Чтение онлайн

— Догадываюсь. Вам глаза отвели. Чтобы разрушить такие чары, нужен или очень сильный артефакт, или… хотя, я точно не знаю.

Тейт подняла глаза от тарелки. Она вспомнила глухо заросшую дорожку — сверток с заброшенного тракта.

Она точно знала, о чем умолчал Лекс:…или королевская кровь.

Тейт подняла руку и медленно размотала палец с кольцом.

— Что ты мне показываешь? — спросил Катан.

— У нее кольцо нашей королевы, — вместо девушки отозвался Гуго. — Тот самый артефакт. Были мы в твоей пади.

— Рассказывай!

— Доедим сначала. Такое за столом повторять не стоит.

Конечно, лучше бы совершать путешествие верхом в мужском платье. Однако в королевстве Синего орла на сие имелся полузапрет. Женщина знатного происхождения имела право, простолюдинка — нет.

Житана легко поделилась с Тейт одеждой. Она родила пятерых сыновей.

— Так дочку хотела. Муж — тоже. Нет — одни мальчишки. На, возьми. Мне эта одежда давно мала. А ты такая тоненькая. Тебя там во дворце не кормили, что ли?

Добрая женщина сама не знала, насколько оказалась права. За последнее время Тейт впервые нормально поела только у нее в доме.

— Храню, храню старые платья. Были бы дочери — для них. А так, для кого?

— Сыновья женятся, отдашь невесткам, — рассмеялась Тейт.

— Сыновья уйдут из дома. Разве младший останется. У нас в городке рождение девочки — праздник. Редко, когда случается. А еще за последние три года столько женщин пропало. Теперь понятно, куда они девались.

— А мне — нет. Зачем чужакам из Темной пади понадобилось столько людей?

— На выселках живет старая Дара. Она вроде видит.

— Что видит?

— Это у нас так говорят: "вроде видит". Глаза закроет и говорит. Половины не поймешь. Зато, хорошо пропажу ищет. Придешь к ней, скажешь: Дара, третий день ключи от погреба не могу найти. Она посмотрит сначала на тебя, потом глаза закроет и скажет: ищи за сундуком во второй комнате. А сама ни разу у меня в доме не была и сундука того в глаза не видела.

— Ключи-то нашлись? — рассмеялась Тейт.

— Нашлись. Так вот она, когда люди пропадали, все твердила, будто кто-то дань собирает.

— Кому?

— Она сказать не могла. Но знала. А как соберется имя назвать, ее всю судорогой сведет.

— Мне надо с ней поговорит, — решила Тейт.

— Дара уже неделю в горячке лежит. То совсем не в себе, то стонать начинает: " Изверги идут, прогоните чужих". Пытались ее расспросить: где, кто, что? Ничего не понятно. Катан собрал людей, выехал на дорогу, да вас только и поймал.

— А чужой никто в округе не появлялся?

— Как будто нет. Проезжали егеря в сторону парков. Так у них на руках имелся королевский указ.

— Давно?

— Дней пять. А вчера утром еще один. От своих отстал. Сказал: на ярмарке задержался.

— Одежда пестрая — тряпки одна на другую надеты? И слова коверкает?

— В плаще по самые брови. Документ показал и — дальше подался.

— Можешь проводить меня к этой женщине?

— Не надо бы туда ходить. Вдруг у нее что заразное?

— Ты к ней не подходи. Я сама поговорю.

— Мне потом Гуго голову оторвет, если ты заболеешь!

Тейт не стала спорить. Она переоделась, заколола волосы и выскользнула из дома.

Городок оказался совсем маленький — две улицы крест накрест. Дом Катана стоял на их пересечении. За воротами девушку тут же окружили зеваки. Мальчишки, подростки, парни, взрослые мужчины и даже один старик, составили небольшую толпу. Житана могла бы и предупредить, что ходить одной по улицам не безопасно.

— Прекрасная госпожа вышла просто погулять? — спросил высокий мужчина одних с Гуго лет. — Или по делу? Не нужен ли провожатый?

Встреча с людоедами на лесной дороге не забылась. Но там с первого мгновения чувствовалась угроза. Здесь же — простое доброжелательное любопытство.

— Как пройти на выселки?

— Вы к Даре собрались? Пойдемте, я покажу.

Мужчины сначала расступились, а потом дружно двинулись следом.

Выселки оказались совсем недалеко. Да тут все было близко. Но к дому ясновидящей Тейт отправилась одна. Провожатые остались у околицы. То ли они побаивались туда ходить, то ли в их городке было не принято лезть в чужие дела.

За небольшим полем возвышался мелкий холм, к нему приросла хижина под крышей из дранки. Дверь стояла нараспашку. Тейт в нерешительности остановилась, но раз уж пришла, отступать было бы позорно.

— Заходи, — раздалось из сумрака.

Свет проникал в маленькое оконце. Чистый деревянный пол застилали тканые дорожки. Стол был заставлен горшками, криночками, флакончиками, завален пучками трав. У стены стояла широкая кровать, на которой под меховым одеялом лежала женщина. Видно было только осунувшееся лицо, пегие волосы, да смеженные отечные веки.

— Простите меня, госпожа. Первый раз в жизни встретила королеву, а встать, поклониться не могу. Хворая я.

— Это ты меня прости, что беспокою. Я не… коро

— Я никому не скажу. Это твоя тайна. Я знаю, зачем ты едешь в парки. Ты еще можешь успеть. Выручай своих единорогов. Нам без них не выжить. Если исчезнут последние звери-защитники, королевство перестанет быть. Оно и так уже почти сгнило.

Женщина закашлялась. Тейт терпеливо ждала, когда больная успокоиться. Только та никак не могла остановиться. Королева нашла на столе плошку, зачерпнула воды из ведерка у двери и поднесла к губам женщины. Дара сделал несколько мелких глотков. Кашель начал утихать.

— Послушай меня… ты ведь хочешь спросить, кому собирали дань выродки из Темной пади?

— Да.

— Тому… главному…

Она опять закашлялась. Лицо внезапно свело судорогой, губы посинели.

Тейт размотала палец с кольцом и приложила камень ко лбу больной. Кашель мгновенно прекратился, лицо разгладилось. Женщина легко и свободно вздохнула.

— Я знаю, что сейчас умру. Но сказать еще успею. Его зовут Скал.

— Кто это?

— Он… высоко…си…

Последовал прерывистый, похожий на смех хрип. На губах у женщины застыла улыбка. Будто она обхитрила кого-то и очень тем осталась довольна. Тело обмякло.