысяч вёрст. Ведь надо учитывать сезон с раскисшими дорогами и прочие прелести путешествия по России. Значит, человек находился в пути шестьдесят дней. Быстрее просто нереально. Более скоростное передвижение может позволить себе только императрица и несколько вельмож. Заодно такие богатеи, как я, заранее озаботившиеся о стоянках и смене лошадей. Ещё у вас ничего не должно ломаться, вроде колёс на телегах, что невозможно. Забыл! Быстрее всех у нас передвигается фельдъегерь. Но ему по должности положено.

Кстати, очень не хочется увидеть этого господина до апреля, когда мой отряд выдвинется на восток воевать Среднюю орду. Глупо будет, если столичные чиновники сорвут столь важный для страны проект.

Возвращаясь к заграничному визитёру: утром перед началом соревнований меня удивил Булгаков. Дежурный офицер сообщил, что прибыл небольшой обоз из Оренбурга и люди уже переправились через Яик, несмотря на риск. И среди прибывших есть иностранец. Здесь такие птицы редкие, только Паллас. Да и немец давно обрусел, ходит в казацком бешмете, папахе и юфтевых сапогах. Поди отличи его от местного. Испанец, оказавшийся баском, тоже не стал пренебрегать русской одеждой, обзаведясь тулупом и даже валенками. Но не изменил любимой треуголке. Странные у европейцев нравы. В степи ветра сдувают любую шляпу, а морозы могут ударить такие, что уши отвалятся. Но надо держать фасон.

Вечером, когда затихли крики болельщиков и котлован опустел, я принял гостя в своём кабинете. Обстановка, как всегда, поражала непосвящённого. Вроде моя фабрика в Вешняках уже начала выдавать приемлемые объёмы мебели, но не все её видели. Вот и европейский товарищ завис, удобнее устраиваясь в необычном кресле. Ещё и карта в половину стены – весьма необычная вещь для удалённой крепости. Только и я человек особенный. Кстати, перед встречей Антип сменил карту, повесив изображение Европейской части страны. До этого у меня висела подробная схема будущей кампании с важными пунктами, где будут располагаться базы снабжения и временные лагеря. Нечего незнакомцам знать о предстоящей операции.

В углу потрескивали дровами кирпичной печи, также удивлявшей узорами. Красиво жить не запретишь, особенно если можешь себе позволить. Вот я и приказал отделать столь важный предмет интерьера. Здесь вам и цветная плитка, и зеркальная мозаика со смальтой. Прямо какой-то восточный сатрап. Декор не мешал печке справляться со своими основными функциями, поэтому в комнате тепло, даже жарко. Но не душно – вентиляция здесь предусмотрена.

Гость откинулся на спинку кресла и немного вытянул ноги, обутые в сапоги из мягкой чёрной кожи. Мы уже немного пообщались перед соревнованием, потом отобедали. Заодно баск переоделся и перестал вести себя излишне чопорно. В приватных разговорах за стаканом глинтвейна строгий этикет без надобности.

Гостя зовут Хабьер Арсаллус Антиа, дворянин из Наварры. Ему лет тридцать семь, не более сорока. Обветренное лицо показывает, что баск часто бывает на свежем воздухе. Жёсткий взгляд голубых глаз присущ человеку опытному и не раз бравшему оружие в руки. Фон Шик сразу обратил внимание на походку гостя, сообщив, что тот хороший фехтовальщик. Может, танцор, но не похоже.

Беседа началась с обсуждения борьбы. Оказалось, у басков нет такого вида спорта. Странно, мне казалось, что борьба в том или ином виде есть у всех народов. Пока мы присматривались друг к другу, пили глинтвейн. Хабьер рассказал о последних новостях в России и частично Европе. Ничего особо нового я не узнал – разведка снабжает меня всеми необходимыми сведениями. Больше любопытно послушать мнение иностранца о России. Но сеньор Арсаллус – опытный путешественник, и его трудно удивить.

Вообще, собеседник – тот самый обещанный Брандтом специалист, знающий расклады в Карибском бассейне, особенно на Кубе. Он начинал ещё юнгой на испанском флоте, затем служил в колониальной администрации и даже немного поработал в Вест-Индской голландской компании, где познакомился с Виллемом. Биография у гостя просто волшебно подходит для моих планов. Ещё бы понять, для чего ему нужен я.

Антип обновил нам напитки и пошебуршал кочергой в печке. Заодно слуга зажёг керосиновую лампу, также удивившую Хабьера. Это он ещё не видел прототипы примуса и печки, присланные дю Пре. Мои мастера не филонят и выполняют взятые на себя обязательства. Кроме продуктов переработки нефти и сопутствующих товаров, у нас намечается новое достижение – рессоры! Да, гугенот смог подобрать нужный сплав и уже начал проводить эксперименты с телегами! Я даже не думаю его подгонять. Пусть испытает все варианты, работает над ошибками, и тогда мы выйдем на рынок. Правда, не уверен, что мне удастся протолкнуть столь нужный девайс в армию. В Военной коллегии сейчас окопался Потёмкин, беспардонно ворующий на поставках. Гришку вряд ли убедит аргумент, что теперь возы с артиллерийскими передками станут более надёжными и грузоподъёмными. Дай волю этому мздоимцу – он впряжёт солдат в разваливающиеся телеги или заставит служилых таскать все грузы на собственном горбу. Главное, чтобы украсть побольше.

– Я слежу за вами более двух лет, – огорошил меня Хабьер и пояснил. – Всё началось с необычной головоломки под названием «perekryostok».

Гость так исковеркал русское название «кроссворд», что я не сразу понял. Осознав свой конфуз, собеседник пояснил:

– В Голландии головоломка называется «kruiswoordraadsel», а в Испании – «crucigrama». – он улыбнулся длиннющему названию на нидерландском, на котором мы разговаривали. – Она быстро захватила всю Европу и печатается в каждой уважающей себя газете. Ещё можно купить целые брошюры с десятками задачек на разных языках. Впрочем, вам это прекрасно известно – их сначала привозили из России.

Ага, это моя задумка! Какой смысл выкидывать на рынок эксклюзив, если его могут быстро повторить? Вот я и провёл первую операцию по продаже интеллектуального продукта. Думаю, никто в России подобного не делал. И баск прав: в Европе начался настоящий ажиотаж. Сначала Голландия, затем немецкие земли заболели новой забавой. Чуть позже головоломка пересекла Ла-Манш, удивив англичан. Затем были испанцы и португальцы. Дольше всех держались французы, которым спесь мешала оценить чужое изобретение. В итоге пал и Париж. А я заработал немало на копеечном продукте, заодно установил неплохие связи с нужными купцами.

– Тогда я ещё работал на судоходную компанию «Ван Ланшотов», – продолжил гость. – Затем перебрался в Копенгаген, где устроился в Датскую Вест-Индскую компанию. Там пригодился мой опыт, особенно знания испанских владений, где можно продавать рабов. Сейчас компания принадлежит государству. А король Кристиан VII, вернее, Государственный совет, уделяет большое внимание треугольной торговле. Что позволяет развивать колонии как в Гвинее, так и на Виргинских островах. Именно по моему настоянию на Карибах были сделаны многие изменения. Однако всё это неважно. Я оказался ближе к России и смог лучше ознакомиться с вашей деятельностью.