Чтение онлайн

Долина Тал совсем не изменилась. Тейт помнила какой увидела ее шесть лет назад с вершины этого же холма. Только тогда у нее в поводу шла беременная Итара. А на руках гукал Сигурд.

– Где искать твоего сына? Я тут не успел побывать. Он живет в замке?

Свен был как всегда деловит и целеустремлен. Случись надобность, он не дрогнувшей рукой вырежет тут все и вся. А ее друзей? Вдруг Глен и Глина воспротивятся и не захотят отдавать Сигурда? Тем более, что ребенок не узнает ее сегодняшнюю.

У Тейт мелькнула страшная в своей реальности мысль: вдруг весь их побег, только хорошо задуманный Ермием и исполненный Свеном план? Что если капитан просто отберет у нее сына, или еще хуже...?

Дальше топтаться на месте -- только усугублять собственные страхи.

– Ты испугалась за ребенка?

Он ведь даже не смотрел в ее сторону!

– Да.

– Поехали. Не бойся за него.

Что ей оставалось?

– Сигурд на том берегу реки. Переправить туда может только барон Тал. Но если он увидит меня, скорее всего откажет.

– Надень шлем и держись в сторонке.

– Прошу тебя... не причиняй им тут вреда. Мне дорого это место.

– Даже несмотря на то что барон тебя недолюбливает?

– Я виновата перед ним. Он имеет на это право.

– Поехали.

Тейт еще и перчатки натянула. Из-за широких нащечников обзор сильно сузился. Ей приходилось все время вертеть головой. Свен заметил и каким-то непостижимым образом сумел выразить свое недовольство. Не окрикнул, не дернулся -- слегка только повел плечом. Тейт присмирела.

К состоянию несвободы невозможно привыкнуть, но можно как-то притерпеться, переждать, затаиться, чтобы потом распрямиться с силой сжатой пружины. Только вот если пружину удерживать достаточно долго и с большой силой, расправится ли она вообще, не превратится ли в комок смятого железа?

Петер Тал и внимания-то не обратил на второго гвардейца. Тот даже не спешился, отъехал к речной стороне стены и смотрел на воду через раскрытые ворота. Свен коротко переговорил с бароном и начал спуск к реке. Там он со своим спутником пересел в лодку. Молодой долговязый, улыбчивый крестьянин взялся за весла.

Сердце как будто сжала осторожная холодная рука. Что-то было не так. Крестьянин попытался заговорить, Свен оборвал его, велел заткнуться. Тейт всматривалась в противоположный берег. Вчера шел дождь. Влажная трава за песчаным намывом разбросала зеленые лохмы. Ни тропинки, ни знака. Гуго же договаривался с Петером, что тот станет перевозить припасы для ее друзей. Петер дал слово.

Лодка клюнулась носом в песок.

– Останешься тут, - велел Свен перевозчику.

– Я пойду одна, - попросила Тейт, когда они немного отошли.

– Нет.

– Я прошу. Мне надо... понимаешь, они не совсем люди. То есть совсем не люди.

– Твоего сына воспитывают волки?

– Тролица и полуэльф.

– Ты это серьезно?
– Свен остановился, развернул Тейт к себе лицом.
– Я давно перестал верить в сказки.

– Я пойду одна.

– Нет. Не стоит повторяться.

– Не причиняй им зла.

– По обстоятельствам.

Она сама привела его сюда. Что ж, она тоже будет действовать по обстоятельствам. Если речь пойдет о жизни ее сына, никакие клятвы и договоры ее не остановят. Она перешагнет через все! И за все потом ответит.

Лес будто вымер, только их шаги. Не лес, а потусторонний мир. Ни одна пичуга не цвиркнула. В безветрии застыли деревья. Тейт обогнула знакомые заросли и чуть не споткнулась о напрочь обглоданные коровьи кости. Дальше по тропе рассыпались мелкие косточки, наверное, козы.

Она побежала. Ворота стояли нараспашку. Двери дома -- тоже. Тейт ворвалась в сумрачную комнату, сделала еще несколько шагов и опустилась на единственную оставшуюся на ножках лавку. Вся остальная мебель валялась или разломана или перевернута. За край лавки зацепилась старая рубашка Глена. Ее когда-то привозила леди Тэсс.

И никаких следов Сигурда.

Заклинание сыграло с ней злую шутку? Что если ее видение было лишь обманом, мороком? Что если Сигурда тут никогда и не было, а Глен и Глина, узнав о нашествии, просто ушли? Бросили все, снялись с насиженного места и отправились в иные края...

– Тут побывало много народа, - проговорил за ее спиной Свен.
– И не так давно. Неделю примерно назад. Но кровь только в сарае. Резали скот. Пора возвращаться. Барону придется рассказать, что тут произошло.

Следовало собраться с силами и встать. В голове картины сменялись со скоростью, мчавшейся во весь опор лошади. Их убили? Их прогнали? Они успели уйти, а потом пришли люди с той стороны и разорили дом? Еще что-то...

Свен поднял ее со стула и слегка встряхнул.

– Пойдем.

Убийца и деспот, хитрый царедворец с каменным сердцем -- он оставался с ней терпеливым и мягким. Не приказывал, а только просил, иногда настойчиво предлагал.

– Погоди. Погоди! Отпусти меня.

Тейт вырвалась, высвободилась из его рук и перевернула скамейку. Она вспомнила о тайнике, который когда-то соорудил Глен. Лавка с грохотом упала сиденьем на пол, королева начала проверять ножки. Одна подалась и провернулась по оси, открыв полость. Тейт запустила туда пальцы и выцарапала... этот империал долго лежал у нее в домике под кроватью. Она велела Глине его забрать. Глина взяла, спрятала в тайничок, а когда уходила -- забыла?

Конечно забыла! Кто бы помнил о золоте, на которое можно безбедно жить в любом из миров. Золото везде золото!

– Стой!

Свен сгреб ее в охапку, обхватил, прижал голову. Жесткая нашивка на куртке врезалась в щеку. Тейт билась в его руках молча, пока не оставили силы. Она обмякла. Свен перевернул лавку и посадил женщину.

– Талл мне все расскажет. Пойдем.

– Он может ничего не знать, - обреченно прошептала Тейт.

Если сюда, как уже бывало, прорвались вонючие дикари с воющими поясами, искать и расспрашивать бесполезно. Она никого не найдет и никогда не услышит о сыне.

– Смотри, какая старая штука, - Свен буквально подтащил ее к стене.

На гвозде, зацепленный простой веревочкой висел костяной лук.

– Я такой видел только раз в императорской оружейной.

– Это лук Глена. Он с ним охотился.

Свен снял оружие со стены, завернул в рубашку бывшего хозяина и подтолкнул Тейт к выходу.

Крестьянин примостился на носу лодки. Сидел, как велели и улыбался. Когда все уже погрузились, он опять полез с разговорами. Выгребать приходилось против течения. Обратный путь обычно занимал раза в два больше времени.