Чтение онлайн

— И вновь я сожалею.

Она пожала одним изящным плечом.

— Возможно, это было даже на пользу. Так я поняла всё, что мне было нужно знать о Бирике. В ту ночь лидер нашего клана, верховный колдун, сказал маме, что я обязана пойти с Бириком — он слишком силён и опасен, чтобы противиться. Но, когда я легла спать, мама пришла ко мне и сказала бежать. За пару лет до этого, я подружилась с одной человеческой девочкой, жившей по другую сторону леса, мы даже несколько раз играли. Она хотела, чтобы я отправилась к ним, считая, что люди смогут меня спрятать. — Скай покачала головой, и посмотрела на него со страхом. — Я так боялась, что Бирик убьёт мою подругу и её семью, как убил собаку. И я точно знаю, что именно так он и поступил бы. В тот вечер я спряталась в лесу за домом, чтобы мама не попыталась увести меня и подставить себя, а когда наступило утро, пришла к Бирику и сказала, что пойду с ним. — Она прижалась щекой к коленям. — Не знаю, простила ли меня мама за это, — Скай говорила тихо и нежно, словно сама с собой. — Она была так расстроена.

— Простила. Неважно, Скай, понимала она, зачем ты это сделала или нет, но никогда не винила тебя за это. Она лишь пыталась тебя защитить.

Скай подняла голову и взглянула на него с благодарностью в глазах.

— Надеюсь, что ты прав. Не знаю, спасла ли я кого-то в итоге. Быть может, уже у всего моего клана забрали души.

— Ты никогда больше не видела свою мать?

— Нет, я больше никогда ничего о них не слышала. Они исчезли из моей жизни. Я часто мечтала сбежать от Бирика и вернуться, но не знала, где они. — Она ближе притянула колени к груди и уставилась в пустоту. — После того, как мы ушли из клана, Бирик привёл меня в пещеры и показал ритуальные танцы Магов. Хотя я противилась танцевать обнажённой, но Бирик настаивал. Затем он вывел меня на улицу и сказал призвать животных. Пришли десятки. Оглядываясь назад, я понимаю — его бесило, что я могла призвать разные виды, а он только змей. Когда он выбрал самую красивую олениху и её оленёнка, мы привели их в ритуальную пещеру. Я обрадовалась, ведь была напуганной и одинокой, а животные меня утешали. Бирик обещал, что они посмотрят на мой танец. — У него скрутило живот. — Он убил их прямо передо мной. — Она поджала губы, а через пару секунд кивнула. — Я была шокирована и отказалась танцевать. А потом пыталась сбежать, но всё напрасно. Каждую ночь он тащил меня в ритуальную пещеру, но я продолжала отказывать. Он наказывал меня самыми разными способами: забрал из той комнатки, которую для меня подготовили его люди, и кинул туда, где приковал тебя; отобрал одежду; морил голодом, но я всё равно отказывалась танцевать. И вот однажды ночью, он решил наказать меня иначе. Схватив за волосы, он потащил меня в ритуальную комнату, по лестнице, о каменные ступени которой я билась обнажённой спиной. Но я всё равно не стала делать того, что он хотел. Он швырнул меня на пол и изнасиловал, а затем приказал остальным колдунам сделать то же самое. И они один за другим часами меня насиловали. — Пэнтер был в шоке от пережитых ужасов Скай. От ярости в ушах стоял барабанный бой, Пэн оскалился, представляя, как каждого из этих ушлёпков он разрывает клыками пантеры. — Каждый раз после насилия, он приказывал танцевать, и я отказывалась. Мои создания стояли там и наблюдали за мной, и ради них я не сдавалась.

Пэн уважал её храбрость и решительность. Ей было восемь.

— Ты упрямая.

К его удивлению, она улыбнулась. Слабо и лишь одним уголком губ. Улыбкой, не коснувшейся глаз, но, тем не менее, улыбнулась

— В ту ночь я обрезала волосы, чтобы он больше никогда не смог затащить меня наверх по лестнице, и больше их не отращивала. У Бирика огромная сила, а заставить танцевать он меня не мог, поэтому и бесился. Он приковывал меня, как и тебя, и пользовался мной неделями, обещая, что остановится, когда я начну танцевать. А затем, одному из его колдунов пришла в голову мысль о кэнтрике.

— Поместить его тебе в сердце. Ты могла умереть.

— Для него я была бесполезна. С кэнтриком в сердце, я сопротивлялась больше не ему, а себе. Каждую ночь… — Она закрыла глаза и содрогнулась

Пэнтер попытался представить ту упрямую, но решительную девочку, страдающую от таких порезов, и почти рухнул на колени.

— Это единственное наказание?

— Нет… хотя я не представляю, что за заклинания он туда поместил. Я не могла покинуть гору. Каждая попытка заканчивалась тем, что я врезалась в невидимую стену, и на меня накатывала волна невероятной боли. Я не представляю, как ты вынес меня.

— Ты была без сознания. Если ты и страдала, то я не знал об этом. — Он нахмурился, когда в голову пришла ещё одна мысль. — Как ты оказалась в Магазине? Чары настолько растягиваются?

— Совсем недавно такими стали. После появления Вайпера, Бирик задумался, какую силу я смогу получить с диким. Между мной и Вайпером появились искры, но не те.

Что-то кольнуло в груди.

— Вайпер навредил тебе?

— Не совсем. Он поцеловал меня, а мне было противно. Я никогда не могла призвать змей, да и с бездушными плохо контактировала.

— Он не бездушный, — тут же возразил он, но заметив, как Скай напряглась, смягчился. — Его душа ещё там. И я собираюсь найти способ освободить его.

Она посмотрела ему в глаза

— Надеюсь у тебя получиться.

Пэнтер кивнул. Получится.

— Продолжай.

— Вайпер заверил Бирика, что придут другие Дикие. Он знал, что ты придёшь его искать. Так что Бирик растянул чары до Магазина. — Её губы тронула мимолётная улыбка. — Впервые с самого детства я смогла увидеть мир. Я два дня провела в Магазине, смотрела телевизор, листала журналы и пускала слюни на всю вредную еду, пока, наконец, не появился ты.

— Пускала слюни? Ты ничего не покупала?

— У меня не было денег.

Это простое заявление подтвердило, что у неё не было сил контролировать разум человека и брать то, что хотела. Опять же, он подумал о том, что даже если бы смогла, Скай не стала бы так поступать. Не в её природе воровать, как и убийство невинных. Он не понимал, откуда такая уверенность, но мог поставить на это все деньги.

— Откуда Вайпер узнал, что я окажусь в Магазине?

— Он единственный на всей горе.

Пэнтер обдумал ей слова.

— Я не верну тебя.

— И я не хочу возвращаться. — В её глазах сияла сила. — Я говорила то, что думала. Я не стану освобождать дименов. — В сине-медных глазах вспыхнуло пламя, когда Скай встала на колени. — Пэнтер, ни тебе, ни твоим людям я не враг. Я ненавижу Бирика и ненавижу все его деяния, и сделаю всё, чтобы помочь вам остановить его. Всё, что потребуется. Знаю, ты никогда не станешь мне полностью доверять, но в это поверь. Прошу.

Он оттолкнулся от стены и подошёл к ней, манимый и жаром её слов и самой женщиной. Скай не отстранилась, когда он сел на край кровати, всего в дюймах от её колен.

— Я верю тебе. — Он взял её за руку. — Но хочу, чтобы ты мне тоже верила. Поверь, когда я говорю, что не бью женщин, не без причины. — Большим пальцем он начал рисовать круги на её руке, и от прикосновения искры наслаждения проникали в него. — Мне потребуется время привыкнуть к медным ободкам твоих глаз. Они как символ того, что я так долго пытался забыть. — Он потянулся к её лицу и обрадовался, что она не отпрянула. Когда он скользнул пальцем по линии её подбородка, между ними в воздухе искрило понимание. — Но тебе, Скай, я не наврежу.

К его удивлению, она протянула руку и так же, как и он, скользнула пальцем вдоль линии его челюсти. Её глаза наполнились нежностью и блеском, отчего сердце в груди ёкнуло.

— Что бы ни случилось, — тихо проговорила она и провела пальчиками по его щеке, заставив до боли хотеть стиснуть её в объятиях. — Не важно, что тебе придётся со мной сделать, хочу, чтобы ты знал — ты лучший мужчина из всех, кого я встречала.

Он хотел возразить. Он хотел её только защищать, но не мог такое обещать. Особенно, когда так много не знал о её роли во всём. Кроме того, её слова пробудили совесть.

— Как ты можешь так говорить, когда я причинил тебе столько боли?

Он не только грубо с ней обращался, но напугал их обоих тем, что почти сделал в тюрьме.

— Ты никогда не причинял мне боли без причины. Никогда не делал этого забавы ради. — Она запутала пальцы в его волосах, расчесала их, заставляя его захотеть мурчать. — Даже когда напугал, даже когда я думала, что ты побьёшь меня, я понимала почему. То, что я схватила тебя достойно осуждения.

— У тебя не было выбора.