Чтение онлайн

Открываю. Логично, что там оказывается ванная комната. До меня наконец доходит о какой машинке идет речь. Стиралка там. Наверное, сломалась, а хозяйка ждала мастера.

Делать нечего. Если сейчас признаюсь, что я не он, мне ничего не поможет. На дисплее светятся «Е07». Достаю телефон, быстро ищу информацию в интернете. Выясняется, что эта ошибка связана с засором фильтра. Изучаю как справится с проблемой. Кажись мне все-таки сегодня везет, или бабке. Но через 15 минут проблема решена. Пришлось правда вспомнить службу в армии с мытьем полов, потому что содержимое барабана вылилось на пол. В общем, размялся и ноги промочил.

Родионова начинает совать деньги. Отказываюсь брать. Еще я старушек не обирал. Прошу напоить чаем.

Когда усаживаемся за столик в ее игрушечной кухне, задаю вопрос:

— Алла Викторовна, я по поводу другой машины. Хотел спросить вас про ваш автомобиль.

— Какой еще автомобиль?

— Белый БМВ.

— Нету у меня ничего.

— Да я знаю, что теперь нет. Автомобиль продан три месяца назад.

— Нету у меня никакого автомобиля. Говорю же, — начинает злится бабка.

Вздыхаю. Что делать? Ну не пытать же ее. Может у нее вообще деменция, ведь ей почти сто лет. Как тут сохранить ясный рассудок?

Все-таки вывожу на экран телефона фото Волохова и показываю ей.

— Знаете это человека.

Бабка щурится, рассматривает.

— А кто это? Актер что ли какой?

— Да нет, не актер.

— Откуда мне тогда его знать?

— А девушка к Вам приходила? Блондинка, глаза зеленые, худенькая такая?

— Анна? Приходила. Но давно уже.

— Может не Анна, а Алиса?

— Что я по твоему совсем из ума выжила? Говорю же Анна. Она из соц защиты. Продукты покупала, с уборкой помогала. Хорошая.

— А куда она делась? Почему не приходит больше?

— Так уехала за границу.

— А куда именно уехала, не знаете?

— Знаю, конечно же. На Кипр.

Ну и что мне это дало? Только еще больше все запутало.

— А фамилия у Анна Бекова? — вспоминаю даннные из доверенности и спрашиваю, уже выходя из квартиры.

— На знаю, — отвечает бабка, захлопывая дверь.

Кто бы сомневался!

К обеду приезжаю в офис. Настроение ниже плинтуса. Не чувствую ничего, кроме раздражения. От визита к бабке, от вечных московских пробок, от противной погоды, от самого себя. Потому что было слишком самонадеянно думать, что я вот так запросто разузнаю где сейчас находится Алиса, но я все равно надеялся.

Нахожу ее номер в списке контактов, нажимаю, делаю дозвон. В очередной раз слышу «Абонент находится вне зоны действия сети». Но это не новость. Хотя надо бы выяснить когда и где последний раз пеленговался ее номер. Вдруг на самом деле уехала куда-нибудь? Но как это сделать? Вряд ли сотовые операторы выдают такую информацию каждому желающему по первому требованию.

Понимаю, что моих ресурсов не хватает, чтобы осуществлять масштабные поиски. Поэтому иду к Евгению Петровичу посоветоваться. Все-таки у него есть опыт реальной оперативной работы. И, самое главное связи, которыми, возможно, придется воспользоваться.

Начальник службы безопасности сидит у себя в кабинете. Перед его глазами несколько мониторов, на которые выведены изображения с видеокамер, установленных внутри офиса и по периметру. Он периодически увеличивает изображение с какой-либо из камер, иногда дает какие-то дополнительные распоряжения по рации. Наблюдаю за ним несколько минут через окно, потом вхожу.

— Здорово, Андрей Андреевич.

Он всегда ко мне по имени отчеству, хоть и на ты. Такая вот у нас игра в субординацию. Хотя до недавних пор я был здесь никем.

— Привет, Петрович. Потрещать хочу с тобой по одному делу, — с этими словами показываю глазами на парнишку, который сидит за другим столом. Мол, без свидетелей.

Петрович принимает мой сигнал верно. Поднимается из своего кресла.

— Стасов, смени меня. Я обедать. До трех меня не будет, но на связи. Особое внимание четвертому сектору.

Идем в нашу столовую. Кормят тут весьма неплохо. Поэтому я тоже с удовольствием беру комплексный обед.

Занимаем столик в дальнем конце зала.

— Ну выкладывай, Андрей Андреевич, к чему вся эта конспирация? — говорит Петрович.

— Посоветоваться хочу по одному вопросу.

— Надеюсь это не касается недавних событий в «Эле-ком»? Потому что сразу скажу, не лезь в это дело. Пусть расследованием занимаются профессионалы.

Ну что-то подобное я в принципе ожидал, поэтому не делюсь своими подозрениями, а смещаю акцент в сторону личной заинтересованности, которая есть в этой истории.

— Мне надо найти человека, девушку. Но я не знаю ее фамилию. Собственно говоря и отчество тоже не знаю.

— Какие данные есть? Дата рождения, адрес проживания?

Морщу лоб, понимая, что по сути вообще ничего не знаю об Алисе.

— Только последнее место проживания в Москве, но квартиру она снимала. Возраст примерный знаю, но не точную дату рождения.

— Фото есть?

— Нету.

— Да уж, задачка. А ты уверен, что хочешь ее найти?

— Очень хочу.

— Ну тогда я бы начал с опроса людей, с которыми она контактировала. Квартирная хозяйка, соседи, друзья, знакомые, сослуживцы. Люди на самом деле могут знать намного больше, чем даже сами думают. Еще стоит проверить неопознанные трупы за период исчезновения. Если человек пропал внезапно, то нельзя отметать версию несчастного случая или преступления.

От этого предложения мне становится душно, и я буквально чувствую, как волосы шевелятся у меня на голове. Мне даже в голову такая версия не приходила, но по сути Петрович прав. Могло произойти все, что угодно. А если брать во внимание известную мне информацию о предполагаемой связи Алисы с Волоховым, то тем более такое развитие событий весьма вероятно. Тут же перед глазами всплывают фото поврежденного БМВ и обгоревшего барака, где жил Фролов.

Петрович тем временем продолжает разглагольствовать:

— Можно проверить соц сети. Вы же теперь шагу ступить не можете, не сообщив об этом всему свету. Если установить фамилию, то можно поискать родственников. По месту работы могут подать заявление в полицию. Это в том случае, если человек не уволился. При наличии ресурса можно отследить банковские транзакции. Но это уже скорее компетенция органов внутренних дел. А чтобы туда обратиться нужны данные человека как минимум.

Наверное, эти разглагольствования могли бы продолжаться еще долго, но видать моя озадаченная физиономия натолкнула Петровича на мысль, что вот не помогает это все, что он сейчас говорит.