Чтение онлайн

— Но это же лучше, чем быть рабом у вашего злыдня.

— Может быть, может быть. Так ты не поможешь мне? — снова с надеждой спросил змеедра.

— Нет, — рассердилась Несси. — Скажите спасибо, что я выпущу вас отсюда. И, так уж и быть, не разбужу Водолея, потому что мне вас все-таки жаль.

— Спасибо, — печально шепнул змеедра и, судя по звуку, пополз к выходу. — А может быть, я могу вам чем-нибудь помочь? — неожиданно спросил он.

— Не знаю, — задумалась девочка. — Хотя, наверное, можете. Вы случайно не знаете, что там творится на подходах к пирамиде?

— Увы, — с сожалением отвечал гость, — не знаю. Хотя нет! — вдруг спохватился он. — Некоторое время я был башенными часами в городе-мираже в наказание за то, что опоздал на ужин к охотникам на Келайно. Понимаешь, опоздал, и поэтому не смог их отравить. Камбок рассвирепел и сделал меня башенными часами, чтобы я без конца показывал точное время. Так вот, ни в коем случае не заходите в этот город-мираж. А если он все же вас поймает, спешите выбраться до девяти часов. Иначе вы останетесь там навсегда и сами станете частью миража. Больше я ничего не могу тебе сказать. Прощай, милая девочка, — грустно сказал гость и уполз.

— Прощай, — прошептала Несси вдогонку. «Странно, — подумала она. — Опять кому-то понадобился мой амулет. Как жаль, что я его потеряла. Вот растяпа!»

Она повздыхала еще немного и вскоре уснула под мирный храп своих спутников.

Несси так и не удалось отдохнуть этой ночью. Она проснулась раньше всех из-за того, что у нее ужасно зачесалась спина. Вывернув руку, девочка с трудом достала до лопаток и обнаружила, что они сильно опухли.

— Ой, — заплакала Несси, — у меня растет горб…

От ее горьких рыданий стали просыпаться остальные. Они удивленно смотрели на расстроенную девочку.

— Тебя кто-то укусил? — с беспокойством спросил Водолей, подымаясь на ноги.

— У меня растет горб, — хлюпала носом Несси, — я стану горбатой карлицей. — И она заревела еще отчаянней.

Путники сгрудились вокруг Несси и принялись внимательно разглядывать ее спину.

— Н-да, действительно, что-то у тебя со спиной, — сказал наконец Хансен. — Но ты не бойся, это не горб. Заявляю со всей ответственностью как человек, повидавший немало горбов на своем веку. Просто твоя рана опухла. Сейчас мы смажем ее мазью, и все пройдет.

Девочка с надеждой посмотрела на Боба, и ее отчаянные рыдания постепенно перешли в тихие всхлипывания. Хансен долго рылся в своей необъятной суме и наконец отыскал пузырек, наполненный вязкой черной жидкостью.

— Только тебе придется заткнуть нос, — взбалтывая его содержимое, предупредил Боб. — Я не встречал еще ни одного существа, включая коров и лошадей, которому нравился бы запах этого превосходного лекарства.

Несси кивнула, уже улыбаясь сквозь слезы. И Хансен вымазал ей всю спину такой вонючей смесью, что затыкать нос пришлось всем. Рядом с Несси невозможно было выдержать и нескольких секунд.

— Приятель, а нет ли у тебя чего-нибудь полегче? — гнусаво спросил Водолей, зажимая нос перчаткой.

— Сразу видно, что вы ничего не понимаете в фармакологии! Будьте ближе к матушке Природе, — важно сказал Боб Хансен, который, похоже, частенько пользовался своим препаратом, во всяком случае, едкий запах ничуть его не смущал.

— Ну, все, — провозгласил рыцарь, — выбираемся отсюда, да поскорее. Лучше погибнуть в схватке с гарпиями, чем задохнуться в пещере.

Зуд в спине у Несси и в самом деле стал проходить, и она вспомнила про ночного гостя. «А может быть, это тоже был сон?» — подумала девочка.

— Что такое? Похоже, в моих вещах кто-то рылся? — вдруг воскликнул Водолей. — Я точно помню, что вчера завязал мешок узлом. — И рыцарь поднял над головой открытый мешок и гневно оглядел своих спутников. — Сюда не мог проникнуть посторонний. Это новая выходка предателя, затесавшегося в наш отряд! Признавайтесь! Кто это сделал?!

— Да нет же! — поспешила опередить дальнейшие домыслы рыцаря Несси. Она испугалась, что возмущенные подозрениями Боб и кентавр начнут в свою очередь обвинять Водолея и выяснение отношений приведет к серьезной ссоре. — Это был именно посторонний! Сегодня ночью здесь побывал маленький шпион змеедра. Я разговаривала с ним.

И она рассказала обо всем, что произошло в пещере, пока ее спутники отдыхали от приключений предыдущего дня.

— Почему же ты сразу не разбудила меня? — грозно сжимая кулаки, спросил рыцарь, выслушав рассказ Агнессы. — Уж я бы вытряс из этого ползучего гада всю правду!

— Вот поэтому и не разбудила, — твердо ответила девочка. — Мне совсем не хотелось, чтобы кто-нибудь попытался обидеть бедного змеедру. Мне так жаль этого раба, у которого, наверное, даже и имени своего нет.

— Ладно, — отступил Водолей. — Нет худа без добра. Во всяком случае, теперь нам кое-что известно. Во-первых: за нами следит некий Камбок. Во-вторых: он не так уж всесилен и всемогущ. В-третьих: ему нужны наша карта и амулет. И наконец в-четвертых: среди нас, возможно, и нет никакого предателя…

При этих словах все облегченно вздохнули, Несси улыбнулась и хотела взять на руки Бони, но той тоже пришелся не по душе запах снадобья, которым была вымазана спина девочки. Обезьянка подскочила и кинулась к выходу. Лис и Водолей быстро раскидали валуны, и путники выбрались на воздух. Они без приключений поднялись на невысокие скалы, которые очерчивали границу земли гарпий. Внизу перед путешественниками лежал новый круг, при виде которого у всех разом вырвался крик изумления.

По другую сторону гор начиналось море, расстилающееся до самого горизонта. Волны мягко плыли одна за другой и ослепительно сверкали на солнце так, что у Несси зарябило в глазах.

— Да-а, попутешествовали… — хмыкнул Хансен, — и, главное, даже лодку не из чего построить. Если только оседлать гарпий… но это, пожалуйста, без меня.

— Надо посмотреть карту, — сказал Лис, — наверняка там есть какое-нибудь пояснение.

Водолей стоял, растерянно разглядывая набегающие на скалы волны.

— Странно, — наконец вымолвил он. — Что это может значить? Все, что изображено на карте, я помню наизусть. Там нарисован город, а от него прерывистая линия со стрелочками. Линия идет по всему кругу, и у меня такое впечатление, что город перемещается по ней, словно на колесах. Но где же он?