Чтение онлайн

— Я ничего не думаю, а просто излагаю параграф двенадцатый устава о поведении в оккупированных странах. Устав разработан очень тщательно, — он добавил: — Вам… — потом поправился: — Всем следует ознакомиться с параграфом двенадцатым.

Хантер сказал:

— А бывал ли его составитель в оккупированных странах? Здешний народ совсем безобидный. На мой взгляд, они смирные, послушные.

Прекл вошел в комнату, все еще не стерев со щеки мыла. Он нес коричневую парусиновую трубку, позади него шел лейтенант Тондер.

— Это? — спросил Прекл.

— Да. Распакуйте мне его, пожалуйста, и установите.

Прекл и Тондер вынули треножник из чехла, попробовали его и поставили рядом с Хантером. Майор привинтил к нему доску, наклонил ее направо, налево и, недовольно буркнув, уселся чертить.

Капитан Лофт сказал:

— Лейтенант, вы знаете, что у вас лицо в мыле?

— Да, сэр, — сказал Прекл. — Я брился, а майор попросил меня разыскать треножник.

— Вы все-таки сотрите, — сказал Лофт. — А то полковник может увидеть.

— Ну, он ничего не скажет. Его такие вещи мало беспокоят.

Тондер стал позади Хантера и посмотрел ему через плечо.

Лофт сказал:

— Беспокоят или не беспокоят, а все-таки это не полагается.

Прекл вынул из кармана платок и стер мыло со щеки. Тондер показал на маленький рисунок в углу чертежа.

— Какой вы хороший мостик сделали, майор. Но разве мы будем строить здесь мосты — и где?

Хантер посмотрел на чертеж, потом оглянулся на Тондера.

— Что? Нет, мосты мы не будем строить. Вот рабочий чертеж.

— А тогда зачем вам этот мост?

Хантер как будто смутился.

— Видите ли, у меня дома на заднем дворе проложена маленькая железная дорога… Хотелось еще построить мостик через ручей. Линию я провел до самого ручья, а мостик так и не успел сделать. Теперь хоть чертеж заготовлю.

Лейтенант Прекл вынул из кармана сложенную вдвое фотолитографию, развернул ее, поднял к свету и стал разглядывать. Это был портрет пышной блондинки в черных ажурных чулках и в платье с большим декольте — длинные ноги, огромные ресницы. Блондинка выглядывала из-за черного кружевного веера. Лейтенант Прекл поднял портрет повыше и спросил:

— Недурна? — лейтенант Тондер бросил на блондинку критический взгляд и сказал: — Мне не нравится.

— Почему?

— Не нравится, и все, — сказал Тондер. — Зачем тебе ее фотография?

Прекл сказал:

— Затем, что мне она нравится, да и тебе тоже.

— Нет, — сказал Тондер.

— А если б она назначила тебе свидание, ты бы не пошел? — спросил Прекл.

Тондер сказал:

— Нет.

— Совсем рехнулся, — и Прекл подошел к окну. Он сказал: — Я повешу ее здесь, а ты смотри и любуйся, — он приколол фотографию к занавеске.

Капитан Лофт собрал в охапку свою амуницию и сказал:

— Не совсем подходящее место, лейтенант. Снимите. Это может произвести нежелательное впечатление на здешних жителей.

Хантер поднял голову от чертежа:

— Что произведет нежелательное впечатление? — он перехватил их взгляд, обращенный к фотографии. — Кто это? — спросил он.

— Одна актриса, — сказал Прекл.

Хантер вгляделся в портрет повнимательнее.

— Вы знакомы с ней?

Тондер сказал:

— Шлюха.

Хантер спросил:

— Вы тоже с ней знакомы?

Прекл в упор смотрел на Тондера. Он сказал:

— Откуда тебе известно, что она шлюха?

— По виду можно судить, — сказал Тондер.

— Ты ее знаешь?

— Не знаю и знать не хочу.

Прекл начал было:

— Тогда откуда тебе известно… — но их перебил Лофт. Он сказал: — Снимите картинку. Можете повесить ее у себя над кроватью. Здесь как-никак помещение штаба.

Прекл бросил на него воинственный взгляд и хотел что-то ответить, но капитан Лофт сказал:

— Повинуйтесь приказу, лейтенант, — и бедный Прекл свернул портрет и снова сунул его в карман. С деланным оживлением он переменил тему разговора: — А здесь есть недурненькие девочки. Вот обоснуемся, наладим все как следует, тогда обязательно заведу знакомства.

Лофт сказал:

— Почитайте лучше параграф двенадцатый устава. Там есть специальный раздел о половой проблеме, — и он вышел, захватив с собой противогаз, бинокль и прочее снаряжение. Лейтенант Тондер, все еще заглядывавший Хантеру через плечо, сказал:

— Вот это остроумно — вагонетки подают уголь прямо из шахты к трюму.

Хантер не сразу оторвался от работы.

— Надо действовать, — сказал он. — Надо как можно скорее наладить отправку угля. Это серьезное дело. Я очень доволен, что здешнее население ведет себя так спокойно и разумно.

Лофт вернулся уже без своей амуниции. Он стал у окна, глядя туда, где была гавань, туда, где были шахты, и потом сказал: — Они ведут себя спокойно и разумно потому, что мы тоже действуем спокойно и разумно. Это наша заслуга. Вот почему я настаиваю на соблюдении устава. Он очень тщательно разработан.

Дверь открылась, и в комнату, снимая на ходу шинель, вошел полковник Лансер. Офицеры приветствовали его с подобающей учтивостью, впрочем, не очень официально. Лансер сказал:

— Капитан Лофт, будьте добры сменить Бентика. Он плохо себя чувствует, у него головокружение.

— Слушаю, сэр, — сказал Лофт. — Разрешите заметить, сэр, что я только что вернулся с дежурства.

Лансер пристально посмотрел на него.

— Надеюсь, вы не возражаете, капитан Лофт?

— Ни в коем случае, сэр. Я просто хочу, чтобы это было отмечено.

Лансер успокоился и сказал с усмешкой:

— Вы очень любите, когда ваше имя упоминается в рапортах.

— Это не мешает, сэр.

— А когда таких упоминаний накопится достаточное количество, — продолжал Лансер, — на груди у вас будет болтаться некая штучка.

— Это вехи в карьере военного, сэр.

Лансер вздохнул:

— Да, верно. Но в памяти у вас останутся не только эти вехи, капитан.

— Сэр? — просил Лофт.

— Со временем вы меня, может быть, поймете.

Капитан Лофт быстро нацепил на себя всю свою амуницию.