Чтение онлайн

Владимир Людвигович Мадьяр, сын венгерских коммунистов, родился в Берлине. Всю свою сознательную жизнь он прожил в Советской стране, ставшей ему Родиной.

Его мать, красивая, элегантная женщина, умная и образованная, вместе со своим мужем – видным деятелем венгерской революции, после ее поражения были арестованы и брошены в тюрьму. Там, в тюрьме у нее родилась дочь, которая тут же лишилась отца – в этот же день его казнили. О чем с нескрываемым злорадством сообщил молодой матери и теперь уже вдове тюремный врач.

Долгое время Советское правительство вело переговоры об обмене венгерских революционеров на венгров, проживающих в Советской России и люто ненавидевших Советскую власть. Наконец обмен состоялся.

На границе освобожденная узница увидела высокого и стройного красноармейца в буденновке с красной звездой. И только тогда поверила, что она – в Советской России.

Этот красноармеец тоже оказался венгром. Еще на границе, встречая венгерских революционеров, он обратил внимание на высокую, красивую женщину. Вскоре они поженились. А затем у них родился сын Владимир. Его родители стали видными деятелями Коминтерна.

С Анатолием Викторовичем Крючковым Владимира Людвиговича связывали очень теплые дружеские отношения.

Вот что рассказал мне о Крючкове Владимир Людвигович. «Вся жизнь и деятельность этого прекрасного человека и стойкого коммуниста, одного из первых вставшего на борьбу с буржуазной контрреволюцией, заслуживает того, что быть увековеченной в памяти народа.

Я, как и многие другие, недостаточно полно разбирался в сути событий лета 1991 года, в том, что речь шла не о борьбе двух направлений внутри КПСС, по-разному трактующих дальнейшее развитие социалистического пути, а о ликвидации социализма и реставрации капитализма в СССР. Беседы с коммунистами строительного управления, где я работал, также не внесли ясности. Но, когда Ельцин призвал к бессрочной забастовке, мнение рабочих было единодушным: «Пусть бастуют барыги и кооператоры. Нам с ними не по пути».

В эти дни на улицах Москвы появились люди в белогвардейской форме. Толпы бастующих молодчиков крушили памятники Советской эпохи. Угроза нависла над святынями советских людей: мавзолеем и музеем В. И. Ленина, которые собирались закрыть 1-го сентября 1991 года.

Стихийно люди стали собираться в цепочки для защиты мавзолея и музея. Но при этом нельзя было не видеть ужасающего идейного разброда между собравшимися.

В феврале 1992 года состоялась встреча с руководителями вновь созданных коммунистических и социалистических партий в самом большом зале музея В. И. Ленина. Я хотел услышать извечные вопросы русской истории: «Кто виноват? Что делать?»

Именно там я услышал и увидел Анатолия Викторовича Крючкова.

Многие ораторы всю ответственность за победу контрреволюции возлагали на руководство партии и коммунистов, которые в середине шестидесятых годов выступали с критикой культа личности. Отвечая на второй вопрос – «Что делать?» – эти товарищи говорили о необходимости единой коммунистической партии, под руководством которой можно будет свергнуть власть буржуазии. По их мнению, все условия для этого есть, и к 75-ой годовщине Великого Октября красное знамя опять вознесется над Кремлем.

Об ином говорил Анатолий Викторович – о том, что существуют серьезные разногласия между вновь созданными компартиями, а потому необходим союз компартий, в котором их представители в ходе товарищеских дискуссий смогут решать теоретические вопросы и согласовывать совместные действия. Иначе получится, как в КПСС. Он предостерег от шапкозакидательства. Потребуется время, чтобы вернуть доверие народа. Потребуется длительная и тяжелая борьба. Но в итоге силы социализма победят.

Железная логика, реалистический анализ, как прошлого, так и настоящего, и столь же реалистический прогноз будущего произвели на меня и многих других сильное впечатление. Располагал к себе и внешний его вид – высокий, по-спортивному подтянутый, стройный, красивый человек.

В день Красной Армии 23 февраля 1992 года Ельцин и его банда спровоцировали кровавое столкновение с демонстрантами, шедшими к могиле Неизвестного солдата. Недалеко от гостиницы «Минск» я встретил товарищей из РПК, стоящих у своего знамени. Мы долго говорили с Т. В. Калибердой и В. А. Баркетовым. От них узнал о программных установках партии, об истории создания РПК, о руководителе партии А. В. Крючкове.

Я пришел в штаб партии 4 апреля и записался ее сторонником. 30 июля 1992 года я стал членом РПК. До этого момента в партии не был. Находясь в рядах партии, я имел возможность ближе узнать Крючкова. С первых же дней я увидел в нем неутомимого труженика, прекрасного организатора и верного товарища. РПК регулярно проводила пикеты у музея В. И. Ленина, субботники, неоднократно ходили на строительные площадки, зарабатывая деньги для партии.

Как-то, еще в комсомоле, зашел разговор на тему: «Какими качествами должен обладать партийный руководитель?» В числе других я назвал решительность и мужество в принятии ответственных решений и проявление тех же качеств при проведении решений в жизнь. Эти качества в полной мере проявились у А. Крючкова во время трагических и героических событий в сентябре-октябре 1993 года, а также во время организации запрещенного митинга в связи с 76-ой годовщиной Октября в том же 1993 году сразу после кровавых событий в самый разгар антикоммунистической истерии.

В РПК существовал неписаный закон – ответственные решения, особенно в осажденном Доме Советов, принимались с учетом мнения Ленина, изложенного в статье «Все на борьбу с Деникиным» от 9 июля 1919 года:

«…коллегиальность должна быть сведена к самому краткому обсуждению только самих вопросов, а практическое распоряжение делом, задачей должно быть поручено одному товарищу, известного своей твердостью, смелостью, умением вести практическое дело, задачу, пользующимся полным доверием»,

Таким доверием в партии пользовался А. Крючков. Говоря о его деятельности как руководителя РПК, а затем сопредседателя РКРП-РПК, нужно отметить его феноменальную работоспособность, умение держать удар, скромность, необыкновенную силу воли, мужество и доброту.

Руководитель Российской, затем Революционной Партии Коммунистов, а после объединения сопредседатель РКРП-РПК, главный редактор газеты «Мысль», участник движения «В защиту детства» – вот примерный круг деятельности, которой он занимался. Кроме того, контакты с руководством других партий «Роскомсоюза», встречи с жителями других городов, организация пикетов, митингов, решение всех хозяйственных вопросов и многое другое. Часто общаясь с ним, я долго не знал, что эту тяжелейшую ношу нес на пределе своих возможностей человек, страдающий неизлечимой болезнью. Незадолго до своей кончины он писал статьи, обращения к членам партии, которые я воспринимал как его политическое завещание. Он оставался на посту до последнего вздоха.

Как никто другой, Крючков умел держать удары. Мне хотя бы четверть такого умения! В РПК авторитет Крючкова был настолько высок, что даже оппоненты относились к нему с уважением. Но после объединения с РКРП ему приходилось выслушивать много грубостей и несправедливых выпадов и обвинений в свой адрес. В-основном, их говорили люди, утратившие былое первенство или думающие, что с его помощью они могут получить рычаги управления партийной организации и свести счеты со своими противниками.

Никому и в голову не пришло, что Крючков – человек другого склада, никогда не было вокруг него подковерной возни, интриг, сплетен. Он всегда решительно пресекал любую некорректность, любой неуважительный тон кого бы то ни было. Опираясь на своих сторонников, как в РПК, так и в РКРП, он решительно боролся с теми, кто вносил раздор в партийные ряды. Многие товарищи из РКРП считают, что с его приходом обстановка в Московской партийной организации резко улучшилась. До сих пор московская партийная организация живет по его заветам, решительно отвергая тех, кто вместо дела занимается болтовней, интригами, клеветой.