Чтение онлайн

— Митч тоже едет, так что мы можем взять несколько человек, — заявила Мара, и при ее словах я отвлеклась от телефона и посмотрела на нее, потому что внезапно забыла, что хотела сделать, так как хотела встретиться с Великодушным детективом Митчем Лоусоном.

— Я приехала сюда на такси, Тэк сказал, что задержится, поэтому решил, что сегодня вечером будет у себя дома. Я поеду с тобой и Митчем, — сказала я ей.

— Круто, — тихо ответила она и улыбнулась мне.

Я вернулась к своему телефону и успешно ударила по контакту Тэка, приложив телефон к уху, слушая гудки.

Телефон издал только один гудок, а затем его голос с хрипотцой донесся до меня:

— Все нормально?

Черт, мне нравился его голос. Даже по телефону.

— Нам нужно поговорить, — заявила я.

Затем наступила тишина.

— Повтори еще раз?

— Где ты находишься? — Спросила я.

— В компаунде пью с ребятами, — ответил он.

— Нам нужно поговорить. Сейчас или почти сейчас. У меня, когда, конечно, я попаду к себе домой и ты тоже приедешь. Митч и Мара подвезут меня.

— Нам нужно поговорить?!

— Да.

— О чем?

Я загородила ладонью телефон и прошептала так, чтобы он понял всю тяжесть моего вопроса:

— Обо всем.

— Вот дерьмо, — пробормотала Эльвира.

— Господи, — пробормотала Камилла.

— О Боже, — прошептала Гвен.

— Обо всем? — Переспросил Тэк.

— Абсолютно… обо всем.

— Это займет много времени, Рыжая, — заметил Тэк.

— Нет. Все, о чем нам нужно поговорить, потребует от тебя ответов — «Да» или «Нет».

— Уже почти два часа ночи, — заметил Тэк.

— Ты слишком занят, чтобы поговорить обо всем, о самых важных вещах... в жизни? — Спросила я серьезно, но пьяной серьезностью, и пьяная часть была заплетающимся языком намного больше, чем положено.

Затем наступила тишина:

— Ты напилась?

— Полностью и бесповоротно.

— Во что ты одета?

— Кого это волнует?

— Меня.

— Почему?

— Потому что ты напилась, хотя и была со своими девочками, но каким-то образом разозлилась на что-то, как только я успокою тебя по поводу того, на что ты разозлилась, разозлю тебя по-другому поводу.

У меня подогнулись пальцы на ногах. Потом я почувствовала раздражение.

— Хватит меня возбуждать, когда меня волнует мое будущее счастье! — Рявкнула я.

— О господи, — пробормотала Эльвира.

— Отлично, — прошептала Гвен.

— Почему я вдруг захотела, чтобы у меня был устрашающий байкер? — Спросила Латанья.

Я услышала хрипатый голос Тэка с улыбкой:

— Я буду у тебя в «Клубе» через десять минут.

— Нет, я поеду домой с Добросердечным Митчем.

— Добросердечным Митчем?! — Переспросил Тэк.

— С Добросердечным детективом Митчем Лоусон, — уточнила я.

— Похоже, она в курсе твоей истории, — пробормотала Латанья, обращаясь, как я догадалась, к Маре, хотя я точно не могла сказать к кому она обращалась, так как смотрела на стол.

— Мне нравится, как она называет Митча, — пробормотала Мара в ответ, подтверждая мою догадку. — Ему это очень подходит.

— Через десять минут я буду там, Рыжая, — повторил Тэк.

— Нет, я хочу поехать с Митчем и Марой. Встретимся у меня дома.

— Детка, — его голос смягчился, — я высказал свою точку зрения, причем терпеливо — я... буду... там… через десять минут. И хочу сказать что, когда я приеду в «Клуб» через десять минут, твоя задница должна находится там.

О боже.

— Ты приедешь на байке?

— Да.

— Я в обтягивающем, коротком, маленьком, цвета аквамарин платье на шпильках. Я не могу сесть на байк.

— Ты в обтягивающем коротком платье и на шпильках? — Переспросил Тэк.

— Да.

— Я буду через пять минут.

— Тэк! — Воскликнула я, но он уже положил трубку.

Я посмотрела на Мару.

— Тэк разрушал мою поездку домой с Добросердечным Митчем. Он будет здесь через пять минут.

Мара улыбнулась и предложила:

— Мы пригласим тебя на ужин. Так ты сможешь познакомиться с Бадом и Билли.

Бад и Билли были племянниками Мары. Бад и Билли были детьми, которых воспитывал Митч и Мара, потому что их отец был преступным и мудаком.

— Потрясающе, — выдохнула я, схватила свой бокал и залпом осушила «Космо».

— Нам стоило убрать от нее бокал, пока она разговаривала со своим устрашающим байкером, — заметила Латанья, глядя на мой пустой бокал, который я поставила обратно на стол.

— Теперь уже поздно, — ответила Эльвира.

— Извините, — прошептала Сэди, соскользнула со стула и куда-то исчезая.

Я смотрела ей вслед, думая, что она выглядит как настоящая сказочная принцесса. И я продолжала думать об этом, когда мой взгляд затуманился и стал рассеянным, пока она не вернулась назад на свой стул две минуты спустя. Отчего я встрепенулась, тело слегка дернулось, а голова наполнилась мыслями о том, что Тэк не захочет иметь больше детей, когда я ему все выскажу, и это было плохо для нас. И у меня от этих мыслей закололо сердце, пока я рассеянно сканировала все еще заполненное пространство ресторана/бара, но мои глаза вдруг остановились на чем-то. Затем голова резко откинулась назад, и я почувствовала, как глаза округлились. Вобрав всю картину целиком, впитав, осознав, проанализировав своим пьяным умом, рука метнулась к краю стола, и у меня перехватило дыхание.

— Срань господня, — прошептала я, глядя на мужчин, неторопливо идущих к нашему столику.

Один из них был Хоук.

Достаточно сказать, что, принимая во внимание то, когда он нас спасал, я не успела его тогда полностью рассмотреть. Сейчас он не был одет в футболку и брюки-карго. Сейчас на нем были темно-серая облегающая рубашка и джинсы. И они хорошо на нем смотрелись. Очень хорошо. Сверх хорошо. И он был не горячим. А был чертовски горячим.

С ним были еще трое мужчин. Двое были высокими, темноволосыми и великолепными, оба были великолепны в каком-то потустороннем смысле. Один был постарше, и у нее были необычные, но невероятно красивые серебристые глаза, добрые, устремленные на Тесс. Другой был моложе, и у него были одухотворенные темно-карие глаза, такие нежные, и они смотрели на Мару.

И наконец, был еще и латиноамериканец, с грубоватой внешностью, нуждающийся в стрижке три недели назад, но ему шли длинные волосы и его внешность была так же хороша, как и у Тэка. Его глаза были черными, смотрели напряжено, но с нежностью были обращены на Сэди.

— Мы попали на золотую жилу самых горячих парней, — благоговейно прошептала я, когда мужчины были примерно в пяти футах от нашего стола.

— Добро пожаловать в мой кошмар, — пробормотала Эльвира. — Хотя у тебя есть свой байкер, на котором так хорошо сидят «Левайсы», что ему следовало бы сниматься в рекламе «Харлей Дэвидсон», и он обладает невероятной способностью доставлять удовольствие, так что ты по-настоящему не поймешь всю мою боль.