Чтение онлайн

На Остапа Афанасьевича навалился боец посильнее и начал оттеснять, периодически косясь на меня. Я припал на одно колено и пустил воздушное лезвие ему по ногам, полностью перерубая ту, что ближе. Голова покинула воина секундой позже.

Ещё двоих бойцов, чудом просочившихся мимо Степана и барона, мы быстро прикончили общими усилиями, второму из них я вскрыл своим приёмом горло. В пылу боя всё кажется нормальным, а когда до меня дошло, что я только что лишил человека жизни, пусть даже врага, мне стало дурно.

– Эй, шустрый бастард, ты в первый раз кровь видишь? – удивлённо воскликнул Виктор, обернувшись ко мне. – Чего так запереживал? Он же шёл тебя убить, ты опередил, о чём сожалеть?

– Дебют, – выдавил я с трудом, потом наклонился через перила моста и выдал в реку большую часть утренней яичницы.

Меня всю жизнь учили ценности чужой жизни и здоровья. не убий, не навреди. А тут двоим нагрудники вскрыл, потом нога, горло. В бурлящие воды вышли остатки яичницы.

– Крепись боец, это только начало, твоя жизнь будет долгой! – подбодрил меня Остап Афанасьевич, похлопав по плечу. – Поддержим наших.

Не дожидаясь моего ответа, старик, который только что бился, как молодой, бодрым шагом двинулся вперёд, где продолжали сражаться барон и Степан. Каменский теснил противника, уводя в сторону, а бывалый вояка сражался сразу с несколькими бойцами, уйдя в глухую оборону, не давая при этом никому прошмыгнуть мимо себя.

Мы обошли Степана и включились бой, сразу обеспечив перевес в нашу пользу. Несколько оставшихся бойцов противника начали отступать, потом вовсе пустились бежать без оглядки, побросав мечи на дорогу. Наш ветеран лишь громко засвистел им вдогонку, даже не пытаясь догнать, не сделав ни шагу.

– Тьфу, куракинское отродье! – выругался Степан, вытер меч о плащ лежавшего неподалёку убитого вражеского воина и убрал в ножны, потом снова схватился за рукоять, обернувшись на барона.

Жёсткий поединок Каменского с главарём вражеского отряда продолжался. Оба уже были обессилены, на одежде одного и другого тут и там виднелась кровь, но никто из них не собирался сдаваться.

– Стой! – сказал мне Степан, придержав за руку, когда я двинулся было на помощь. – Это их личное дело, барон просил не вмешиваться.

Мы вчетвером застыли у края дороги, наблюдая за напряжённым поединком. Движения соперников были уже более вялыми, на последнем усилии воли. Внезапно противник ранил Каменского в плечо, тот отшатнулся и невольно вскрикнул, меч с глухим стуком упал на утоптанную землю.

Главарь куракинской банды уже начал замах для последнего удара, когда мы рванули вперёд. Понимая, что мы не успеваем, я резко махнул напитанным маной клинком, отправляя во врага невидимое воздушное лезвие. Его меч уже разгонялся для добивания барона, когда невидимое лезвие как следует полоснуло его по предплечью, заставив выпустить клинок, тут же отлетевший в сторону. Через секунду рядом с ним оказался Степан, направив в его горло свой объятый сиреневыми всполохами клинок.

– Замри или я расплавлю тебе кадык! – рыкнул Степан.

Вражеский главарь медленным движением сбросил с головы капюшон и вяло улыбнулся. Это был довольно крепкий мужчина лет пятидесяти с проседью в аккуратно подстриженной бородке. От полученных ран и усталости его пошатывало, но он сохранял гордый вид и надменную улыбку.

– Ты? – удивлённо протянул Степан.

– Он, он, – вяло кивнул Каменский, обессиленно опускаясь на землю.

Лицо главаря встретивших нас на мосту наёмников я видел впервые, но Степан и Борис Николаевич его явно знали и пребывали в лёгком шоке. Видимо готовы были видеть кого угодно, но только не его.

– Неожиданно, – тихо произнёс Степан, не убирая тем не менее свой смертельно опасный клинок от горла своего старого знакомого. – Только теперь ещё больше хочется снести тебе голову с плеч. Лучше бы я тебя не знал. Лучше бы не помнил, как мы стояли плечом к плечу на Рубежах, как спасали друг другу жизнь. Так было бы легче сейчас.

– Какой ты стал сентиментальный, однако, Степан, – усмехнулся мужчина с бородкой. – У меня к тебе ничего личного, так же, как и к барону. Мне нужен был он, – мужчина кивнул в мою сторону. – Много предложили, сложно было отказаться.

– Хватит с ним разговаривать, Степан, – слабеющим голосом сказал Каменский. – Наручники и в дилижанс его, сдадим жандармам в Боровске.

– Виктор Тимофеевич, дайте наручники, – ледяным тоном сказал наш ветеран.

Парень метнулся к дилижансу, пленный стоял неподвижно, поглядывая на мерцающий фиолетовым клинок и надменно улыбаясь. Я никак не мог отвести от него взгляд, ведь этот человек взял деньги, пообещав убить меня. Вполне понятная история, если бы касалась кого-то другого.

Каменский вдруг застонал и повалился на бок. Я ринулся к нему и теперь увидел довольно глубокую рубленую рану на правом плече, из неё хлестала кровь. Я не увидел её раньше, так как барон зажимал её рукой, теперь он находился на грани потери сознания. Кроме этой раны я увидел ещё несколько кровавых пятен на одежде, но эта была самой опасной.

– Витя, давай ремень или шарф, может что-то подобное, – крикнул я парню, который в этот момент надевал наручники на пленника. – Да побыстрее, надо кровотечение остановить. Борис Николаевич, – тут мой голос чуть не сорвался. – Держитесь, не закрывайте глаза!

Сам я тем временем приложил к ране ладонь и подал в неё ману, постепенно усиливая поток, как учил меня Александр Фёдорович. Резкое охлаждение значительно уменьшит кровотечение за счёт спазма сосудов, успокоит нестерпимую боль.

Каменский сначала поморщился, даже захрипел, но потом успокоился, когда мой навык начал работать. Кровотечение замедлилось, я наложил принесённый Виктором Тимофеевичем импровизированный жгут ближе к плечевому суставу и продолжил воздействовать на рану магией, кровотечение теперь полностью прекратилось.

Эх, жалко, что я не целитель, рана начала немного затягиваться, очень медленно, но заметно, отнимая у меня при этом слишком много сил.

– Михаил Фёдорович… – слабым голосом произнёл барон, косясь на результаты моих действий. – Вы ведь говорили, что только ветерок пускать умеете, а тут вон оно что. Холодом потянуло, словно из погреба.

– Молчите, Борис Николаевич, – строго сказал я, продолжая своё воздействие. – Энергию берегите. Кровотечение полностью успокоилось, сейчас наложим повязку, но нужен грамотный лекарь.