Чтение онлайн

– Мы связаны клятвой крови. Он своей жизнью отвечает за мою.

– Звучит обнадеживающе, но я бы хотел знать подробности. Знаешь, время меняет людей.

– Но не И‑Рида.

– Рассказывай.

– Будучи курсантами, в период летнего отпуска мы отправились большой компанией в горы. И‑Рид сошел с тропы, чтобы нарвать цветов для своей девушки и, не заметив расщелину, сорвался в пропасть. При падении он ударился головой и потерял сознание, но курткой зацепился за небольшой выступ и повис над бездной. У нас не было с собой никаких спасательных средств. Мы разорвали одежду, сплели веревку, и я спустился за ним. Двоих веревка не могла выдержать. Цепляясь за выступы, мне удалось обвязать его своим концом. И‑Рида подняли, но погода резко испортилась. Началась гроза. До сих пор не пойму, как я продержался на скале десять часов. Вытащили меня уже спасатели. Потом они утверждали, что боялись поломать мои пальцы, когда отдирали меня от скалы. Вот, собственно, и все. Когда И‑Рид выздоровел, он пришел ко мне и буквально вырвал у меня разрешение провести обряд клятвы на крови. В свою очередь я дал ему такую же клятву, хотя мог этого не делать.

– Детские игрушки, – выслушав Сан‑Кома, недовольно проговорил Каянов.

– А что, если я скажу, что перед моим пленением при схватке в седьмом секторе И‑Рид подставил свой эсминец под удар ваших лазерных пушек, прикрыв мой корабль, не успевший закончить маневр уклонения? Если бы не он, мы бы сейчас не разговаривали.

– Это несколько меняет дело.

– Он не предаст. Мы просто обязаны выйти с ним на связь.

– Хорошо, а теперь не торопись и подумай, что ты ему скажешь такого, чтобы он понял, что это говоришь ты, и явился в условленное место, название которого не должно прозвучать в разговоре.

В течение трех часов Сан‑Ком предлагал различные варианты своего монолога, но Каянов постоянно находил в них какую‑нибудь зацепку, которую могла обнаружить служба контрразведки и встать на их след. Наконец он плюнул на потуги гаюна и полез в копайзер.

– Вот, что нам нужно, – через полчаса сообщил Каянов, поворачивая голоэкран в сторону Сан‑Кома.

«В святой обители покровителя космопилотов Горо сегодня в семь часов вечера состоится торжественная литургия. Никто не будет обделен милостью святого, а окрепнет духом и телом, обретет покой и уверенность в победе во благо императора, народа и своей семьи».

– Ну и что? – апатично спросил Сан‑Ком.

– Это приглашение на встречу И‑Риду.

– С чего бы это он пошел на проповедь?

– А если мы его попросим об этом?

– Каким образом?

– Духовники – такие же проныры в человеческое нутро, как и журналисты. Возможен такой вариант, чтобы местная церковь направила свое послание на каждый корабль?

– Вполне. В период моей службы такое не раз случалось.

– Вот это вместо нее мы и сделаем.

– Ты хочешь составить послание на корабли так, чтобы И‑Рид понял, что его ждут.

– Именно. А место и время указал святой Горо.

Каянов не стал больше ничего выдумывать, а просто дополнил церковный призыв несколькими строками.

«Где бы ты ни был. Какому риску ни подвергала бы тебя жизнь, в горах или в воде, в воздухе, на земле или в пространстве, пусть всегда протянется к тебе рука друга, скрепленная кровной клятвой, освященной самим Горо».

– Что ты теперь скажешь? – спросил разведчик.

– Если он это увидит, то поймет, – уверенно проговорил Сан‑Ком.

Быстро смонтировав послание, Каянов отправил его величество в город. В одном из тихих скверов недалеко от святой обители Сан‑Ком раскрыл копайзер. Войдя в сеть, он сбросил по имевшимся кодам заготовленное послание на все корабли, висевшие на орбите, и отправился по магазинам.

Вернулся он с сумкой, в которой лежала форма лейтенанта космических сил империи.

– Почему я должен был купить именно лейтенантский мундир? – спросил имперец, выкладывая покупку.

– Ваше величество, бесспорно, может присвоить себе и чин адмирала, но в этом случае вы будете видны даже в толпе, как баннер на дороге. Все будут на нас пялиться, как бы ножку адмиралу не отдавить и не вызвать гнев высокого начальства. Капитанские погоны вам тоже сегодня не подойдут. Командиры кораблей наверняка очень хорошо знают друг друга. Чин лейтенанта сегодня для вас самый подходящий.

– Да понял я, понял. Гвоздь среди гвоздей. Опять ваши шпионские игры.

– Можно и так сказать, – ответил Каянов и продолжил инструктаж.

– Увидишь И‑Рида, сразу к нему не подходи, – инструктировал Каянов имперца. – Осмотрись осторожно вокруг, не наблюдает ли кто за ним. У нас говорят «Береженого бог бережет, а небереженого конвой стережет».

– У меня он уже есть.

– Очередная ошибка, ваше величество, – возразил разведчик. – Я ваш телохранитель и советник в одном лице, положенные вам по статусу. Вот так меня и воспринимайте.

– Хорошо, мазан советник, – с легким раздражением проговорил Сан‑Ком. – Что я делаю в храме?

– После службы офицеры наверняка захотят расслабиться. Ресторан. Девочки. Карты. Кто‑нибудь обязательно пригласит И‑Рида в свою компанию.

– Это обязательно, но он не пойдет, ожидая встречи со мной.

– Правильно, но мы в свою очередь обязаны его предупредить о наших планах.

– Каким образом?

– Твой друг понимает, что встреча носит тайный характер, судя по способу приглашения. Он подготовит себя к разным вариантам. В том числе, возможно, сообщит и в контрразведку.

– Он этого не сделает.

– Но мы должны быть готовы и к такому варианту. Сейчас ты напишешь записку, в которой укажешь место встречи. В толпе, входящей в храм, пристроишься за своим другом, передашь ее ему и сразу отстанешь, скрывшись за чужими спинами.

– Вот, смотри. Вокруг храма на расстоянии пятидесяти метров вся площадь засажена деревьями. К храму ведут три аллеи. По окончании службы он должен идти по южной, которая упирается в площадь. Вот здесь стоянка такси. – Каянов указал на карте пальцем. – Если за ним будет хвост, то я его засеку еще на аллее. Перекроют выходы из аллей, у меня тоже будет время вычислить наблюдателей на площади, так как в храм я не пойду. При отсутствии наблюдения ты получишь сигнал, что все чисто. Вы встречаетесь вот в этом кафе. Я жду в такси напротив соседнего магазина. У них может быть только один приказ – взять тебя живым, поэтому оружие они применять не будут. Столик займи у окна. В случае опасности уходи прямо через него и прыгай в машину. Никакой стрельбы, это я беру на себя. А теперь садись и пиши записку.

«Уходишь по южной аллее одним из последних через площадь. Левая сторона. Кафе Тубук. Стол у окна. Жду».

– Коротко и исчерпывающе, – прочитав записку, резюмировал разведчик.

– А что у нас по варианту с И‑Фаром?

– Все будет зависеть от срока нашего отлета. Нам усиление контроля на космодроме и активизация службы контрразведки на кораблях ни к чему.

Каянов страховался. Сейчас ему было все равно куда лететь, лишь бы подальше от Инфы. Слишком короткий путь проделали два контрразведчика от места своей высадки и очень открыто. Можно сказать, с помпой высадились с челнока корпорации концерна «Изумаду». Теперь следовало обрубить возможную линию розыска, если таковая появится в головах контрразведчиков.

Сбор всех членов группы Шамана был запланирован на Дебе, расположенной в каких‑то десяти парсеках от Гаи. Каянов еще не сыграл в запланированной игре против Ю‑Сима. Это надо было сделать в другом месте. Крейсер под командованием И‑Рида должен был унести непрошеных гостей империи подальше, оборвав след.

По прибытию на Инфу Сан‑Ком обратил внимание, что его сопровождающий ломает голову над какой‑то проблемой, и прямо спросил об этом Каянова.

– Нам нужно оставить здесь след организации, на членов которой ты опираешься, – ответил разведчик.