Неспящая во льдах
Шрифт:
Она не сразу увидела хозяина. Массивное тело мужчины окружал полумрак, скрывавший лицо. Но Джилли всё же смогла разглядеть, что у незнакомца был только один глаз. Второй пересекала кожаная повязка.
– Меня зовут Роден.
–Зачем мне это знать?
Заказчик улыбнулся. В темноте зловеще блеснули огромные клыки.
– Ты можешь навести справки обо мне и узнать мою репутацию. Думаю, тебя это простимулирует, и ты выполнишь свои обязательства.
– А если у меня ничего не выйдет?
– Пальцы предательски задрожали, пришлось сжать кулаки.
– Тогда ты умрёшь.
Джил усмехнулась.
– А где гарантия, что Вы не расправитесь со мной после того, как я доставлю носителя карты?
Мужчина пожал плечами.
– Такой гарантии не существует. Но у тебя появится шанс. Итак, ты приехала, чтобы умереть в этом подвале или обсудить дальнейшие действия?
Девушка уселась на стул.
– У меня есть информация, но я не знаю, как ею воспользоваться.
– Говори.
Роден не собирался спешить. Единственной задачей Джил стало наблюдение за Монтонеем и за его обитателями. Никакой самодеятельности, только визуальный контакт с объектом и детальный отчет раз в день.
Что ж, всё довольно просто. У неё в запасе сутки. Пришла пора навестить сестру.
Джил свернула в пригород Эдинбурга и остановила машину у одиноко стоявшего дома, который купила пять лет назад для Лидии. Женщина не стала въезжать в ворота. Она остановилась в нескольких ярдах и заглушила мотор. Откинувшись на подголовник, включила магнитолу. Рори Галлахер, виртуозный гитарист. Она была знакома с ним очень давно. И именно тогда полюбила блюз. Мелодия исцеляла её истерзанную душу, залечивала сердечные раны. Джил закрыла глаза.
Эдинбург. 1834 год
– Куда мы идём, Джил?
– Лидия едва поспевала за сестрой.
Девушка обернулась. Ей было жаль промокшую насквозь двойняшку, едва перебиравшую ногами в раскисших ботинках. Лидия всегда казалась слабой и беспомощной.
– Джил! Мы идём уже несколько часов. Мне холодно, я хочу есть.
Джиллиан раскрыла кожаную сумку и достала кусок хлеба и яблоко, всё, что удалось стянуть с кухни. После похорон она решила не возвращаться в дом наслаждений. Ей хотелось, во что бы то ни стало, избежать участи матери и спасти сестру, которая уже согласилась с предложением хозяйки борделя.
– Ешь. Скоро мы будем на месте.
Джиллиан даже не представляла, о каком месте идёт речь. Она просто шла вперёд уже несколько часов, невзирая на боль и усталость. Однако, сумерки неумолимо сгущались, а дождь усиливался. Предстояло найти ночлег.
– Потерпи немного, родная! Скоро, осталось совсем немного.
Через час девушка заметила небольшой домик у леса. Она решительно направилась туда, рассчитывая, что хозяева сжалятся над промокшими путницами и пустят переночевать. Цель придала ей силы. Она уже волокла ослабевшую Лидию на себе, и чуть не упала у двери, когда на улице появилась хозяйка. Пожилая женщина вскрикнула и выронила корзину.
– Боже мой! Агнус! Скорее иди сюда, помоги мне!
Высокий худой старик выбежал на улицу.
– Кто это, жена? Девушки? Такие грязные? В нашей глуши?
Вместе они кое-как втянули ослабевших сестёр в дом и усадили у очага.
– Чего рот раззявил, муж? А, ну, тащи ванну. Нужно отмыть маленьких чудовищ. А я пока заварю чай.
Не прошло и часа, как Лидия, облачённая в шерстяную ночную сорочку хозяйки, уже спала. Джил сидела в кресле с чашкой ароматного напитка.
– Хлоя, дорогая, ты бы дала девочке отдохнуть, а завтра уже приставала с расспросами.
– Иди спать, старик. А я не усну, пока не узнаю, кем являются эти юные леди.
Ангус махнул рукой и стал подниматься на чердак.
– Я слушаю, девочка, говори.
– Вот так мы тут и оказались.
Женщина задумалась.
– Это очень хорошо, что вы покинули дом наслаждений. Но вот как помочь вам? А хотите, оставайтесь с нами. Наша единственная дочь вышла замуж и переехала с мужем на север Шотландии. Мы с дедом остались совсем одни в этой глуши. Оставайтесь. Там, глядишь, что-нибудь придумаем.
Джилли покачала головой.
– Нет. Мы должны найти отца.
– Да где ж его искать? Вы же даже не знаете, кто он. Бессмертные разные бывают. Надо всё обдумать. Ну, скажи, что ты собираешься делать? Бегать от холма к холму, от пустоши к пустоши, и кричать: «Папа, приди»?
Джил понимала, добрая женщина права. Она совершенно не знала, куда ей идти и где искать бессмертных.
В полночь у Лидии начался жар. Травы не помогали. Всю ночь девушка просидела у изголовья сестры, обтирая её холодной водой, и, меняя ледяные компрессы. Но утром состояние младшенькой ухудшилось. Она едва дышала, сгорая в лихорадке.
– Ей нужен доктор.
– Ангус нахмурил густые брови.
– Нужно ехать в деревню.
– Я с Вами.
– Джил решительно поднялась с кровати.
– У меня нет денег, но, возможно, я смогу отработать. Я сильная и выносливая.
Старик кивнул.
Маленькая деревушка располагалась на расстоянии пяти миль южнее. Ангус служил лесником, но частенько появлялся там, чтобы сделать покупки или пропустить рюмочку-другую. Доктора он нашёл в кабаке, где тот поправлял здоровье. Эскулап осмотрел Джил мутным взглядом, не понимая, что от него хотят. Вчера он был на крестинах внучатого племянника и немного перебрал. Или не немного?
– Грузи его, Ангус! Надеюсь, по дороге оклемается.
Подхватив под руки несчастного доктора и саквояж, с которым тот никогда не расставался, Джил и Ангус двинулись к повозке.
Внимание Джилли привлёк странный шум.
– Что там?
– Девушка указала рукой в сторону центральной площади, где собралась возбуждённая толпа.
Старик закинул обмякшее тело лекаря в повозку.
– Так, кулачные бои. Сегодня же воскресенье. Парни собираются пар спустить, да деньжат подзаработать.
– Деньжат? Как?
– Эти сумасшедшие, - мужчина обвёл рукой сельчан, - делают ставки.
Джил оживилась.
– Подожди меня тут. Я скоро.
Девушка закинула саквояж доктора в повозку и направилась к площади.
– Стой, ненормальная! Чего ты удумала?
Джил приблизилась к мужчине.
– Одним из клиентов моей матери был английский офицер. Он умело боксировал и кое-чему научил меня. Так что не бойся. Всё будет хорошо.
Она умчалась быстрее ветра. Ангус с тоской посмотрел на спящего в повозке лекаря, сплюнул, и поплёлся за девушкой.