Чтение онлайн

После этого все дружно замолчали и неторопливо ковыряли вилкой содержимое тарелок, в воздухе буквально потрескивало напряжение, возникшее без весомого повода. Спустя несколько минут первым тишину нарушил Дмитрий:

– А что это за меч у тебя висел на перевязи? – спросил он осторожно, чтобы никого опять не разозлить. – Откуда он взялся? Выглядит каким-то старым, невзрачные ножны. Какой-то странный голубой кристалл, довольно крупный.

– Зато получше многих красивых будет, – ответил за меня князь. – Даже твой пламенеющий клинок ему не чета.

– Ого! – воскликнул Дима и у него вытянулось лицо от удивления. – Ну а…

– Лежал у нас в хранилище, – не дал ему договорить отец. – Ещё мой дед его туда положил до моего рождения, добыл в одной из битв. Я не раз спрашивал его об этом мече, но он постоянно отшучивался, сказал только, что это оружие мага воздуха. Дед говорил моему отцу, что победить того мага удалось только чудом и то с подавляющим численным перевесом. Маг мог уйти в любой момент, но у него не было выбора, он прикрывал своих и ему пришлось пожертвовать собой. Больше я ничего не знаю.

– Ого! – снова воскликнул Дима, удивившись ещё больше и с тем же вытянутым лицом посмотрел теперь на меня, словно я материализовавшийся призрак древней могущественной силы.

У меня же от слов Фёдора Алексеевича и реакции Димы побежали мурашки по спине. Появилось ощущение прикосновения к какой-то тайне древности. Хотя, получается, что это сражение было не так уж давно, чуть больше полувека назад, не особая древность. Меч, ставший теперь моим, я буду хранить как зеницу ока.

В голове навязчиво крутилась ещё одна мысль, а не имеет ли вся эта история какого-то отношения к прежнему Михаилу? Может он, то есть теперь я, на самом деле не бастард Пожарских в каком-либо поколении, а потомок того самого мага? Может этот клинок почувствовал родную кровь и помог мне в этой поездке?

Если я даже произнесу эти вопросы вслух, мне на них вряд ли кто-то ответит. Даже если знает этот ответ.

– Михаил, ты уже поел? – спросил меня вдруг князь.

Я в это время и правда отложил вилку и просто смотрел перед собой, погружённый в размышления.

– Да, отец, – коротко ответил я, возвращаясь в реальность.

– Тогда идём, нам с тобой надо навестить нашего незаменимого барона, – негромко сказал мужчина, решительно поднимаясь из-за стола.

Я быстро поднялся и поспешил за ним. Не прощаясь с остальными, мы быстрым шагом вышли из обеденного зала. Софии было приказано следом не ходить. Мы ушли в один из отрогов центрального коридора и начали спускаться по лестнице. Я продолжил в уме дорисовывать карту замка, здесь ещё ни разу не был.

Судя по стенам, полу и потолку, мы спустились намного ниже уровня земли и вышли в длинный относительно узкий, скудно освещённый редкими факелами коридор, охраняемый у начала двумя стражниками в доспехах, которые вытянулись по струнке при виде князя. В стеновых нишах я увидел тяжёлые железные двери с мощными замками. Похоже, это было подобие тюрьмы.

Пройдя немного по жуткому коридору, мы остановились перед дверью, которая была приоткрыта. По бокам от двери стояли ещё двое стражников с магическими мечами наголо. Пожарский вошёл первым, я последовал за ним. Предположения подтвердились, это была пыточная, но инвентарь, который я видел когда-то в музее, стоял здесь вдоль стен в качестве экспонатов.

В центре помещения стояло грубо сработанное массивное деревянное кресло, к которому был жёстко прикован тот самый главарь. Сейчас на его лице не было той гордости и надменности, что присутствовала даже когда он лежал пригвождённый копьём к земле. Сейчас это лицо было безвольным и словно поникшим. Следов физических пыток на нём я не увидел, но заметил на его голове странную тонкую серебряную корону, украшенную мерцающими камнями.

Барон Каменский на момент нашего появления сидел в дальнем углу на скамье, привалившись к стене, теперь с усталым видом вышел нам навстречу.

– Что удалось узнать, Борис Николаевич? – спросил Пожарский, с некоторым отвращением посмотрев на прикованного пленника.

– К сожалению, гораздо меньше, чем хотелось бы, – ответил со вздохом барон. – Его наёмщик особо не делился с ним информацией, что вполне логично. Сказал только, что Иван Ярославович добавит к и так немалому гонорару вдвое больше, если он доставит бастарда живым.

– По крайней мере мы теперь точно знаем, что это Куракин, – князь отчётливо скрежетнул зубами.

– Вот только о других нападавших на нас он ничего не знает, – развёл руками Каменский. – Видимо их нанимали по отдельности разные представители рода Куракиных.

– А что сказал тот, которого мы передали жандармам в Боровске? – спросил я, глядя в упор на пленника.

Складывалось впечатление, что у него случился инсульт. Лицо не выражало абсолютно ничего, как у безвольного идиота. Стало даже немного жутковато.

– Тот пленник нам не сказал ничего, – со вздохом сказал барон. – И начальник стражи городских казематов тоже ничего ценного не сказал, даже под этой короной. Ему предложили много золота и пригрозили расправой над семьёй, он не устоял. Примерно, как я и предполагал, взялись очень серьёзно.

– Хоть на край света беги, – тихо сказал я.

– Зачем же на край света? – спросил князь. – Достаточно поступить в академию, и ты уже в безопасности. Или не выходить никогда из стен этого замка, усилим артефактную защиту и всё. Только это не лучший вариант.

– Значит академия, – сделал я вывод. – Уже через неделю начнутся вступительные испытания.

– Наставники усиленно займутся тобой на этой неделе, – сказал Фёдор Алексеевич, обернувшись ко мне. – Говорят, что ты уже неплохо подготовился, должен справиться, надо лишь заполнить некоторые пробелы. Сегодня тренировки с Иваном Захаровичем не будет, сейчас тебя ждёт в твоих покоях алхимик, так что иди. После ужина придёт Трифон Афанасьевич, а боевые тренировки будут завтра днём по расписанию. Сам дорогу найдёшь или дать тебе провожатого?

Я представил себе, как меня ведёт словно заключённого по коридорам закованный в зачарованные латы стражник и замотал головой.

– Найду сам, спасибо, – решительно сказал я, хотя не был уверен на все сто.

– Тогда иди, за ужином встретимся, – сказал Пожарский, кивнув мне на дверь.

Я молча развернулся и вышел из пыточной, испытав при этом облегчение, находиться там было очень неприятно. Хоть там в привычном смысле слова никого и не пытали, уйти поскорее я счёл за благо. О чём они ещё хотят поговорить с пленным мне было не особо интересно, главное для себя я узнал. Впереди академия, а там дети Куракиных всем скопом, правда нас всё равно будет больше. А ещё Прасковья, тёмная лошадка.

Идти одному по полутёмным лестницам и коридорам оказалось ещё неуютнее, чем до этого вместе с Пожарским, но это ерунда по сравнению с остальными проблемами. Осталось теперь немного напрячь память и вспомнить все повороты, что в итоге оказалось не так уж и сложно.

– У меня есть идея, Фёдор Алексеевич, – тихо сказал Каменский, когда шаги Михаила затихли вдали.

– Какая же? – грустно ухмыльнулся князь и кивнул на безвольного пленного. – Надеюсь не отрезать этому бедолаге руку ржавой пилой?