Чтение онлайн

— Зиланд, отпусти меня.

— Проклятье, Джулианна, поговори со мной. Что происходит? Я всегда мог читать тебя, но сейчас провалился. Прости, что бросил тебя десять лет назад. Это непростительный поступок, но у меня была на то причина. И я всегда думал, что ты знаешь её. Ты понимаешь, почему я ушёл?

Он поднял её лицо за подбородок, заставляя посмотреть на себя. Джулианне пришлось сморгнуть слёзы, чтобы чётко увидеть Зи.

— Зи, не заставляй меня говорить о ней. Я знаю причину, видела на твоём лице, слышала ярость в голосе, когда ты приказал мне возвращаться в комнату. Почувствовала отвращение, когда ты меня оттолкнул.

Ей нужно было подождать ещё пять лет, но она не могла — слишком сильно любила и хотела Зиланда. К полному унижению Джулианны у неё потекли слёзы. А к огорчению — Зи начал улыбаться. Грустная улыбка, которая не коснулась глаз, но всё равно улыбка.

— Ты ошиблась, сладкая. По всем пунктам. Я не чувствовал ни отвращения, ни гнева. Не к тебе. Два года я ходил по лезвию ножа контроля, желая тебя. Но ты была слишком молода. С каждым днём мой контроль становился слабее, потому что ты начинала чувствовать то же самое. Я видел желание в твоих глазах, но ты была так молода!

Джулианна покачала головой.

— Остановись. — Он не мог просто переписать десять лет её жизни.

Но Зиланд не остановился.

— И когда ты предложила лишить тебя девственности, я едва сдержался, чтобы не сгрести тебя в объятия и не впиться в твои губы поцелуем. И если бы так и сделал, не смог остановиться, дал бы тебе именно то, о чём просила. Именно то, чего мы оба хотели. Поэтому, воспользовавшись последней унцией силы, которой обладал, я оттолкнул тебя и приказал уйти, прежде чем нарушить закон нашей расы. А затем ушёл, проложив океан меж нами, чтобы не потерять решимость, пока ты не достигнешь совершеннолетия.

— Почему ты мне не сказал?

— Думал, ты знаешь

— Почему же тогда не звонил? Я думала, ты забыл меня.

Зиланд застонал.

— Я не мог перестать думать о тебе. А если бы услышал голос… не думаю, что смог остаться в стороне. Поэтому спрашивал о тебе у Серенити и Грее, солнышко, почти каждый день. Почти каждый чёртов день.

Она смотрела на него с недоверием и удивлением.

— Я не подозревала. Знала лишь, что они с тобой разговаривали, но они никогда не говорили, что ты обо мне спрашивал.

— Я попросил не говорить. Подозревал, что ты попробуешь меня отыскать.

— Я могла. — Если бы знала, что она небезразлична ему, что он не испытывает к ней отвращения. Её сердце гулко забилось, пытаясь стряхнуть с себя десятилетний груз той ночи, но что-то всё равно не укладывалось.

— Если ты ждал моего совершеннолетия, почему не вернулся на двадцать пятый день рождения?

Он наблюдал за ней пару долгих минут, с задумчивым и болезненным выражением лица.

— Не знаю, — сказал он, наконец.

А она знала. В какое-то мгновение за эти десять лет, ей стало всё равно. На самом деле, ничего не изменилось. Может он и ушёл не по той причине, по которой она думала, но это то же самое.

— Зиланд, всё случилось так давно. Мы уже совсем другие. — Он даже не представлял, насколько она стала другой. Она даже не та, кем они её все считали, буквально.

Зиланд положил руки ей на щеки, в его глазах читалась теплота и нежность.

— Джулианна, я так долго был вдалеке, но теперь я здесь. — Он поглаживал большим пальцем её по скуле, отчего мурашки нежности пробегали по телу.

С решимостью он произнёс:

— Я не переставал хотеть тебя.

От его слов поток жара устремился в центр её естества, а пульс ускорился. Но с потоком желания пришло смятение, которое гораздо хуже неизвестности. Как она могла оттолкнуть его, когда лишь хотела прижаться к нему? Джулианну манило тепло его пальцев и нежность в глазах.

— Прости, Зиланд, но я уже не чувствую того же. — К её облегчению, прозвучали с нужным количеством сожаления. Но, судя по выражению его лица, он не верил. Ни капли.

Он легонько коснулся подушечкой большого пальца её нижней губы, заставив ахнуть. Джулианна говорила себе уйти, отступить, но не могла. Его прикосновение поймало в сеть эмоций, а душой завладело изумление. Она не была противна Зиланду. Он всегда её хотел. Но уже поздно.

— Джулианна, ты никогда не была лгуньей, — тихо проговорил он. — И не надо лгать сейчас.

Как оказалось, вся её жизнь сплошной обман.

— Зиланд, отпусти меня.

Но вместо этого, он начал наклоняться, словно хотел её поцеловать. Джулианна запаниковала. Она так долго этого хотела, мечтала об этом, и если сейчас Зиланд её поцелует, она сдастся. Джулианна отвернулась, и его губы коснулись её щеки, а от выдоха шевельнулись волосы на виске. Она задрожала.

— Нет.

Он проигнорировал её мольбу, и спустился поцелуями по скуле к изгибу уха и вниз по линии подбородка. Её тело дрожало и горело.

— Зиланд, прошу.

Он держал её в плену, опускаясь и дразня губами ниже, к чувствительной коже шеи. Сколько раз она мечтала об этом? О том, как Зиланд обнимает её, как мужчина обнимает женщину? Как Зиланд хочет её?

— Зи. — Судорожно вдохнув, она потянулась к нему, и воля рухнула под тяжестью тоски. Дрожащими руками Джулианна обхватила голову Зиланда, когда он низко опустился к шее. Он глубоко вдохнул, словно хотел втянуть её всю в себя и никогда не отпускать, затем медленно поднял голову и вгляделся в её глаза, пробуя раскусить тайны. Страх поднял уродливую голову, но испарился при виде лица возлюбленного. Этого нежного, но строгого лица с выражением дикой страсти. Страсти к Джулианне.

— Тебя, правда, влечёт ко мне, — выдохнула она, едва в это веря. Десять лет она считала, что противна ему.

Он рассмеялся, но звук вышел низким и приглушенным.

— Словом «влечёт» не опишешь того, что я чувствую, солнышко. — Он наклонился к ней, и в этот раз она его не оттолкнула. От первого, лёгкого касание его губ, у неё чуть не подогнулись колени.

Сколько лет она мечтала об этом? И всё же мечты не шли в сравнение с реальностью. Его губы, мягкие, как шёлк, но тёплые и требовательные, двигались по её. С каждой секундой поцелуй становился всё настойчивее, отчаяннее. Аккуратно обняв её лицо руками, он разомкнул её губы языком и проник в рот. Джулианна ахнула, а затем застонала, когда Зиланд чувственно погладил её язык своим. Чувства сошли с ума от чисто мужского вкуса Зи. Джулианна затрепетала, жар пронёсся по всему телу и скопился между ног. Она прижалась к Зиланду и обняла его за шею, полностью отдаваясь во власть поцелуя. Отдаваясь Зиланду. Он крепче обнял её, прижимая к себе так, что она почувствовала его сердцебиение и налитый стержень, вжавшийся ей в живот.

Зиланд исследовал языком её рот, даря чувственное наслаждение и, словно учась чувствовать Джулианну. Она застонала, когда он обхватил её затылок и склонил голову сначала в одну сторону, затем в другую, углубляя поцелуй.

Если он сейчас задерёт ей платье и разведёт ноги, откажет ли она? Нет. Небеса помогите, но нет.

Словно прочитав её мысли, он скользнул рукой вдоль её спины и ниже, а затем начал поднимать подол платья. У неё ёкнуло сердце.

Звук мужских голосов прорвался сквозь дымку похоти за мгновение до того, как открылась дверь. Зиланд отпустил Джулианну, и она отвернулась, скрывая унижение, когда Грейсон и ещё двое мужчин вошли внутрь.