Чтение онлайн

Олаф заскрипел зубами от злости, пытаясь разорвать проклятые путы. Он уже и не помнил того времени, когда расхаживал безоружным. Остаться даже без ножа, какой позор!

– У меня будет синяк, - Рогнеда напомнила о себе еще одним ударом. Обувь у нее оказалась тяжелой и твердой.
– Пойду полечусь. Займешься им?

– Ты поглядывай за степью, - напомнил ей о чем-то Роки.
– Дым валит уже со всех сторон, как бы тебе не пришлось еще раз выехать. Вообще, почему ты не привезла Доллу?

– Фольш, кажется, хочет всех. Не знаю, зачем, - Рогнеда ушла.

– Отпусти меня!
– выдавил из себя Олаф, пытаясь успокоиться.
– Я понял твою силу.

– Ничего ты пока не понял, - вздохнул Роки, переворачивая пленника, чтобы еще раз ощупать швы куртки.
– И не поймешь, если будешь так себя вести. Фольш будет очень расстроен... Что-то еще есть на тебе железное, но что? Ремень я снял... Помоги-ка: где у тебя еще спрятан нож?

– У меня нет больше оружия.

– Вот смотри, - Роки показал ему маленькую коробочку, на которой мигал зеленый огонек.
– Эта штука говорит, что на тебе есть железо. Она не для обыска предназначена, к сожалению, но обмануть себя не даст. Где оружие?

– Это не оружие, - вспомнил Олаф.
– Это амулет у меня на шее. Сними, но не вздумай потерять.

– Уже угрожаешь? Молодец, быстро привыкаешь. Обычно люди здесь теряются...
– Роки отыскал на груди Олафа крошечный металлический кругляш, аккуратно снял через голову шнурок.
– Не потеряю.

– Теперь ты меня развяжешь?

– Частично.

Роки открыл еще какую-то дверь, небрежно забросил туда все отнятое у чивийца. Потом что-то сделал с предназначенной для людей сбруей и Олаф почувствовал, что его ноги свободны. Он не спеша поднялся, опершись спиной на стену, вопросительно посмотрел на Роки.

– Кто вы такие? Предки? Прилетели со звезд?

– Я думал, тебе это давно ясно! Иди за мной, только веди себя поспокойнее. Хоть ты и каратель, но я тоже не простачок степной, понимаешь? Переломаю все кости.

Олаф ничего не ответил, послушно зашагал за Роки по коридору. Вскоре открылся поворот, а за ним - широкий зал, уставленный железными клетками. Предок сразу вошел в одну из них и поманил пальцем сотника.

– Ты, наверное, уже жалеешь, что пришел? Не расстраивайся, без шара мы не смогли бы тебя заманить. Кроме того, все к лучшему... Вот увидишь. Пока будешь находиться здесь.

– Вы уже связали мне руки. Зачем же теперь еще и в клетку сажать?

– Руки я развяжу, - Роки с неожиданной силой втянул сотника в клетку и швырнул на стенку, потом быстро сдернул с него "сбрую". В руке предок уже держал свое маленькое оружие.
– Вот эта вещь умеет плеваться огнем, как-нибудь покажу. Все, отдыхай.

Он вышел с размаху захлопнув дверцу.

– Кстати, у тебя есть соседи. Сейчас будете знакомиться.

Не оглядываясь, Роки отправился куда-то прочь из зала. Олаф быстро подошел к двери, надеясь распахнуть ее так же легко, как предок со звезд ее захлопнул, но к его удивлению, она не поддалась. Сотник подергал за частые стальные прутья - они даже не дрогнули.

Тогда он огляделся. Зал имел сферическую форму, гладкие серого цвета стены, свет проникал сверху. В логове лжебогов сотник никак не мог понять, как устроено освещение - сияли сами стены, отдельные участки потолка. Железные клетки все были совершенно пусты. О каких соседях шла речь?

И тут все пришло в движение. Куда-то поехали стены, Олафа несильно качнуло. Клетки вокруг него немного сдвинулись, и вдруг стали медленно проваливаться в пол. Сотник заметался в своей ловушке, стараясь понять, что происходит. Зал оказался устроен вовсе не так просто, что-то менялось. С боков появлялись новые клетки, которые тоже опускались - или Олаф поднимался?

И вдруг он увидел "соседей". В появившейся клетке, густо затянутой паутиной, находились несколько пауков. Два молодых, некрупных самца сразу кинулись на прутья, стараясь добраться до человека - это были шатровики.

"Приветствую тебя."

Сотник круто обернулся. С другой стороны оказалась клетка с одним пауком, смертоносцем, он висел на потолке, вцепившись лапами в прутья.

– Приветствую тебя, - быстро ответил Олаф.
– Я подданный Чивья.

"Я подданный Трофиса, Олаф-сотник. Я узнал тебя. Мое имя - Чанжа."

– Я скорблю о твоем городе... Как ты попал сюда, Чанжа?

"Скорбишь о моем городе?" - разум смертоносца будто взорвался эмоцией гнева и страха.
– "Что случилось с Трофисом?"

– Как долго ты здесь находишься?
– Олаф не стал отвечать на вопрос, лишь открыл восьмилапому вои воспоминания.
– Год?

"Больше..." - Чанжа медленно спустился вниз, лег, поджав под себя лапы.
– "Мой Повелитель.. Меня не было с ним в миг гибели города, самок и потомства. Я провел здесь три года."

– Слава Повелителю Трофиса!
– невесело отозвался сотник.
– Значит, ты ничего не знал о стрекозах... Летучки завоевали всю степь. Уцелели только Хаж, потому что там холодный климат, и чивийцы, которых увел Повелитель.

"Он поставил под вопрос свою честь. Он отступил перед врагом, он не принял бой."

– Не смей так говорить!
– в раздражении Олаф ударил ногой по стене клетки.
– Я не оскорблял твоего Повелителя!

"Успокоимся," - смертоносец примиряюще поднял передние лапы.
– "Все кончено для Трофиса. Все кончено для меня."

– Ты мог бы отправиться искать службы у Повелительницы Хажа, или в Чивья.

"Повелительница Хажа?" - Олаф снова открыл пауку кусочек своей памяти.
– "Человеческая самка? Так никогда не было. Ты и сам не относишься к этому серьезно. Самка не может быть Повелителем, тем более, если она - человек. Двуногие не правят смертоносцами, таков обычай."

Олаф только вздохнул. Да, в мире восьмилапых традиции имеют огромное значение. И они нарушены... Нарушены бегством Повелителя Чивья, позволением Тулпан стать Повелительницей Хажа, и даже Договор нарушен, о чем сотник решил пока не говорить.

– Меня захватили обманом, - сказал он.
– Я надеялся расправиться с Фольшем, но не смог защитить себя. Я безоружен.

"Я тоже."

Олаф недоумевающе пожал плечами. Смертоносец неожиданно резко вскочил, прыгнул на прутья, повиснув перед ликом сотника. Человек отшатнулся, и за спиной заскрежетали по железу когти шатровиков. Что-то было не так... Клыки! У паука не было ядовитых клыков.

"Они вырвали их мне. И сделали что-то еще, у меня нет больше и яда. Они могут все, эти существа."